Чтение онлайн

Малдер уставился на них, словно подросток на порнографическую карточку. Скалли хорошо знала это выражение лица напарника — похоже, опять осенило…

— Ещё раз прошу меня извинить. Мне пора идти, — доктор Фарадей быстрым шагом двинулся в сторону озера. Тут вроде бы не было ни намёка на тропинки, но он уверенно лавировал между густыми и наверняка колючими кустами.

Малдер тем временем вдохновенно вещал:

— Скалли, теперь всё сходится. Помнишь, мы говорили по дороге?

— Ядовитые стоки?

— Ну да, рыба стала ядовитой, и Дракон перешёл на лягушек. Здесь их больше всего, поэтому последнее время его легче всего встретить именно здесь. Но и лягушек становится всё меньше, и он стал нападать на людей.

— Сплошные натяжки, Малдер. во-первых, доктор Фарадей бывает здесь чаще любого местного, но ни разу…

Крик раздался с той стороны, куда ушёл доктор Фарадей. Только что за кустами мелькал свет его фонаря… Крик оборвался так же внезапно, как и возник. Рассуждать было некогда. Слава Богу, напарники давно уже понимали друг друга без лишних слов. На ходу доставая оружие, Скалли рванула напрямик через кусты в том направлении, где последний раз мелькнул свет. Длинноногий Малдер побежал левее, рассчитывая обойти место нападения со стороны озера. Если это действительно Большой Синий, то он наверняка попытается утащить добычу в озеро.

Чёрт, темно, хоть глаз выколи… И кусты в самом деле колючие, в этом Скалли пришлось убедиться. А главное — за их треском абсолютно ничего не слышно. Ничего не видно, ничего не слышно, как ловить подозреваемое чудовище прикажете? По запаху? Так это по части Малдера, он у нас Фокс. Ерунда какая-то в голову лезет… Скалли пошла медленнее, стараясь прислушиваться. По её расчётам она уже должна была быть на месте, но как тут сориентироваться? Попробуйте разглядеть пятна крови на ночном болоте… особенно если их там нет. Почему погас фонарь? Может, Фарадей заманивает их в ловушку? Уж очень он вовремя мимо проходил. Он это болото знает как свои пять пальцев. За любым стволом может прятаться. А из нас, городских жителей, Кожаных Чулков не получится. То ветка под водой хрустнет, то вода хлюпнет… ещё неизвестно, кто кого поймает.

Обоняние Фоксу действительно пригодилось. Но слишком поздно. Справа дохнуло гнилостным и тошнотворным. В кромешной тьме он разглядел только внушительную пасть — слишком близко, чтобы интересоваться подробностями .Малдер кинулся в первый попавшийся промежуток между кустами и, пробежав несколько метров, решил, что удалился на достаточное расстояние. Чтобы открыть огонь. Однако позиция для стрельбы была не самая удачная. Попал? Или нет? Чтоб его, огромная же туша, прёт себе и прёт.. Продолжая стрелять, он пятился от резво приближающегося животного. Пятился — это зря. «Как бы в самом деле не повторить судьбу Ахава», — совершенно не ко времени подумал Малдер, сгруппировавшись в падении на спину. По закону подлости, пришлось с размаху приложиться затылком об какой-то ствол. Каменного дерева, должно быть. Искры из глаз, тут уж н до монстров. Ага, а это уже не в ушах трещит, это выстрелы. Будем надеяться, у Скалли получится лучше…

Когда фейерверк в черепной коробке немного поутих, к Малдеру постепенно начала возвращаться способность воспринимать происходящее. Цветные пятна ещё мелькали перед глазами, но зато было тихо. Значит, всё кончилось. Оставалось понять, чем. Что-то мешало встать, давило на грудную клетку. И запах гнили, кажется, ощущался значительно сильнее, чем тогда, во время погони.

Малдер усилием воли постарался сфокусировать зрение. Слева стояла Скалли — в одной руке злополучная «летучая мышь», в другой «беретта» — стволом вниз. А сверху… Малдер, стиснув зубы, оторвал раскалывающийся от боли затылок от горизонтали и уставился на то, что всё это время прижимало его к земле. Ещё несколько секунд ушло на то, чтобы понять, где он мог видеть эту морду. Определённо знакомая морда…

— Ффу, крокодил… — вырвалось у него.

— Ты цел, Малдер? — Скалли опустилась рядом на корточки.

— Не знаю. Помоги, пожалуйста.

Вдвоём им кое-как удалось спихнуть тяжелённую сушу земноводного. Подняться на ноги оказалось ещё труднее — здоровенная шишка на затылке давала ни с чем не сравнимую возможность ощутить жизнь во всей её полноте…

Зато теперь Малдер мог сколько душе угодно разглядеть убитого монстра. В полный рост. Это был, несомненно, очень крупный, но вполне современный аллигатор. И никаких драконов…

— Что с доктором Фарадеем? — спохватился Малдер.

— Жить будет, — ответила Скалли. — Кажется, и кости целы. Потерял сознание от болевого шока, должно быть. Он там лежит, — Скалли махнула рукой, — я об него споткнулась…

Малдер сейчас только заметил, что на лбу напарницы красуется шишка не намного меньше его собственной.

— Пойдём, Малдер. Скоро шериф приедет. Надо попробовать доктора перенести поближе к машине, если кости действительно не пострадали, — в голосе Скалли не слышалось ничего, кроме бесконечной усталости. — Пойдём…

— Как он сюда попал? — Малдер не мог отвести взгляд от истекающего кровью животного.

— Какая разница? Есть любители — раздобудут где-нибудь детёныша хищного животного, умиляются, играют с ним… Тигрёнок в будке, крокодильчик в ванне… Потом крокодильчик вырос, и хозяин от греха подальше выпустил его.

— Ничего себе — от греха подальше!

— Малдер, — Скалли старалась говорить как можно мягче, — я понимаю, что ты чувствуешь. Но, в конце концов, мы своё дело сделали. Что с того, что монстр-людоед оказался не доисторическим чудовище, а банальным аллигатором? Больше он никого не убьёт.

— А переворот в теории эволюции откладывается на неопределённый срок, — горько усмехнулся Малдер. — Но ты права, Скалли. Пойдем, позаботимся о живых…

Скалли промолчала. Она не знала, что ещё сказать. Ахава, месяцами преследовавшегося таинственный фонтан на горизонте, а настигшего лишь обычного кашалота, смог бы утешить только новый фонтан…

При тусклом свете керосинового фонаря, старательно глядя под ноги, они пошли туда, где Скалли оставила лежащего без сознания доктора Фарадея. Они не оборачивались. Поэтому они не видели гибкого исполинского тела, скользнувшего по поверхности озера в двадцати метрах от озера — недалеко от крошечного островка, приютившего потерпевших кораблекрушение этой ночью…