Чтение онлайн

— Надо книгу привезти из Гхросса, — подал голос Фарк. — Поваренную, старинную. Я матушку попрошу, чтобы там полный список сделали, с магией и сносками на полях. У нас в роду лучшие сковородники! Сама королева наши сковороды заказывала. И рецепты имеются.

— Наши лучше, — встопорщил короткие усы Брыж. — Не смей старшему поперек молвить! Пффтуры никогда не были первыми кузнецами, признаю. Но по ювелирному делу, по готовке и по рудознанию мы вас опережаем. Книгу он закажет! Умник! Да я сам напишу. Все тут, в голове! Ну съел?

— Со старшими не спорю, — мрачно буркнул Фарк и отвернулся к окну. Чуть посидел, подпрыгнул как ужаленный. — А с дичью вы не печете! Только со сладким.

— Не печем, — покладисто кивнул Брыж. — Это да, не балуемся глупостями.

Нора откинулась на спинку, прикрыла глаза и улыбнулась. Определенно, лето обещает быть интересным.

Приятно осознавать, что все дурное только приснилось. Взрывы, от ударной волны которых прочное стекло сперва смялось, пошло сетью трещин, а затем рухнуло в холл. Щелчки пуль о камень фасада. Нэл, успевший разрядить пистолет в ближнего дага и перехватить его оружие, заряженное, автоматическое. Хруст чьих-то ребер под локтем. Ей казалось, что навыки боя, пусть и регулярно тренируемые, давно в прошлом, как и тактика охраны и прикрытия, а также необходимость применять давние знания. А вот все вспомнилось. Как отступать по коридорам, использовать укрытия, стрелять навскидку… Не женское занятие. Она никогда не говорила Нэлу, что умеет это делать. Как-то неловко и неприятно было объяснять относительно дисциплинарной роты и всего прочего.

Во сне пришлось использовать знания по полной и умереть, не понимая, удалось ли продержаться до прихода помощи. Самое страшное — это неизвестность. Сделать больше ничего нельзя, все силы отданы, вся жизнь истрачена. Остались темнота и холод. Даже боль ушла. Слух угас последним. Выживет Нэл или нет…

По счастью, случившееся — всего лишь сон. Смерть была ненастоящая, потому что светит солнце, дышится легко, и во всем теле нет ни единой сухой крошки боли. Так хорошо. Можно позвать мужа и рассказать ему что приснилось. Посмеяться вместе. Нападение! И где? На базе Свэль, которую охраняет даже не полиция, а эти, президентские. Как их там? Кажется, «Закат».

Марша приоткрыла веки. Заинтересованно изучила спину Норы, почему-то сидящей в кресле у кровати. Задумалась: когда это генеральша успела отрастить и подкрасить волосы? Впрочем, Ррын может и не такое. Только зря. Светлое серебро Норе не к лицу. У нее глаза ясные и довольно темные, им требуется и оттенок волос поярче, поплотнее. А вот длина хороша. Лопатки прикрыты. И чуть вьющиеся ей идут.

Только что эта наглая генеральша делает в комнате… Марша чуть повела головой, осматриваясь, и задумалась. Она что, не дома? И даже не на базе Свэль? Хотя птицы поют чудесно. Даже там, в заповедном лесу, не кричали так яростно, празднуя весну. А воздух вообще бесподобный.

— Нора! — с сомнением окликнула подругу Марша.

— Мяу, — зевнула незнакомка, явно не Нора. Обернулась. — Привет!

Серебряные волосы были ей к лицу. Еще как! К таким бешеным зеленым глазищам, да еще с немыслимым вертикальным зрачком… Эффектная девушка. Неповторимая, восхитительная и хорошо знающая себе цену. Подмигнула, читая оценку своим данным на лице Марши. Улыбнулась, переместилась на кровать одним движением. В самом деле кошка. Каждый ее жест лениво-безупречный и нечеловечески мягкий, гибкий, продуманный. И непредсказуемый. Села, вытянув одну ногу по краю кровати, колено второй, согнутой, смотрит в потолок. А сама ползет по одеялу, изгибается, потягивается, зевает — и гордится кошачьей гибкостью.

— Я Кошка, — сообщила зеленоглазая, устроившись на своей же ноге, почти дотянувшись носом до края одеяла, аккуратно отогнутого на груди Марши. — Кошка Ли. Еще меня зовут Лэйли. Я твоя ведьма на ближайшее время.

— Моя ведьма? — недоуменно переспросила Марша.

— Слушай, ты дрыхла десять дней! — возмущенно сморщила нос Кошка. — Хватит уже! Просыпайся. Мама всех на ноги подняла, чтобы тебя вылечить. Тут такое творилось! Гномы ревут, эльфы поют, маги шепчут, жбрых верещит, Бант гудит, сочувствует… Я почти оглохла. Но мы молодцы. Мы тебя вытащили. Я тоже старалась. Вот. Мяу… Теперь все отдыхают, и только я дежурная. Твоя дежурная ведьма. Ты мне нравишься, я вообще буду тебя опекать. Ладно?

— Значит, ничего мне не приснилось, — сделала разумный вывод Марша. — Нэл жив?

— Совершенно здоров. Ждет от тебя письма. — Кошка Ли с интересом посмотрела на свою торчащую вверх коленку. Медленно выпрямила ногу вверх, немыслимым образом развернула, скрутилась в кольцо и почесала пальцами ноги затылок. — Рука не болит?

— Когда я на такое смотрю? — уточнила Марша. — Спина ноет!

— Ну извини. — Кошка Ли села нормально, почти по-человечески. — Я не специально, я вообще такая, несколько… мяу. Если коротко, ты почти здорова. Руку мы на перевязь, ногу… а, похромаешь маленько и пройдет. Отлежишься еще недельку или подольше, это как Сэль скажет, и поедем, наверное, в гости к Кире. На юг, там тепло и уже созрела ранняя земляника, потом черешня пойдет, клубника. Тебе это полезно. Ма сказала, с ребенком все хорошо.

— Ма?

— Ой-й, извини. Королева. Сэльви-а-Тэи, моя мама. Я не сказала, да?

Марша улыбнулась и кивнула. Собственно, глупо было сомневаться в том, что это странное существо — эльф. Люди не могут гнуться столь безупречно. Не только по амплитуде движения, это поддается тренировке. Но вот легкость и грация… Интересно, сколько милому на вид ребенку лет? Или веков?

Марша нахмурилась. Про своего-то ребенка она не успела сказать мужу. Как раз собиралась — и вот оно как повернулось. Нападение, рана, сон, пробуждение в чужом, но удивительно приятном уютном доме. Под присмотром самой королевы и ее бесподобной дочери. Марша неуверенно улыбнулась. Может, даже к лучшему. Она разговаривала с врачами там, в Альянсе, и ей предрекли сложную беременность. Твердили про старую травму спины, про авитаминоз и сильную простуду, весьма некстати подхваченную уже весной. Много разного, неприятного и тревожного. Собственно, из-за этого Марша и не спешила все выкладывать мужу. Он бы тоже стал переживать. А сердце у Нэла хоть и не болит с зимы, после курса лечения каплями из фляжки королевы, но лишний груз забот ему вряд ли на пользу. Как он переживет ее ранение? Впрочем, сам цел, она в порядке — уже хорошо…

Лэйли наскучило сидеть молча, она задумчиво взъерошила свои шелковые волосы и глянула вверх, сморщив нос и явно удумав новый каприз. Погладила серебряное ожерелье на шее, и оно змейкой скользнуло к уху.

— Раа, я хочу мангу! Эту, название не помню, ты вчера приносил, ее только что вывели. Тоже хочу, да. И вообще, сам-то где? Желаю тебя видеть.

Девушка вывернулась, коленки теперь смотрели влево, а плечи и лицо — вправо. Она продолжала скручиваться… Смотреть страшно! Поняла, покаянно вздохнула и села нормально. Подмигнула, помогла Марше приподняться, сунула под спину пару подушек. Ощущение безмятежности и легкости исчезло. С первым движением в плечо впились иглы боли, спину свела судорога. День перед глазами подернулся пасмурной пеленой, птицы смолкли, заглушенные шумом кровотока.

Лэйли быстро провела руками над телом, сердито сбросила с них собранную в ладошки боль. Стало легче. Через несколько минут Марша даже сочла, что сидеть ей удобно и приятно. Попробовала пошевелить левой рукой, как советовала Кошка Ли. Правую — теперь заметно — оплетал от шеи до кисти странный теплый мех. Короткий, очень плотный. Кажется, он слегка шевелился и, совершенно точно, замечательно и приятно грел.

— Это пагл тетушки Вэйль, — погладила мех Кошка Ли. — Его зовут Ваффи. Старый, опытный. Он будет с тобой еще долго, знакомься и привыкай. Сейчас он выращивает тебе кости. Это больно, надо терпеть. Если честно, руки у тебя в общем-то нет. Кожа, немножко нервов, пара годных к восстановлению осколков кости, сухожилия кое-какие — и Ваффи. Лет семьдесят назад меня в вашем Альянсе подстерегли. Тогда еще никто не думал, что будет Барьер, мы гостили у друзей. Но не повезло, и меня — бац! Застрелили, — сделала страшные глаза Кошка. — Я им тоже кровь попортила, сильно. А Ваффи, он был еще малыш, мне выращивал локтевой сустав. Ничего не болит, все двигается как раньше.