Угли "Embers"
Шрифт:
– Кто это отправил? – прошипела Азула.
– Он… он… - Стоя на трясущихся коленях, девушка сглотнула. – Он был в маске…
– Скорее всего, он подписал стихотворение, - влезла Тай Ли. – Некоторые девочки из цирка показывали мне такие письма.
Хорошо. Его самоуверенность приведет его к краху. Притушив ярость, Азула протянула руку.
– На твоем месте, я бы поискала нового хозяина, девчонка.
Стараясь не всхлипывать, девушка протянула на ладонях веер, держа его так же бережно, как пух одуванчика.
Какую-то секунду Азула думала о том, чтобы отступить назад. Даже испуганная до полусмерти девчонка может представлять угрозу.
«Я не покажу свой страх. Ни среди Дай Ли, ни в армии нет женщин.»
Бездарная потеря ресурсов. Хотя с теми тактиками, что использовали генералы Царства Земли, было глупо допускать женщин до сражений на фронте. Но чтобы кидать камни со стены вовсе не обязательно быть мужчиной!
Презрительно изогнув губу, Азула раскрыла веер с шафрановой окантовкой и узорами из листьев мяты.
Накинутый плед
Должен вновь теплить страсть.
Но ты холодна.
И никакой подписи. Азула хмуро посмотрела на веер, раздумывая над значением. Она практически чувствовала чуждое ей, но жгучее оскорбление…
Дрожащие руки резко дернулись вверх, и земля сдвинулась. И её огненный вопль не задел никого, совершенно никого, потому что Тай Ли оттащила девку в сторону…
Запертая в поднятом камне, Азула со злостью посмотрела на блокиратора чи.
– Предательница!
– Нет! – голос Тай Ли выдавал настоящую боль. Она упала на колени… предусмотрительно за пределами её огненного дыхания. – Ты мой друг. Я никогда не предам тебя, никогда! – Она подняла голову, и в её серых глазах стояли слезы. – Но ты ранена и даже не понимаешь этого. Тебе нужен целитель. И одними травами здесь не справиться. Я должна была найти для тебя такого целителя!
– Идиотка! – прошипела Азула. – Ты думаешь, целитель из этого города хочет чего-то, кроме моей смерти?
– Мне так точно хочется.
– В дверь вошла величественная голубоглазая женщина в зеленых одеждах высшего класса, похожих на одежду посланницы. Её было невозможно не опознать.
«Целительница Амая», - поняла Азула.
– «Значит, крыса-долгоносик всё же выползла из своей норы».
– Я кое-что знаю о твоих делах, - Амая остановилась возле Тай Ли, оценивающе рассматривая Азулу. – Могу только представить, что ещё ты натворишь.
«Дай Ли её не останавливают». Азула извернулась ещё яростнее, царапая кожу о камень. «Они верны мне! Почему они её не останавливают?»
– Но если ты умрешь здесь, Хозяин Огня Озай превратит город в твой погребальный костер, - тихо продолжила Амая, скрывшись из поля зрения Азулы, когда подошла ближе. – Пока это в моих силах, я буду этому препятствовать. – Её голос упал. – И когда речь идет о твоей жизни… мой ученик, твой брат, свернул бы горы, лишь бы видеть тебя здоровой.
«Нет! Ты не можешь так со мной поступить. Ты не можешь оставить меня на милость Зуко…»
Холодная вода коснулась её лба, и мир исчез.
***
«Это как ходить босиком по ножам».
Осторожно потянувшись сквозь воду и кровь, Амая извлекла жидкость из отекших тканей, бережно восстанавливая тонкие капилляры. Духи, просто чудо, что девочка могла стоять на ногах, не говоря уже о том, чтобы перехитрить их с предсказанной Мэй легкостью.
«Ты всё же сестра Зуко. Ты слишком упрямая, чтобы лечь и умереть».
Травмы мозга были одновременно и сложными, и простыми. Здесь не было ничего крупного, что приходилось восстанавливать, никаких сломанных костей или разорванных мускулов. Всё, что приходилось исправлять, было маленьким. Хрупким. Сложно переплетенным с остальными участками мозга, отчего малейший дисбаланс здесь вызовет обвал там. И грохот этого обвала имел потенциал разрушить разум и дух…
«Но ты огонь и воля к жизни. Ты выживешь.»
Двигать жидкости. Исцелять. Ждать, читая бурю, бушующую в разуме. Снова исцелять…
«Там».
Физические повреждения были исцелены. Пора переходить к сложной части.
Закрыв глаза, Амая потянулась за пределы тела и разума к энергичному пламени духа.
«Зуко любит тебя».
Пламя плевалось и трещало – отказ, отрицание. Руки, прижимающие душащую подушку. Злая усмешка, разделенная с отцом каждый раз, когда она давила своего брата. Грустное лицо мамы, шепчущее «монстр»…
Амаю жгло словно кислотой, но она и раньше касалась зла. Она не позволит ему победить.
– Он знает, - прошептала она этому темному духу.
– Он всё это знает, но он знает нечто большее. Ты его сестра… и ты - единственная надежда, оставшаяся у вашего отца.
«ВРУНЬЯ!»
Окруженная водой и духом, Амая бросилась в инферно.
***
– Она не причинит вреда пациенту, - быстро сказал Широнг, когда Азула ахнула, а Чан подобрался. – Вы знаете Амаю. Вы знаете, что она так не поступит. – Он кивнул головой в сторону Тай Ли, насколько он мог, стоя опутанным цепями. – Жизнь за жизнь. Свобода Мина за исцеление принцессы – таков договор.
Агент Чан слегка расслабился, хотя и продолжал кидать злые взгляды на всё ещё дрожавшую Джию.
– Твой отец знает, что ты вела себя так… так…
– Не только знает, - мрачно ответил Тингжэ, войдя в комнату в сопровождении Мейшанг, - но и полностью одобряет. – Он наклонился, чтобы протянуть дочери руку и помочь встать на подгибающиеся ноги. – Молодец.
– Мне было так страшно, - Джия приникла к нему, её идеальный макияж расплылся от слез. – Папочка…
– Ш-ш-ш, теперь всё позади, - Тингжэ погладил её по волосам и принялся укачивать. – Всё кончилось.