Трудиться. Учиться. Влюбиться?..
Шрифт:
Я сердито выдернула руку и, не говоря ни слова, легла в постель. Свечу, впрочем, гасить не стала. И еще долго прислушивалась к тишине за окном.
ГЛАВА 5
Утро началось со скандала. Дикого, безобразного и нецензурного. Вообще-то, бурю ничего не предвещало, маг просто соорудил мне нехитрый завтрак в постель. Видимо, таким образом намеревался вымолить прощение. Наивный. На небольшом подносике, который он крадучись внес в комнату, ютилась пара удивительно ароматных ватрушек и большая кружка горячего чая. Я бы, наверное, даже обрадовалась такому вкусному подношению, но… Этот болван споткнулся о мой сапог, валявшийся у кровати, и вывернул все это счастье прямехонько мне на голову. Я завизжала так, что заткнулся даже кукарекнувший было петух, добровольно признав мое первенство в вокальном поединке. И, не раскрывая обожженных глаз, запустила в мага скатившейся мне под руку уже пустой кружкой. Судя по глухому удару о стену, не попала… Или этот гад успел увернуться. А потом обложила его такой отборной руганью, что проснувшаяся от воплей Лайн завистливо присвистнула. Бедлам творился жуткий.
Вскочив с постели, на которой лежать стало слишком уж мокро, я орала в голос, требуя: а) немедленно рассказать, что стало с моим лицом после кипяточного умывания; и б) сию же минуту линчевать наставника без суда и лишних разбирательств. Полуэльфка хлопотала, не зная, как меня заткнуть. Ян покаянно вздыхал и предлагал «осмотреть ваву». Я бесилась еще больше и вслепую (ориентируясь только по голосу) метала в мага все, что подворачивалось под руку. В конце концов, запустив в него своими же штанами, я вдруг поняла, что стою перед этим нахалом в одной ночнушке, и, от всей души пожелав ему пройти все круги преисподней дважды — при жизни и после, забралась под одеяло с сухой стороны кровати, на которой почивала полуэльфка. Лайн, воспользовавшись тем, что я временно угомонилась, тут же обмазала меня какой-то дурно пахнущей дрянью, шлепнула на глаза холодный компресс и выпорхнула из комнаты — в дверь как раз постучал первый на сегодня подопытный. Оставшись со мной наедине, Ян полез было с извинениями, но я царственно повелела ему выйти вон, заодно сообщив, что дурной сон я ему рано или поздно и так бы простила, но вот поругание моей красы неописуемой — никогда! Маг зло сплюнул и вышел. А я, кажется, задремала.
С обедом Евдокия расстаралась особенно, позволив мне даже откушать в постели. Ян старался без нужды на глаза не попадаться. Лайн не переставая мазала меня всеми подряд мазями, но зеркало пока не подносила, что и настораживало. Я тайком ощупывала лицо и, постепенно успокаиваясь, приходила к выводу, что существенного урона удалось избежать. Ближе к вечеру зеркало мне таки дали, и я с радостью отметила лишь излишне румяную и кое-где припухшую кожу. Приободрившись, даже соизволила выйти из комнаты и отужинать за одним столом с наемником, но метать в него гневные взгляды так и не перестала.
— Лета, кончай дуться, — меж тем вещал он. — Я не нарочно. Завтра мы выезжаем в Куринск, и я не хочу всю дорогу лицезреть твою обиженную физиономию.
Я красноречиво промолчала.
— Практика зачтена? — загорелась Лайн.
— По Гончаровке — да. Отработала по совести.
— И даже никого не убила, — хмуро поддакнула пифия.
— Кстати, — я все-таки включилась в разговор. — Лайн, ты помнишь свое пророчество по поводу практики? Ну, толпы упырей и иже с ними?
— Я помню, как ты над ним ржала!
— Извини, я была не права. Наворожила ты в самую точку!
— С чего ты взяла? Это действительно была полная ерунда!
— О чем это вы? — решился задать вопрос Ян.
— О своем, девичьем! — грубо отрезала я, не желая налаживать мосты. — Это не ерунда, Лайн. Ты доела? Тогда пойдем в комнату — расскажу!
На следующий день маг разбудил нас в такую рань, что я даже не сразу поняла, чего он от нас хочет. За окном были предрассветные сумерки, а холод в избе стоял такой, что вылезти из-под одеяла не представлялось возможным. Абсолютно.
— Сколько хоть времени? — еле ворочая языком, буркнула Лайн.
— Около пяти, — просветил наемник, и мне захотелось его подушкой придушить. — Давайте поднимайтесь, спящие красавицы! До Куринска дневной перегон, а дорога неезженая, кони будут вязнуть в сугробах. Так что если через полчаса не выедем, к вечеру можем не поспеть.
— Ну и что?
— Ехать будем лесом, вот что. Кто из вас хочет заночевать в сугробе?
— А что, объездной дороги нет?
— В объезд и за несколько дней не управимся. А времени у нас не так уж много — к концу недели вам отчет по практике Верховному сдавать.
— Ну опоздаем мы на денек-другой, с кого убудет-то?
— С меня. Верховный три шкуры спустит, если я вас в назначенный срок не верну в Академию.
— Бюрократы, — вздохнула я. — Ну, ты из комнаты-то выйди. Нам нужно переодеться.
— Хорошо. Я пока у Евдокии еды в дорогу прикуплю.
— Так она с тебя деньги и взяла, — хмыкнула полуэльфка.
— А кто ее спрашивать будет? Я вот тут под подушкой золотой оставлю.
— Думаешь, найдет?
— А то! После нас в комнате приберется — и найдет.
— А вы, господин наставник, легких путей, я смотрю, не ищете, — я, плюнув на его присутствие, натянула штаны под одеялом.
— Проторенные дорожки — это скучно, Лета.
— С вами, господин Роутэг, нигде не соскучишься. Рубашку мне тоже при тебе надевать?
— Уже ухожу, — кивнул маг.
И действительно ушел.
— Слушай, долго ты еще собираешься его мучить? — тут же накинулась на меня полуэльфка. — Он ведь уже и так, и этак… Завтрак вот притащил. Идея-то была хорошая. Никто не виноват, что все наперекосяк вышло.
— Вот именно. Никто вроде бы не виноват, но у нас все время все наперекосяк.
— Но он старается. Это заметил бы даже слепой!
— Слушай, Лайн, а ты сама-то давно в его защитники заделалась?
— Ладно, извини. Я действительно лезу не в свое дело.
— Я не это имела в виду. Просто я пока сама ничего не понимаю. А когда пойму, ты узнаешь обо всем первой.
— Идет. Скажи только, что тебя смущает?
Я рассеянно потерла переносицу.
— Не знаю даже, как объяснить… Такое ощущение, что он давно уже все решил. Сам. Без меня.
— И тебя это бесит?
— Не то чтобы бесит. Но мое мнение тоже важно. Я, может, вообще не хочу замуж!
— А тебя звали?
— Нет пока… Но, кажется, скоро позовут.
— Ну так и радовалась бы, бестолковая!
— Да как тут радоваться?! — вспылила я. — Он же, поди, все венчание уже по минутам расписал, планов каких-то настроил! А меня вообще спросил?!
— А чего тебя спрашивать? По тебе и так все видно.
— Ничего по мне не видно! Я маскируюсь!
— Плохо маскируешься!..