Турист
Шрифт:
Коля удивлялся тому, как быстро ожесточились люди. Инфекция пришла в город всего несколько дней тому назад, а обычные граждане уже легко калечат и убивают друг друга. Страшно представить, что будет через год…
Колю поселили в большом ангаре вместе с другими пленниками. Когда-то это была теплая стоянка для грузовиков автобазы. Теперь на бетонном полу стояли рядами двухэтажные нары, сбитые из досок и брусьев. В одном из углов ангара находились обеденные столы. Сама кухня располагалась под навесом на улице. Поварами были такие же пленники и две молчаливые пожилые женщины, живущие где-то за территорией. Пищу готовили на открытом огне, поэтому каша всегда получалась подгорелой, а в супе плавала сажа. Голодать, однако, не приходилось – еды хватало даже самым прожорливым. Раз в два дня, как рассказывал Вантуз, всем работягам выдавали вечерний десерт – по банке сгущенки в руки, или плитка шоколада, или коробка конфет.
Боевики банды селились по всей территории автобазы, сами выбирали себе квартиры – обычно кабинеты в конторе или помещения на верхних этажах. Почти всегда они жили бригадами – пятерками или тройками. Но были и такие, кто предпочитал одиночество. Предводитель банды Гусак большую часть времени проводил в своем кабинете, о котором Коля пока ничего не выведал; но имелось у Гусака и жилище, устроенное на высокой плоской крыше склада. Рабочие с помощью крана подняли наверх пять грузовых контейнеров, вырезали автогеном дверные и оконные проемы. Строительство продолжалось и сейчас, поэтому Гусак пока ютился в единственном контейнере, где уже были застеклены окна и вставлены двери. Его апартаменты были видны из любой точки автобазы, а значит, и он видел все.
В плену Коля узнал много нового.
Например, об особой любви зомбяков к воде.
Его научили привязываться к нарам перед сном. И он даже видел ночное обращение – его тихий сосед Шуша превратился в одержимое голодом чудовище. Если бы не привязь, в ангаре пролилась бы кровь. Много крови!
Колю дважды брали на выезды. Оба раза он работал с бригадой Хомяка – прапорщика Хомова, в советское еще время служившего на военном аэродроме. Остальные боевики Хомяка не любили. Но он был старым приятелем Гусака, поэтому с ним предпочитали не связываться. В этой бригаде числились еще двое: неприметный хитрый мордвин Шумбасов и здоровенный борец Маматов, которого все за глаза звали «мамочкой». Вантуз потом сказал Коле, что ему повезло – это была самая добрая бригада; на выезде они даже ели за общим столом с работягами.
Как рассказал Вантуз, подавляющее большинство выездов осуществлялось с целью что-нибудь украсть. Ценились продукты длительного хранения, хорошие надежные автомобили, инструмент, топливо и оружие. Желанной добычей были женщины – красивые и молодые. Но что с ними делали, Вантуз не знал, – на территории автобазы слабый пол появлялся редко, и обычно это были уродливые толстухи приличного возраста.
А вот новые работяги базовским требовались, только если кто-то из старых сбегал, помирал или обращался. За любым человеком надо было присматривать, его нужно было кормить, тратить на него ресурсы – так что лишних здесь не держали.
– Часто бегут? – поинтересовался Коля, с самого первого дня пытающийся найти возможность для побега.
– Нет. А куда? Говорят, весь мир сейчас такой стал. Здесь хоть какая, но жизнь.
– Но вас же за людей не считают.
– Почему это? Просто мы разделили обязанности. Стали как муравьи. Есть рабочие, а есть солдаты.
– Вот я и говорю: насекомые, а не люди.
Вантузу такой вывод не понравился. Он нахмурился, помотал головой.
– Ты поживи, посмотри. Все сам поймешь.
Коля жил, смотрел. Но с пониманием дело пока обстояло плохо…
О новом выезде его предупредили за час. В ангар вошел незнакомый бородач, одетый в камуфляж, постучал по висящему у двери рельсу молотком и, глядя в мятую бумажку, зачитал список:
– Вантуз, Холера, Василек, Чучмек, Колян, Упырь. Готовьтесь. Работы будет много.
– Не повезло нам, – сказал голубоглазый Василек и, вздохнув, принялся собирать с одеяла карты. Он и Вантуз играли в «дурака» на сигареты. Вантуз, как обычно, выигрывал.
– Почему не повезло? – спросил Коля.
– Это Габозов приходил, – пояснил Вантуз. – Тот еще отморозок. Бывший зэк. И бригада у него такая же – один с «химии», другой за изнасилование сидел. А водила у них бывший таксист. Он как-то из-за доходного места трех человек своей «Волгой» задавил. Шум в городе большой был, но его в итоге даже не посадили. Вроде бы как он защищался – у тех троих были ножи и дубинки…
– У вас тут приличные люди вообще есть?
– Так это же автобаза, – хмыкнул Василек. – Ее начальник как занялся в девяностые темными делишками, так до недавних пор и продолжал. А Гусак у него в доверенных лицах ходил.
– И где теперь начальник?
– А кто его знает. Наверное, помер от инфекции. Может, в зомбяка обратился. А может, Гусак его лично на тот свет отправил.
Они оделись. Чучмек, которого вообще-то звали Федором, обмотал предплечья плотными бинтами. Заметив недоумение Коли, пояснил:
– Если зомбяк набросится, я ему одну руку в пасть суну, а пока он ее прокусить пробует, второй рукой – шилом в висок. Или еще чем острым.
В «оружейке», оборудованной у выхода, сегодня дежурил Налим. Он выдал Коле заточенную жердь, позволил остальным выбрать оружие. Упырь взял бейсбольную биту, Вантуз – молоток на длинной ручке, Холера – арматурину с обмоткой и кожаной петлей.
Вооружившись, они вышли на улицу, направились к воротам, где уже стоял «ЗиЛ», на кунге которого была надпись «Водоканал». Выхлопная труба плевалась сизым дымом. Коля послушал, как работает мотор, и ему стало немного страшно – эта машина могла заглохнуть в любую секунду.
Зато в кунге оказалось довольно уютно. В обитом асбестовыми плитами углу стояла чугунная печка. Около нее располагался стол, намертво прикрученный к покрытому линолеумом полу. Небольшие сиденья вполне можно было именовать креслами. Еще один столик находился у переднего борта – это было место членов бригады.
Они появились перед самым выездом. Забрались в кунг, не глядя на сторонящихся рабочих, сразу сели за свой стол, вскрыли шпроты, распечатали бутылку водки. Много пить не стали – налили на два пальца, опрокинули в себя – и все.
Бородатый Габозов заглянул в кунг, проинспектировал и запер дверь снаружи. Его место было рядом с водителем.
– Куда поедем? – аккуратно поинтересовался Холера.
– В твою задницу, – сверкнув золотым зубом, ответил наголо обритый толстяк. Коля сразу прозвал его Фиксой – было в нем что-то от мистера Фикса из старого австралийского мультика.