Чтение онлайн

Так же я купил свежего хлеба, пирогов и копченый окорок. С помощью Роджера и носильщика из продовольственного лабаза доставив все на корабль, сдал все на хранение корабельному коку, кроме хереса и пирогов конечно.

Мы стояли на палубе с кучером, когда прозвучала команда убрать трап, Роджер кинул на меня быстрый взгляд и, незаметно получив тугой мешочек с деньгами, оставшуюся часть оговоренного гонорара за доставку, спрыгнул на каменный причал пирса.

— Удачи, сэр! — крикнул он, стараясь перекричать скрип такелажа и команды одного из офицеров корабля.

— Тебе тоже, — махнул я рукой.

С помощью большой шлюпки с десятком гребцов исполнявшей роль буксира, бриг отвели от причала, на это место тут же поспешила встать шхуна. После отхода, поставив несколько парусов и пользуясь отливом "Святая Анна" заскользила по глади местных вод к выходу из порта.

Я продолжал стоять на палубе, пристально наблюдая за пирсом, от которого мы только что отошли. Коренастая фигура Роджера довольно долго виднелась на берегу, но вот она направилась к карете, после чего та исчезла среди многочисленных улиц Бристоля.

Спустя три часа поставив все паруса наш корабль стали нагонять конвой пятна парусов которых были видны на горизонте. Капитан ругался, мы не успели всего на пару часов.

— Мы догоним их завтра ближе к обеду, сэр, — сказал мне капитан, заметив, что я продолжаю находиться на палубе, с интересом наблюдая за работой спаянной команды. — Вы можете пройти в каюту. Кок сообщил, что сегодня на обед будут свиные ребрышки под испанским соусом. Я пришлю вестового через час, когда он будет готов.

— Спасибо, капитан, — вспомнив о мешочке с гильзами, я подошел к фальшборту и выкинул его за борт, после чего спустился вниз и направился к своей каюте.

При заселении и оплате каюты я естественно предъявил ему свои документы, как дворянина, так и проездные. Подозрений они у Метью не вызвали, а таможня уже проверила корабль и выдала разрешение на отплытие. Так что тут мне повезло. Главное чтобы белая полоса не кончалась, хотя мне тут больше подходит другая поговорка: Мне плевать на чёрную и белую полосу. Я иду по своей — по фиолетовой.

Закрыв за собой дверь, я посмотрел в сторону сундуков. Нужно будет переодеться в местную одежду и приготовиться к обеду. Как я понял там меня и познакомят с немногочисленными пассажирами и с другими офицерами корабля.

Как капитан и говорил, мы догнали караван из шестнадцати кораблей на следующий день. Правда, ближе к вечеру, все-таки большая часть из них были военные транспорты. Плюс было четыре военных корабля, и три частника, навроде брига на котором я плыл.

Вчера я во время обеда познакомился с остальными попутчиками. Кроме меня пассажирами на бриге была ирландская семья Маг-Грегоров из шести человек. Судя по тому, как они себя вели, в Старом Свете они были достаточно обеспечены. Еще был не совсем понятный старик-банкир Джеймс Саливан и молодожёны Ричардсы, отправившиеся в Америку к родственникам жениха.

Из офицеров присутствовали первый помощник Джон Симменс, второй помощник Эдвард Финн, шкипер Энтони Лучия, ну и сам капитан. Третий помощник Горацио Смит отсутствовал, так как находился на вахте.

После знакомства и довольно хорошо приготовленного обеда, я первым встал из-за стола и, коротко распрощавшись с присутствующими, направился к себе, где занимался до вечера чисткой оружия. Вечером, погуляв по палубе и поужинав, через некоторое время ушел спать, а перед тем как я заснул, у меня вырвалось облегченное:

— Вырвался.

Плавание проходило тяжело, это я вам без всяких хитростей говорю. Мы трижды попадали в шторм и даже мой луженый желудок с трудом справлялся с качкой. Что уж говорить о других пассажирах. Но как бы то ни было через два месяца плавания, благодаря попутным ветрам на горизонте появилась земля и три оставшихся после последнего шторма корабля направились к берегу. Из семнадцати кораблей караван было точно известно, что один затонул, так как с него сняли людей. Вовремя последнего, и достаточно жесткого урагана, караван разбросало по карибской акватории, когда шторм и ветер стихли, собраться вместе смогли только три корабля. Это наша "Святая Анна", сорокадвухпушечный фрегат "Скорпион" и один из военных транспортов "Король ЯковII". Транспорты перевозили один из пехотных полков со всеми средствами усиления в губернаторство. Как раз эти средства и были на "Якове".

Шли мы медленно, так ка на всех трех кораблях велись работы по ремонту такелажа и рангоута, а на транспорте вообще пытались поставить временную бизань-мачту. Две недели назад, когда мы заходили в залив одного из многочисленных островов пополнить запасы свежей воды, этот же транспорт с грузом лошадей умудрился сесть на мель. Потом, умер капитан от апокалиптического удара, вот и тут ему опять не повезло. Как будто какой рок преследует транспорт.

Порт куда мы шли, назывался Портсмут в провинции Нью-Гэмпшира. В данный момент капитан Метью сверился с данными нашего положения с расчетами шкипера и обрадовал нас, что в течение пары дней мы достигнем порта-назначения.

— Хорошо, капитан, если что случиться я в своей каюте, — кивнул я и направился к себе. Земля уже была достаточно близко, однако мне не понравилось, что на солнце снова наползали дождевые тучи. Заколебала уже эта непогода, надеюсь мы успеем а порт до Нового Года. Мы находились на той же параллели что и Англия, вот и погода не радовала нас своим буйным нравом.

Пользуясь тем, что ярко светило солнце я заряжал все аккумуляторы, что у меня были с помощью солнечной батареи. Правда приходилось постоянно следить чтобы лучи точно падали на зеркальную батарею, а то бриг часто менял курс следуя рядом с обоими военными кораблями.

За все время плавания нами шесть раз были встречены другие корабли не входящие в конвой. Трижды на горизонте мелькали паруса, дважды нас преследовали разные довольно ходкие военные корабли, видимо каперы других государств или просто пираты. Однако при приближении охраны они разочарованно скрывались. А однажды неделю назад мимо прошел испанский галеон. Я его рассматривал из своей каюты с помощью бинокля, благо к этому времени успел зарядить аккумулятор бинокля. Через него изображение было во сто крат лучше, чем через мутную подзорную трубу капитана. Тем более он имел функцию зума.