Чтение онлайн

— Да, точно. Я видела эту женщину,— согласилась она.

— Эта юбка похожа на ту, что была на ней?

— Может быть.

— Вы знаете, кто она.

— Нет.

— Мне не хочется казаться слишком назойливой, но мне нужна помощь. Корал, ведь речь идет об убийстве.

— Мне все это изрядно наскучило,— сказала моя собеседница, зевая.

— Неужели вы ничего мне не расскажете?

— Вы как ребенок. Ну почему я должна переживать из-за этого Даггетта? Он был опустившимся человеком.

— А блондинка? Что вы о ней помните?

Корал вытащила из пачки еще одну сигарету.

— Чего вообще вы хотите? Вы не имеете права нас ни о чем расспрашивать. Вы же не полицейский.

— Я имею право задавать любые вопросы,— мягко ответила я.— Другое дело, что я не могу заставить вас на них отвечать, но спрашивать я могу.

Она заволновалась, ерзая на сиденьи.

— Знаете что? Вы мне не нравитесь,— заявила Корал.— От таких, как вы, меня тошнит.

— В самом деле? А кто еще на меня похож?

Корал занялась извлечением спички из коробка, и чиркала ею до тех пор, пока она не загорелась. Закурила. Спичка звякнула о пепельницу. Потом подперла подбородок ладонью и выдала мне отвратительную улыбку. Захотелось посоветовать ей не демонстрировать зубы — так она была хоть сколько-то симпатичней.

— Вам все слишком легко дается,— произнесла Корал полным сарказма голосом.

— Чрезвычайно легко.

— Белый воротничок. Достаток среднего уровня. Дом. Жизненный путь от маменьки к муженьку. Могу поспорить, что у вас есть маленькие братики и сестрички. Красивая маленькая пушистая собачка.

— Прекрасно,— сказала я.

— Две машины. Может быть, приходящая раз в неделю домработница. А я никогда не ходила в колледж. У меня не было отца, который бы меня баловал.

— Ну, вот это все и объясняет,— заметила я.— Вы знаете, я видела вашу мать. Такое впечатление, что она всю жизнь тяжко работала. А вы даже не цените ее усилий.

— Каких усилий? Она работает на контроле в супермаркете,— сказала Корал.

— Я знаю. А вам бы хотелось, чтобы она делала что-то особенное, как вы?

— Я не думаю, что буду заниматься этим всю жизнь, если вы имеете в виду именно это.

— А что случилось с вашим отцом? Где он был все это время?

— Кто знает? Он исчез много лет назад.

— Бросив женщину с детьми, которых она была вынуждена растить одна?

— Ладно уж… Я даже не знаю, почему заговорила об этом. Давайте закруглимся, позвольте мне вернуться к работе.

— Расскажите мне о Даг.

— Не ваше дело.— Она выскользнула из кабинки.— Время вышло,— завершила Корал наш разговор и ушла.

Я сложила юбку и туфли, выложила на стол пару долларов и двинулась к выходу, помедлив на пороге, прежде чем шагнуть в дождь. Было уже четверть одиннадцатого, движение в Милагро прекратилось. Улица блестела чернотой, и дождь шумел по тротуару, напоминая шипение бекона на сковороде. Туман поднимался от крышек водопроводных колодцев, усеивавших квартал. Сточные воды хлестали извивающимся потоком и бурлили у водостока.

Несмотря на то, что в последние сутки я не сомкнула глаз, я не могла и думать об отдыхе. Я размышляла о том, не остановиться ли у Рози, но атмосфера там была такая же, как в баре: накурено, душно, угнетающе. На улице, по крайней мере, был свежий воздух — было прохладно, пахло прибитой дождем пылью и мокрым асфальтом. Я завела машину и развернулась, направляясь в сторону пляжа. Дворники на ветровом стекле отчаянно работали, разгоняя потоки воды.

У приморской гостиницы я повернула направо и поехала вдоль бульвара. Слева от меня с убийственной монотонностью набегали скучные серые волны и пенился прибой. В океане я заметила маяк, проблескивавший сквозь дымку. Я остановилась у светофора и в тот же момент услышала сигнал автомобиля, явно адресованный мне. Взглянув в зеркало заднего вида, я заметила маленькую красную «Хонду», пристраивавшуюся справа. Это был Джон. Он, вероятно, как и я, направлялся домой. Он приветливо помахал мне. Я опустила стекло с его стороны.

— Можем ли мы посидеть вдвоем?

— Конечно. Где?

Он указал на стоящий справа ресторан «Воронье гнездо», призывно сверкавший огнями. Красный свет сменился на зеленый, Джон тронулся, я — за ним. Машины припарковали рядом. Мой попутчик вышел первым и, пригнувшись, открыл мне дверь. Спрятавшись вместе под зонт, мы прошли ко входу. Под ногами хлюпали лужи. Джон открыл дверь, я проскользнула внутрь и придержала дверь, пока Джон закрывал и встряхивал зонт.

Интерьер «Вороньего гнезда» был выполнен в скучной, безвкусной манере и состоял, главным образом, из рыбацких сетей и оснастки, украшавших стропила, и развешанных повсюду морских карт. Зал ресторана уже не работал, но в баре дела шли полным ходом. По крайней мере, с десяток столиков были заняты. Разговоры велись приглушенными голосами, освещение было весьма умеренным, вдобавок еще горели свечи, светившие сквозь оранжевые стекла широких круглых сосудов, в которых они были расставлены. Джон прошел мимо крохотного танцевального пятачка к стоявшему в углу столику. Аура волнения и недосказанности наполняла зал. Непогода свела нас случайно — так в ожидании полета встречаются два одиноких существа в толчее аэропорта.

Возле нашего столика возникла официантка, и Джон взглянул на меня.

— Закажи сам,— попросила я.

— Куэрво Гольд, Гранд Марниер, коктейль,— продиктовал мой спутник, официантка кивнула и удалилась.

— Очень впечатлительно,— заметила я.

— Я думаю, тебе понравится. Как тебя занесло сюда?

— Конечно, Даггетт,— призналась я Джону, сказав, что собралось столько сведений о Билли Поло и его семействе, что им можно заниматься всю ночь.

— Но сделав это признание, я сказала:

— Не будем о нем.

— Поделись проблемами.

— Ни за что. Здесь я расслабляюсь.

Официантка принесла наши бокалы и, расстелив салфетки, поставила коктейли. Мы терпеливо ожидали окончания этого священнодействия и ее ухода. Девушка была одета под боцмана, исключение составляли лишь короткие белые штанишки из спандекса, да торчавший сзади хвостик волос. Интересно, надолго ли хватило этой униформы, если б в нее всунуть волосатый зад их метрдотеля?

Когда официантка оставила нас одних, Джон звякнул своим бокалом о мой.