Третья волна
Шрифт:
Шламан Каций нахмурился.
— Наверное, вы хотели сказать — колонизации, — поправил он.
— Нет, уважаемый ин-шламан, — покачал головой император Ануэр. — Я сказал то, что хотел сказать. Три с лишним тысячи лет назад наши предки, стремясь сохранить людской род, всерьез хотели переселиться на Калис, навсегда оставив Терсу.
Шламан был поражен услышанным.
ГЛАВА 4
Майор ГРУ в отставке Виктор Степанович Семенов шел по длинному коридору Главного управления. Подошвы его ботинок бесшумно ступали по красной ковровой дорожке, а глаза привычно выхватывали из окружающей обстановки предметы интерьера: унылые одинаковые двери темного дерева, невыразительные таблички на них, матовые плафоны ламп дневного освещения, редкие кадки с цветами. Последние оказались нововведением; в свою бытность сотрудника разведки Семенов не видел здесь этих кадок.
Путь свой Семенов держал в кабинет заместителя начальника управления по оперативным делам господина Сорокина И.Б. Пятый этаж, кабинет номер 22. Ни фамилия, ни должность господина Сорокина ничего не говорили Семенову.
Остановившись у двери с табличкой, содержащей номер 22 и искомую фамилию, Семенов трижды коротко постучал. Дождавшись приглашения, он отворил дверь и оказался в тесном кабинете не больше двенадцати метров площади, с низким потолком и коротким древним столом, небольшим, но в тесноте кабинета вызывающим впечатление излишне крикливой роскоши. За столом сидел человек, о внешности которого можно сказать коротко: она ничем не примечательна. Такое лицо невозможно запомнить, заметив его случайно и даже разглядывая длительное время. Простой серый пиджак, чуть ослабленный серый галстук, белая сорочка. Единственное, что выдавало в господине Сорокине принадлежность к спецслужбам — его глаза, колющие, с «пронзающим насквозь взглядом, вызывающим чувство, будто все твои тайны отныне стали достоянием гласности», как выразились бы писатели детективного жанра.
Семенов коротко приветствовал того, к кому его направили люди, доставившие в Москву прямиком из Ирака. Господин Сорокин кивнул в приветствии, следующим кивком указал на стул напротив своего стола. Когда Семенов сел, господин Сорокин отложил в сторону занимавшие его доселе бумаги, аккуратно сложил их стопочкой, затем поместил в папку и спрятал в выдвижном ящике стола. А затем сухо представился:
— Сорокин Илья Борисович. Заместитель по оперативным делам.
— Семенов Виктор Степанович, — ответил посетитель. — Отставник.
— В нашем деле не бывает отставников, — так же сухо, совершенно безэмоционально сказал Сорокин то, что ожидал от него Семенов. — Вы должны это прекрасно знать.
Семенов предпочел пока не возражать. Ему, только что утратившему братьев по оружию, было плевать на соображения руководителей разведки относительно отставки. Семенов хотел лишь выяснить, кому и по какому поводу потребовалась его скромная персона.
Господин Сорокин не стал вести праздных бесед и сразу перешел к делу. Из ящика стола, куда только что отправилась папка с бумагами, заместитель по оперативным делам достал толстый конверт желтого цвета, наглухо запечатанный широкой клейкой лентой. Семенов проследил взглядом за перемещением конверта по столу в свою сторону, затем вопросительно посмотрел на Сорокина.
— Тут все, — коротко бросил заместитель по оперативным делам. — Ознакомьтесь в течение шести часов.
— Я что-то не понимаю, — признался Семенов. — Вы мне дали ЧТО? Задание?
— Все внутри, — еще раз коротко ответил Сорокин. — Нам известна ваша карьера наемника после отставки, ваш боевой опыт. Некоторым людям вы понадобились именно как наемник, как помощник в делах, заинтересованность в которых проявляет и наша организация. Вы уже не сотрудник разведки — официально, однако извольте все же еще раз поработать на родную страну. А сейчас, простите меня, Виктор Степанович, у меня есть неотложные дела.
Сказав это, заместитель по оперативным делам вперил суровый и тяжелый взгляд в переносицу Семенова. Майор знал, что подобным образом все агенты всех, по крайней мере, отечественных спецслужб давят на психику своих собеседников, заставляя тех подчиниться своей воле. Смотреть в переносицу — чертовски эффектное средство заставить кого-то понервничать.
Видя, что дальнейший разговор вряд ли сложится, Семенов взял конверт и, не прощаясь, покинул кабинет. Так, держа странный подарок господина Сорокина, Семенов вышел из здания управления, поймал такси и незамедлительно отправился в гостиницу, которую предоставило ему управление после Ирака. Уже в гостинице, сбросив жаркий пиджак и повесив брюки на спинку кресла, Семенов в одних трусах уселся на кровать, включил телевизор потише, открыл бутылку коньяка и перевел внимание на загадочный конверт.
Никаких надписей. На свету не просматривается. Внутри предположительно стопка каких-то бумаг и… словно пачка банкнот. На вес грамм девятьсот, не меньше. Семенов сделал солидный глоток из бутылки, снова повертел конверт в руках. Он не имел даже малейшего представления, что может оказаться внутри плотной желтой бумаги. Последний раз подобные конверты он встречал, будучи сотрудником ГРУ, но ведь ныне он уже таковым не является. Теперь он простой наемник, выполняющий боевые задачи тем, кто способен платить.
Впрочем, разведка могла именно нанять его. За деньги. По каким-то своим соображениям.
Семенов сделал еще один глоток, поставил бутылку на тумбочку и взялся за распечатку конверта. Через несколько секунд дело оказалось сделанным, и на свет из желтой бумаги выскочила стопка документов и пачка стодолларовых купюр. Все это было аккуратно запаковано в целлофан. Семенов снял целлофановую защиту, оценил на ладони вес денег, потом же углубился в изучение документов.
Первое, что попалось ему на глаза — это доклад одного из российских резидентов в Соединенных Штатах Америки, передавшего сведения о некоем проекте «Коперник». Резидент сообщал:
«Национальное космическое агентство США продолжает работы по проекту «Коперник» на территории Египта, Ливана, Сирии, Израиля, Саудовской Аравии, Иордании, Ливии, Судана, Сектора Газа и западном берегу реки Иордан. Особый интерес агентства по-прежнему сосредоточен на Египте, где, по версии многих независимых специалистов, имеются неоспоримые свидетельства, доказывающие существование связи между объектами D и А. Внедрение в тематику проекта «Коперник» осложнено эгидой военно-разведывательных структур США, в частности, НРУ и Пентагона. К докладу прилагается карта объектов подконтрольных космическому агентству и его покровителям».
Семенов почесал гладко выбритый подбородок. Из того, что он прочитал, ничего не стало ясно. Проект «Коперник», проводимый НАСА на Ближнем Востоке, покровительствующие космическому агентству спецслужбы США, объекты D и А… Человек посвященный в проблематику вопроса, мог бы и понять эти смутные строчки шпионского донесения. Но Семенов ничего не знал ни о проекте «Коперник», ни об интересах НАСА в ближневосточном регионе. Впрочем, следующий документ, оказавшийся в руках майора, кое-что все ж сказал. На документе была напечатана карта вышеобозначенного региона с двадцать четвертого по тридцать восьмой меридианы и с двадцатой по тридцать четвертую параллели. Карта захватывала как раз те страны, которые перечислил резидент. Красными точками на карте были обозначены места, часть которых Семенов заочно знал — военные базы НАТО. Базы раскинулись большой петлей вокруг Египта, словно Североатлантический альянс готовил вторжение в эту страну.