Чтение онлайн

— Отец, осталось всего два дня… — осторожно напомнил Эрик.

— Я помню. Поэтому надо действовать быстро, — он склонился к панели связи. — Соедините меня с дежурным по ГЧ, — распорядился он. — И вызовите в мой кабинет капитана Спаркса.

— Впредь это будет тебе наукой, сынок, — проворчал он, обернувшись к Эрику. — Нужно было думать на десять ходов вперед, чтобы не пришлось вот так, как сейчас, тушить пожар.

Дождавшись, пока сын повернется к нему, и поймав угрюмый взгляд Эрика, он покачал головой:

— Как, ты говоришь, называется тот грузовой корабль, что принял SOS?

К концу вторых суток своего добровольного заточения Грегор начал подозревать, что сходит с ума.

Гробовая тишина царила в эфире, столь же молчаливы оставались все каналы внутренней связи, и лишь горячечный бред раненого сержанта, у которого воспалилось плечо, располосованное когтями мутанта, нарушал зловещую тишину поста управления.

Давно стихли леденящие душу вопли за толстыми бронированными дверями, но Грегор не решался их открыть.

Он сидел, тупо уставившись в монитор, соединенный с процессором дальней связи, который день за днем на все его попытки открыть канал Гиперсферной Частоты отвечал одной и той же строкой сообщения: «Ориентация систем спутников связи завершена. Резерв использован. Нет доступа к базовому серверу Интерстара. Ждите».

Он ждал, тупея от монотонных выкриков сержанта, лицо которого покрывал нездоровый румянец.

Сержант метался в горячке и просил воды, но имевшегося в стенном шкафу неприкосновенного запаса оказалось недостаточно, и на четвертый день Грегору самому стало нечего пить. Плечо сержанта страшно распухло, и от него пошел мерзкий запах гниения.

Грегор понимал, что должен как-то помочь ему, но не мог преодолеть своего отвращения. В конце концов он очень быстро дошел до того, что начал ненавидеть разметавшегося на полу человека за его бессвязные выкрики, вонь и упорное нежелание умирать.

Он не знал, почему не отвечает сервер Интерстара, а на самом деле ответ был очень прост — прежде чем погасло солнце Везелвула, станция Гиперсферной Частоты была отключена для «профилактического ремонта» категоричным приказом из системы Онтарио.

Все складывалось одно к одному, а Грегор был не больше чем маленькой рыбешкой, бившейся в сетях огромной, тщательно продуманной диверсии.

Он не знал этого. Как не знал и того, что неподалеку от космопорта, всего в каких-то сорока километрах, уже несколько дней стоит космический корабль.

Автоматы на борту этого странного корабля фиксировали его тщетные попытки связаться хоть с кем-нибудь, но они не имели никаких инструкций на этот счет. Им была безразлична судьба любого человека. Они знали лишь двоих, о ком нужно было заботиться, но эти двое покинули борт восемь суток назад и больше не возвращались.

Корабль стоял, возвышаясь на краю замерзшего болота, и ждал.

Произошла та самая неувязка, что позволила обыкновенному космодромному технику вмешаться в хорошо продуманный план и фактически сорвать его, заставив вновь вспыхнуть солнце Везелвула…

Дональд Грегор пребывал в абсолютнейшем отчаянии, когда наконец внешнее коммуникационное устройство космопорта вдруг заговорило хриплым, искаженным атмосферными помехами голосом:

— Внимание, Везелвул, говорит борт транспортного корабля «Геракл». Принимаю автоматический сигнал. Взял ваш пеленг. Собираюсь садиться по координатам передатчика. Вы можете сообщить, сколько вас и какая требуется помощь?..

Грегору казалось, что это сон. Вне себя от сумасшедшей радости он вцепился в тонкую стальную дужку коммуникатора:

— Слышу вас! Слышу!!!

Он еще не знал, что вместе с этим кораблем на планету опускается его судный день…

Через час, окончательно выбившись из сил, они вышли наконец к подобию старой дороги.

— Все… — прохрипел Фрамер, валясь на землю. — Больше не могу, Николай, хоть убейте.

Фон Риттер остановился. В сотне метров от него сквозь редеющую снежную круговерть прорисовывались неясные контуры каких-то построек.

— Сейчас, док, — проговорил он, вернувшись к упавшему Фрамеру.

Взвалив его на плечи, Николай, пошатываясь, пошел к ближайшему дому. Он сам едва держался на ногах и потому не мог осуждать Гентри. Ходьба в скафандре по заснеженной планете оказалась серьезным испытанием даже для него.

Метельный вихрь понемногу стихал. Ветер ослаб, снег стал падать реже. Разреженная атмосфера Везелвула прогревалась на удивление быстро, и по земле уже побежали первые ручьи.

Дойти до домов ему помог Ваби. Как всегда, карлик появился внезапно, словно выскочив из-под земли. Невдалеке, возле построек, раздался заливистый лай Черча.

В красных глазах карлика стояли слезы.

— Быстро… — умоляюще просипел он.

Николай насколько смог ускорил шаг, но Фрамер был тяжел, и процессия едва ползла.

Сознание фон Риттера временами мутилось. Он вообще удивлялся, как они дошли. Очевидно, запаса адреналина в крови после схватки в космопорте оказалось столь много, что хватило на большую часть их безумного перехода.

Старая дорога, вымощенная осевшими стеклобетонными плитами, круто заворачивала, уводя в форт, стены которого были сложены из легких и удивительно прочных шлакоблоков.