Шрифт:
1
Ярко-красный «мазератти» мчался по горному серпантину на предельной скорости. Несколько раз автомобиль оказывался в опасной близости от пропасти, так что, если бы у этой гонки оказался свидетель, у того бы дух захватило от страха. За рулем сидела молодая светловолосая женщина с перекошенным от напряжения красивым лицом. Она даже не пыталась притормозить, и причиной тому был «мерседес», который гнался за ней, также рискуя упасть в бездну.
Через несколько минут автомобили почти поравнялись друг с другом. Блондинка оглянулась через плечо, забыв про зеркало заднего вида, и пропустила поворот. «Мазератти» занесло, бампер чиркнул по ограждению, душераздирающе взвизгнули тормоза. Красный автомобиль, совершив безумный кульбит, развернулся на сто восемьдесят градусов, встал поперек дороги и затих. «Мерседес», из которого выскочил высокий, статный мужчина, остановился еще раньше.
Блондинка, пошатываясь, вышла из машины, оперлась о горячий капот и с ненавистью взглянула на своего преследователя.
— Ненормальный! — задыхаясь, словно от быстрого бега, выкрикнула она.
— Кто бы говорил! — не остался в долгу мужчина, решительно направляясь к ней.
Почти двух метров ростом, мускулистый, стройный, с открытым взглядом удивительных синих глаз, которые сейчас метали молнии, он являл собой превосходный образчик мужественности и силы.
— Лучше не подходи ко мне, Клифф! — выдохнула женщина, как только он сделал первый шаг по направлению к ней.
— Правильно говорил твой отец, — громовым голосом, полным праведного гнева, произнес мужчина, — чтобы ты хотя бы пару минут побыла пай-девочкой, тебя надо на сутки запереть в темной комнате.
— У моего отца всегда был весьма своеобразный взгляд на воспитание, — огрызнулась она. — Кстати, это ведь наверняка он меня выследил и приказал тебе поехать за мной?
— Больше ему делать нечего, как только следить за тобой, — проворчал Клифф и сложил руки на могучей груди. — Ты ведь ни от кого не пряталась, Линдси. Выносила чемоданы на виду у соседей. Даже попрощалась с владелицей кафетерия, которая вышла узнать, в чем дело. Нашла с кем знаться! А родному отцу даже не сказала о своем отъезде!
— С владелицей кафе я дружу. А с отцом разругалась вдрызг на прошлой неделе. Он поклялся, что больше никогда не станет вмешиваться в мою жизнь.
— Твой отец сказал так в запальчивости. Неужели ты поверила, что он и в самом деле забудет про тебя и твои идиотские выходки?
— Как бы там ни было, — произнесла Линдси, выпрямляясь и переводя дух, — это только наши с ним дела. Не понимаю, почему ты в них вмешиваешься.
— Потому что я твой муж!
Линдси презрительно фыркнула и мотнула головой, откидывая со лба спутанные волосы.
— Ты мой бывший муж, Клифф! Чувствуешь разницу?
— Давай не будем сейчас поднимать эту животрепещущую тему, — поморщившись, сказал он. — Она мне уже набила оскомину.
— Как и мне. — Линдси шагнула к нему и ткнула указательным пальцем в его грудь. — Послушай-ка, дорогой Клифф, ты не имеешь никакого права преследовать меня. Об этом тебе скажет любой адвокат по бракоразводным делам. Я тебе ничего не должна. И ты, к счастью, тоже мне ничего не должен. Разойдемся с миром или мне выцарапать тебе глаза?
— Попробуй! — сказал Клифф, перехватывая ее руку. — Не тягайся со мной, девочка. Я тебя как муху раздавлю, и даже мокрого места не останется.
Неизвестно, чем бы закончилась их перепалка, если бы вдалеке не послышался вой сирен. Линдси выругалась и бросилась обратно к «мазератти», однако Клифф схватил ее сзади за талию, крутанул так, чтобы она оказалась лицом к нему, и прошипел, глядя ей в глаза:
— Думаешь, тебе удастся смыться? Нет уж, поговори сначала со своим любезным дядюшкой. Может быть, если ты выплеснешь на него всю свою злость, мне достанется меньше.
Линдси не успела ответить, так как из-за поворота дороги показался полицейский автомобиль. Из него практически на ходу выпрыгнул мужчина средних лет, с уже наметившимся пивным брюшком и лысиной. Он удивленно уставился на «мазератти» и «мерседес», брошенные у края пропасти, словно надоевшие игрушки, выроненные ребенком. Его взгляд переместился на Линдси и Клиффа, все еще стоявших в обнимку.
— Помирились, что ли? Если так, то я готов закрыть глаза на все это безобразие.
Линдси оттолкнула бывшего мужа и повернулась ко всем спиной, всей своей позой показывая, что не желает разговаривать.
— В чем дело, Клифф? — спросил полицейский, подавая знак водителю, чтобы тот не вздумал вылезать из машины. — Что она опять натворила?
— Все как обычно, Артур. Она собиралась уехать из города, что же еще.
— Право слово, будь на то моя воля, я бы отпустил ее на все четыре стороны. Неприятности, которые происходят по ее вине…
Линдси резко обернулась:
— Так отпустите меня! Отпустите! Это все, что мне нужно! Почему я, взрослая двадцатипятилетняя женщина, должна украдкой удирать из города, который ненавижу?
— А почему я, начальник полиции, должен ловить тебя, непослушную девчонку, позабыв обо всех своих обязанностях? — спросил Артур грозно.
— А с каких это пор я стала преступницей? Я свободный человек, куда хочу — туда еду.
— Ты не свободна, Линдси, коль уж ты носишь фамилию Фэлкон.
— Ненавижу ее, ненавижу всех вас! А тебя, Клифф, больше всех ненавижу!
Еще чуть-чуть, и у меня начнется истерика, подумала Линдси. Они, конечно, только этого и ждут. Она достала из заднего кармана джинсов помятую пачку сигарет. Я расплачусь, перестану себя контролировать, и дядюшка с удовольствием наденет на меня наручники и препроводит к врачу, доставив меня к нему в своем полицейском автомобиле. Как это уже случилось однажды. Нет, даже дважды.
— Поехали домой, Линдси, — ласково проговорил Артур, не решаясь, однако, подходить к ней ближе. — Выпьешь горячего чаю, примешь пару таблеток снотворного, а завтра отправишься со своей матушкой за покупками. Ты же так любишь гулять по магазинам…
Линдси закатила глаза и нервно выпустила вверх струю дыма.
— Ты не сможешь уговорить даже пятилетнего ребенка, дядюшка.
— Ну-ка выбрось эту дрянь, — вдруг потребовал Клифф. Он выхватил из ее рук зажженную сигарету и выкинул в пропасть. — Чтобы я больше не видел, как ты куришь!