Чтение онлайн

— За нее, проклятую… — хмыкнула Катька.

— Екатерина… Я никогда не встречал таких, как ты… Ты выглядишь совсем юной девочкой, а ведешь себя как искушенная женщина… Спелая, искушенная, порочная…

— Говоришь много. — Катька сузила глаза. — Пора к делу.

Руслан растянул губы в улыбке:

— Начнем с тебя? Или с нее?

— Ты с меня. А я — с тебя… А она… Пусть смотрит.

Ей есть чему поучиться.

— Е-ка-те-ри-на… — произнес Руслан по складам. — Сними все!

Катька, с тем же выражением лица — балованной, порочной инфанты — выскользнула из трусиков, одним движением сбросила маечку…

— Императрица… — прохрипел Руслан и распахнул халат.

— Ого! — Катька округлила глаза. Ее удивление было искренним и почти безграничным: восставшая плоть сына гор поражала воображение.

— Я достоин тебя, императрица?

— Достоин, князь… — прошептала Катька. Она стала на колени, обхватив его мужскую гордость обеими руками. Горец закрыл глаза. Катька быстро посмотрела на меня, метнулась взглядом к шкафу с инструментами. Я опустила веки: поняла.

Через минуту я присела с ней рядом, передала инструмент из рук в руки…

— Вдвоем? — прохрипел Руслан.

— Никому, никому такой не отдам, — горячо зашептала Катька. — А она — пусть танцует… Или сделает тебе массаж шеи… Массажировать эту волшебную палочку я не позволю никому… Только сама… Сама… — шептала Катька, и даже я не могла понять, играет она или действительно изнемогает от страсти…

Я зашла сзади… Положила руки ему на шею…

— Сними майку… Коснись меня животом… — прохрипел он.

Я выполнила то, о чем он просил. Катька работала мастерски. Мужчина закрыл глаза, задышал часто, ритмично… Медвинская подняла глаза: взгляд ее был спокоен и холоден. Я поняла: сейчас.

Горец заревел каким-то звериным рыком, изливая семя… Одним движением я захлестнула широким пластырем его орущий рот, несколько раз обернув вокруг высокого стула, на котором он сидел. Я почувствовала, как, пусть с небольшим опозданием, напряглись мышцы его громадного тела… Если он только решится, то убьет нас прямо сейчас, здесь, на месте. И тут я услышала Катькин голос: в нем было столько холода, презрения и решимости, что даже у меня мурашки пробежали по коже…

— Только дернись! И твой прибор я унесу с собой! Как амулет!

Почувствовав прикосновение острого как бритва скальпеля, мужчина замер. Я увидела, как волосы на спине у него стали дыбом.

Но любоваться особо было некогда. Я быстро перерезала пластырь и так же, в два слоя, примотала к спинке шею.

— Найди снотворное! — прокричала Катька. Я метнулась к шкафчику. Пошерудила ампулами. Вроде такое мне вкалывали — и я была чахлой, как мерзлый мамонт.

Обломила ампулку, втянула содержимое в шприц… Хотела идти колоть, но Катька крикнула:

— Всю коробку!

— Ты что, он умрет!

Услышав это, Руслан дернулся и снова замер от окрика Катьки:

— Сидеть!

Капли катились по его побелевшему лицу.

— Лучше умереть мужчиной, чем жить кастратом, — тише, но тем же ледяным тоном добавила Медвинская. Я подошла с полным шприцем. Горец не шелохнулся.

— Коли!

Я надавила на поршень. Теперь оставалось ждать. Неожиданно дверь дернулась, послышался совершенно пьяный голос Зинаиды:

— Ну что, Русланчик, остальных приводить или как? Катька нашлась сразу — ответила длинным протяжным стоном.

— Ишь ты… Размяукались, что кошки… — Шаги зашаркали по полу и затихли.

Чернявый затих.

— Катька… — Руки мои дрожали. — Я что… убила его? Медвинская прислушалась:

— Дышит. — Глянула на этикетку от коробки с ампулами. — Хм… От этой дозы такой кабан не подохнет. Но отдохнет хорошо. Часов двадцать, а то и все двадцать пять!

Ну да его побудят раньше! Нет, Глебова, все-таки скажи? Ты когда-нибудь такой прибор видела?

Я жутко покраснела.

— Ну и ну… Ты что…

— Да, — выдохнула я.

— Ну тебе и повезло, — протянула она. — Некоторые всю жизнь проживут, а о таком — только по рассказам знают. Он и лежачий впечатляет. Нет, Глебова, ты не переживай… — Катька быстро оделась. — Оклемается.

— Да я и не переживаю…

— Ха! — задорно усмехнулась Катька. — Это я переживаю. Сама понимаешь, такой экземпляр отхватить, да чтобы рука не дрогнула — это же стресс на всю жизнь!

Преступление перед природой!

— Перед чем? — нервно хихикнула я.

— Перед природой… — попыталась погасить смешок Катька.

Через секунду мы обе свалились на пол в каком-то диком, безудержном приступе хохота… Смех скручивал нас судорогами, из глаз у обеих покатились слезы… А мы не могли остановиться… Словно прогоняя смехом тот жуткий, леденящий страх, который только что пережили.

Через час мы выбрались. Я предложила было забрать с нами тех девчонок, которые…

— Аника-воин, — усмехнулась Медвинская. Но согласилась.

Мы мышками прокрались по желтому коридору; в комнате санитаров спала без задних ног Зинаида, и ее могучий храп разносился по всему отделению. Мы присовокупили ее связку ключей к той, что реквизировали у супермена. Подошли к процедурной.

Оттуда доносились всхлипы. Катька заглянула, осторожно приоткрыв дверь; я за ней.

— Ты видишь?.. Хорошо им. Чего людям кайф ломать, сказала Катька.

— Медвинская… Разве здесь может быть хорошо? Ведь здесь же… несвобода!

— Аленка, ты и не представляешь себе, сколько людей выберут тюрьму, если там будет тепло и сытно. Даже не представляешь…