Ударные
Шрифт:
— И поплатился за это… Зараза. Излишки профессии, да? — Харт попытался увести все в шутку, хотя сам даже не думал смеяться.
Как никто из «Goose company», так и никто из спасательного отряда, пришедшего на помощь попавшим в беду, не собирался обвинять братьев в случившемся. Ведь такова была солдатская доля.
Если кого и можно было винить, так это тех, кто создал ситуацию, приведшую к этим трагическим смертям. Осознавая это, Милия не решалась сказать ни слова.
Уйдя в глубокие раздумья, девушка, возможно, впервые за все это время столкнулась с мыслью о несправедливом положении ударных. Ведь их никто и никогда не спрашивал о том, чего они хотят, а просто давали очередное опасное задание ради блага гильдии.
Быть может, это и стало причиной недавнего предательства в их рядах. Думая об этом, Милия и сама не заметила, как ее сердце болезненно сжалось. Пусть среди генералов она всегда была более лояльна к подчиненным, но сейчас ее начало разъедать настоящее чувство вины.
И это чувство подкреплялось еще и знанием того, что ждало отряд Верса в Ватомире. Ведь генерал уже была в курсе о случившемся с еще одним их братом, по имени Квот.
Конвертоплан уносил солдат домой, активировав маскировочный барьер. Равно как и корпус MCC, ставший невидимым для посторонних глаз, воспоминания о проклятой столице постепенно пропадали из памяти ударных. И никто не желал, чтобы они когда-либо вернулись.
* * *
Ватомир, 19:17 вечера.
После приземления на ватомирском ВПП, отряд Фокстрот-сейв во главе со своим капитаном отправился в комнату для телепортаций, а Верс и его парни остались, чтобы подождать остальных. Равно как и Милия, которая все еще не могла подобрать нужных слов, чтобы сообщить им о случившемся.
Но ей и не пришлось. Стоило их конвертоплану показаться над городом, как к ВПП уже бежал первый заместитель Верса. К моменту приземления Морж уже был около ворот и быстро подошел к отряду, собираясь обо всем доложить. Но когда он недосчитался одного из бойцов, заветные слова сами застряли у него в горле.
— А… а где Глитч?
— Погиб, брат. Погиб, спасая нас.
— Ха? Что? — не веря словам Верса, Морж отвернулся и стал ходить из стороны в сторону. — Блядь… Блядь!
Капрал со всей силы толкнул грузовую тележку, попавшую ему под ноги, и схватился за голову.
— Вот сука!
— Морж, успокойся, — подойдя к бойцу, лейтенант взял того за плечо и попытался вразумить. — Мы все еще на задании, так что не привлекай внимание посторонних.
— Да плевать я хотел!
— Тщ! Так, закрой рот и слушай меня, понял? Мы все его потеряли. И лишь благодаря его жертве мы сейчас стоим здесь. А та девушка, если ты еще не заметил, сама госпожа Милия. Она пришла к нам на помощь и вытащила из западни, так что не смей устраивать перед ней сцену, тебе ясно?!
— Я… я понял, командир. Правда, понял. Но позволь мне доложить тебе кое-что, — Морж повернулся к Версу, после чего поднял свое забрало. — Это… связано с Квотом.
— Что с ним?
Лейтенант в непонимании уставился на капрала, а Милия, наблюдавшая за их разговором издалека, тяжело вздохнула. Видя то, как руки Верса непроизвольно задрожали, девушка тихо произнесла единственные слова, которые смогла подобрать для этой ситуации.
— Мне жаль…
* * *
В отличие от других городов гильдии, в военном госпитале Ватомира всегда было полно пациентов. Правда, большинство коек все также было занято ударными, но в остальном сходства заканчивались.
Количество бойцов, ежедневно приходящих сюда с травмами, было вызвано всем понятными причинами. Ватомир был и оставался самым неспокойным городом, где ежедневно случались как разовые, так и масштабные конфликты, длившиеся по нескольку недель. И в каждой отдельной стычке именно ударным приходилось вставать на пути разъяренных жителей.
То в кого-то здоровый камень бросят, то кислотой обольют. Бывали случаи, когда кто-то из толпы и вовсе применял боевую магию. Разумеется, ответ Отвергнутых был лаконичен. Но в результате это лишь приводило к еще большему числу жертв.
Даже сейчас демонстранты, которые вышли на улицы из-за очередной перепалки между шахтерами и солдатами, кричали под окнами о несправедливости и призывали остальных поддержать протест.
— Долой угнетателей!
— Больше никакой сверхурочной работы!
— Не дадим нежити загнать нас под землю!
— Мы больше не будем работать бесплатно!
Хоть большинство выражало протестующим свою симпатию, но работников госпиталя это касалось не всегда. Так, одна из медсестер полулюдок закрыла выходящее на площадь окно и недовольно обронила в сторону шахтеров пару фраз.
— … Нет бы у штаба бастовать, но куда там, нам же нужно больных будить. Пусть помучаются, а то им мало досталось. Черт-те что.
— Мисс, не могли бы вы вызвать врача?.. — раздалось с одной из коек.
— Извини, дорогой, но целителей не хватает. Большинство приставили к гвардии, а остальные заняты тяжелыми больными, — закрыв последнее окно, медсестра повернулась к бойцу с извиняющимся видом. — Я доложу им о… — но когда она опомнилась, то раскрыла рот от удивления. — О Богиня…
— Что?
— Я… я поверить не могу, что вы очнулись, — не теряя времени, девушка взяла в руки специальное устройство и начала сканировать тело бойца. — … Вас привезли сюда с серьезным повреждением кристалла. Сама госпожа Милия сказала, что вы уже не проснетесь.
— А что главнокомандующий делала здесь? Кх! — подняв свой торс, ударный вдруг схватился за грудь, после чего медсестра поспешила уложить его назад. — Ха-а…
— Вы с ума сошли?! От любого неверного движения ваш кристалл снова даст трещину! Насколько же некоторые переоценивают целительную силу свитков.
— Гха… у меня задание! Мне нужно вернуться к отряду-у…
— Нельзя, пока вы в таком состоянии! — боец вновь попытался подняться, но медсестра оказалась на удивление сильной. Все же тот факт, что она была получеловеком, давал о себе знать. — Хотя бы дождитесь своих братьев. Они знают, что вы здесь, и ждут внизу. Так что если вы хотите поговорить с ними, а не свалиться замертво, прошу, побудьте в палате!