Том 3
Шрифт:
Отсюда непроходимая пропасть между правительством и страной.
И если это правительство все же остается у власти, если оно, творя волю меньшинства, собирается господствовать над явно враждебным большинством, то ясно, что оно может рассчитывать лишь на одно: на насилие над массами. Никакой другой опоры у такого правительства нет и не может быть.
Поэтому не случайность тот факт, что первым шагом правительства Керенского — Коновалова послужил разгром Совета в Ташкенте.
Не случайность и то, что это правительство принялось уже за подавление рабочего движения в Донецком бассейне, посылая туда таинственного “диктатора”.
Не случайность и то, что на вчерашнем своем заседании провозгласило оно войну с крестьянскими “волнениями”, решив:
“Образовать на местах комитеты Временного правительства, прямое назначение которых составляло бы борьбу с анархией и подавление беспорядков” (“Биржевка”).
Все это не случайность.
Правительство буржуазной диктатуры, лишенное доверия масс и все же желающее удержаться у власти, не может жить без “анархии” и “беспорядков”, борьбой с которыми оно пытается оправдать свое существование. Оно спит и видит во сне, что большевики “устроили восстание”, или крестьяне “разгромили” помещиков, или железнодорожники “навязали пагубную забастовку”, лишившую фронт хлеба… Все это “нужно” ему для того, чтобы поднять крестьян против рабочих, фронт против тыла и, создав, таким образом, необходимость вооруженного вмешательства, упрочить на время свое неустойчивое положение.
Ибо нужно же, наконец, понять, что лишенное доверия страны и осажденное ненавистью масс правительство не может быть ни чем иным, как правительством спровоцирования “гражданской войны”.
Недаром “Речь”, официоз Временного правительства, предостерегает правительство от “предоставления большевикам возможности выбрать момент для объявления гражданской войны”, не советуя ему “терпеть и ждать, пока они (большевики) не выберут удобный момент для общего выступления” (“Речь”, среда).
Да, они жаждут народной крови…
Но тщетны их надежды и смешны их потуги.
Сознательно и организованно идет к победе революционный пролетариат. Дружно и уверенно сплачиваются вокруг него крестьяне и солдаты. Все громче и громче раздается возглас: вся власть Советам!
Бумажная коалиция в Зимнем дворце… выдержит ли она напор?
Вы хотите разрозненных и преждевременных выступлений большевиков? Ждать вам — не дождаться, гг. корниловцы.
“Рабочий Путь” № 23, 29 сентября 1917 г.
Передовая
Отклики: Партия “расплывчатых” и русские солдаты; Заговорщики у власти
В эпоху царизма партия соц. — революционеров со всех крыш кричала о необходимости передачи помещичьих земель крестьянам. Крестьяне верили тогда эсерам и сплачивались вокруг них, считая их своей крестьянской партией.
После падения царизма и победы революции пришла пора перейти от слов к делу и осуществить, наконец, “золотые слова” эсеров о земле. Но… (знаменитое “но”!) эсеры поколебались и, заикаясь, предложили крестьянам подождать с землёй до Учредительного собрания, созыв которого к тому же был отложен.
Оказалось, что кричать о земле и о крестьянах легче, чем на деле передать землю крестьянам. Оказалось, что эсеры лишь на словах “болели душою” за крестьян, а когда пришла пора перейти от слова к делу, — они предпочли спасовать, спрятавшись за Учредительным собранием…
Крестьяне ответили на это мощным аграрным движением, самовольным “захватом” помещичьих земель, “присвоением” “чужого” инвентаря, выразив тем самым недоверие к политике эсеровского выжидания.
Эсеровские министры не остались в долгу у крестьян, арестовав за это десятки и сотни крестьян, членов земельных комитетов. Министры эсеры, арестовывающие крестьян эсеров за проведение в жизнь эсеровских обещаний, — вот какая картина развернулась перед нами.
В результате — полный развал партии эсеров, особенно ярко выразившийся при голосовании в предпарламенте, когда левые эсеры высказались за немедленную передачу земель крестьянам, правые эсеры — против, а Чернов с центром, этот Гамлет партии эсеров, глубокомысленно воздержался.
Ответом на это послужил массовый уход солдат из партии эсеров.
А одна часть солдат, пока ещё не ушедшая из партии эсеров, настоятельно “просит ЦК партии” создать, наконец, единство партии на почве устранения “расплывчатости”.
Слушайте:
“Объединённое совещание представителей военных организаций полков и специальных частей Петрограда, Царского Села, Петергофа и пр., считая, что в настоящий, тяжёлый для партии момент необходимо сплотить большинство партии… на программе, которая, уничтожив расплывчатую физиономию партии, сплотит все жизнеспособные элементы партии… высказывается за… немедленную передачу всех земель сельскохозяйственного пользования в ведение земельных комитетов…” (“Дело Народа”).
Итак, опять вопрос о “немедленной передаче земель”!
На почве признания этого требования надеются солдаты сплотить у эсеров все “жизнеспособные элементы партии”!
Наивные люди! Революционера Камкова, кадета Авксентьева и “расплывчатого” Чернова они, после ряда неудач, хотят ещё раз впрячь в одну телегу!
Пора, товарищи-солдаты, понять, что партии эсеров нет больше, — есть только “расплывчатая” масса, одна часть которой запуталась в савинковщине, другая — осталась в рядах революционеров, а третья — беспомощно топчется на месте, покрывая на деле савинковцев.
Пора понять это и бросить попытки объединить необъединимое…
В своей газете “Общее Дело” [88] сегодня Бурцев пишет:
“Теперь уверенно можно сказать: никакого корниловского заговора не было! На самом деле было совершенно иное: был договор правительства с ген. Корниловым о борьбе с большевиками! То, о чем представители правительства договаривались с ген. Корниловым, — борьба с большевиками, — было заветной мечтой представителей различных партий: и демократических и социалистических. До самого злосчастного 26 августа все они смотрели на ген. Корнилова, как на своего спасителя от надвигавшейся большевистской опасности”.
88
“Общее Дело” — ежедневная вечерняя газета, издававшаяся в сентябре — октябре 1917 года в Петрограде В. Бурцевым. Газета поддерживала Корнилова и вела бешеную клеветническую кампанию против Советов и большевиков. — 326.