Три сферы ада
Шрифт:
Лицо Януса стало ликом смерти, он криво усмехнулся. Ян тряхнул головой – наваждение исчезло, мельник стал прежним. Поток начал ослабевать, капли падали реже.
– Не я это создал. Все сами, дар творения, знаете ли!
– А не можем ли мы попасть таким способом в мир Второй сферы?
– Боюсь, вы мельнице не по зубам, – весело засмеялся Янус. – Да и зачем вам это?
– Нам бы хотелось отыскать его сестру, а потом вернуться если не в Замок тысячи миров, то хотя бы на Землю.
Марк извлек фрагменты ожерелья и положил на ладонь.
– Тебе это не знакомо?
Мельник пожал плечами. Но тут из приемника выпала очередная капля, золотые листики повисли один над другим. Потом упали и легли на линию, указывающую на север.
– Может вам запомнились отклонения в процессе?
– Пожалуй… Очень давно, в день трех сфер, нечто пронеслось сквозь мельницу так быстро, словно молния.
– Но почему мы имеем два направления, – удивился Пуфф.
– Это не два направления… Как вы там на мосту говорили, а «интерпретация».
– Значит, нам никак не попасть дальше, бог дверей. А Анубис советовал идти туда… – грустно произнес демон.
– У нас же есть специалист по дверям, – встрял котище.
– Занятная вы компания. Око владыки Миктлана – не дверь в обычном понимании, хотя и требует ключей.
– Разве тут не Ад?
– Скорее курорт.
– Да, о ключах. Они могут быть созданы на мельницах.
– Мельниц много?
– Четыре, или одна в четырех лицах, как больше нравится. Это не просто, но таково устройство Первой сферы. Будете пробовать?
– А если не получится?
– Давайте не будем о грустном, – и Янус посмотрел вслед последней капле. – Желаю успеха!
Мельник опять пропал.
Дыра в полу уменьшилась, вместе с ней, на глобусе Первой сферы сдвинулись тучи, собрались плотным кольцом вокруг полюса. Толщина облачного слоя увеличилась. Теперь внизу стал виден только полуостров, похожий на козлиный лик, на самом дне чернильно-синего колодца из туч. Сверху опустилось кольцо и охватило участников церемонии, отрезав пути бегства.
– Сомкнем лапы, господа, – улыбнулся Ян.
Двуликий бог наблюдал за действом присев на лестницу. Он поймал себя на мысли, что от всей души желает успеха необычным гостям.
Во всем чувствовалась какая-то мрачная торжественность. Полумрак старой мельницы, три существа, взявшиеся за руки (руки ли?), удивительно тонко сделанный глобус. Золотой обруч вокруг. Тяжелая капля сорвалась с приемника под жерновами, сжалась, пока падала, став не больше груши, и унеслась вниз, к глазу бури, обдав волной ужаса не только искателей ключей, но и зрителя. Зазвучали слова, и было не понять, чего больше в них ненависти или призрения…
Оно пустило корни, пышно расцвело.Лелеял каждый и растил в себе его,Не видя дальше носа ничего.Сложились мысли, отворилась в бездне дверьИ стройной чередой они туда идут теперь.Новая капля страшной жидкости отправилась к оку Миктлана. Как гири падали слова…
На наковальне первый ключ от Ада!Весна, природы пробужденье,И полным ртом, пьет жизнь ее творенье.Поет душа, ей не до дум,Концом еще не озабочен юный ум.Тонкая белая молния родилась в недрах колодца и понеслась вверх. Меньше чем за секунду она достигла мельницы. Белое пламя забилось в треугольнике. Долго, очень долго примеривались искатели ключа, наконец они поняли что нужно делать. Невидимые молоты принялись за работу. Сгусток бился и сопротивлялся, но безуспешно. Башня наполнилась запахами весны. Трое ковали ключ. Постепенно изделие все больше обретало плоть. Четыре бородки, ручка в форме звезды с восьмью лучами и круглый символ посредине.
– Такой ручкой карман порвешь, – хихикнул Пуфф.
– Не отвлекайся!
Больше они не произнесли ни слова. Готовый ключ блеснул золотом и ответная молния ударила вниз. Изделие пропало. Голос продолжал:
Кто будет думать о приходе снега?!В глазах лишь злата блеск,А за спиной костей надрывный треск!В душе пустой, блаженство и покой!На наковальне – ключ второй.Процесс повторился. Только теперь пахло свежескошенным сеном, полевыми цветами. Шум ливня сменился жужжанием пчел. Новый золотой ключ, как две капли воды похожий на первый растаял в воздухе. Чтец произнес следующий фрагмент заклятья:
Низвергнут с трона бывший князь.И снова он печется не о том,Запасы копит, укрепляет дом…На сердце мрак, душа темнее туч,На наковальне – третий ключ.Новый ключ был близнецом предыдущего. Кружились цветные листья. Тоскливый шум дождя нагонял грусть. Пахло грибами и клюквой. Игрушечная буря, в оке которой рождались заветные отмычки, уже ощутимо раскачивала мельницу и радужный мост. Под балками старой как мир мельницы зазвучали последние строфы:
Все шелуха, все тлен! Там впереди зовущий свет!Но белый саван каменной души,Не даст подняться ей в седой глуши.О чем он раньше думал, а ведь был могуч!?Брезгливо дьявол вносит главный ключ.Из колодца вырвался настоящий огненный тайфун, рассыпался белым снегом, но троица выдержала. Потом все наваждения пропали.
Они стояли на краю ставшей прежней дыры в полу и удивленно смотрели друг на друга. Облака над полярной областью снаружи напоминали остывший вулкан. Где-то на дне его жерла и располагался переход.
– Может быть, это галлюцинация… – произнес Ян.
– Массовая, – добавил без тени иронии Пуфф.
– Не вышло, так не вышло. Пойдем вперед, – вздохнул демон.
Все трое чувствовали себя уставшими, им хотелось быстрее выйти на воздух.
– Постойте, вы забыли главное…
Из тени вышел Янус и протянул раскрытую прямоугольную коробку. В ней на сером бархате поблескивали золотом четыре ключа.
– Одинаковые?! – разочарованно произнес Пуфф.
– Ровно настолько, насколько похожи два лазерных диска с разной информацией.