Чтение онлайн

Теперь я сидел на краю стола и сжимал в своих объятиях хрупкую девушку, которая, казалось, нажми еще чуть-чуть — просто сломается. Но она сильнее, чем кажется. Даже я бы не выдержал пары секунд пребывания во мне пытающей выбраться наружу Маклин, а она продержалась больше десяти минут. Сердце сжималось от нежности к этой девочке, которая столько пережила. Я не смог защитить ее, когда был нужен ей, не смог почувствовать нашу связь через все барьеры, наставленные правящим Лордом. Она спасла мне жизнь, нарушила многолетний цикл одиночества и затворничества, а я не смог быть полезен. Если бы не Лайли, Нок-ча бы поглотил Маэль на долгие годы. Эта рубиновая ведьма знала слишком много даже для спутницы Лорда. Не знаю, стоит ли ей доверять, но пока она испытывает острую благодарность за свое спасение, она на нашей стороне…

Я моргнула, и мир снова вернулся на свое место. В груди все еще было тепло от тех чувств, что испытывал ко мне Маклей, в чьем теле я только что была. Судя по тому, что Лайли заканчивал фразу, она ничего не заметила:

— … заглянуть в себя, теперь ты можешь вспомнить то, что заблокировали от тебя бессмертные, когда похищали в детстве у Диких.

Я встревожено заглянула в серебристые глаза, пытаясь понять, почувствовал ли он что-либо. Но если внутри мужчины бушевало столько эмоций, то лицо его выражало их самый минимум. Досадно… Впрочем, бессмертная ждет от меня ответа, а я все прослушала.

Изобразив на лице как можно более несчастное выражение я взглянула на девушку и пролепетала:

— Ты не могла бы еще раз повторить, Лайли? Мне тяжело все еще воспринимать информацию…

За эту маленькую ложь мне было даже почти не стыдно, тем более, что покривила я душой лишь отчасти. Тело и вправду было будто чужим, а голова гудела от вновь переполнявших ее эмоций. После Тишины все звуки казались излишне громкими, а чувства обостренными.

— В детстве тебя похитили у Диких и каким-то образом блокировали память поколений, которая передается у сумеречного народа детям при рождении. Когда ты помогала мне тогда… — Девушка ощутимо вздрогнула, вспомнив свою прежнюю оболочку, ее совершенное в своей красоте лицо исказилось, но она почти мгновенно взяла себя в руки. — Я увидела в тебе пленку, обволакивающую тебя словно вторая оболочка изнутри. Это очень мощный барьер, я видела его всего пару раз за свою жизнь, а поверь, видела я не мало. И ЭТО практически невозможно разрушить, так как оно прирастает к тебе и сливается с твоей сущностью. Но ты сама, без всякой помощи впала в состояние Нок-ча…

Это слово Лайли произносила с такой особой интонацией, что у меня по коже морозцем побежали мурашки. Благоговение — пожалуй, вот подходящее для ее эмоций слово. Что же я с собой такого сделала…

— А зачем я впала в… Нок-ча? — Никак не ожидала, что все вокруг замрут в таком напряжении. Я только сейчас заметила, что в комнате находится и Рейн. Да уж, моей наблюдательности можно было только позавидовать. Теперь трое бессмертных стояли как истуканы и смотрели на меня с таким выражением на лицах, будто я сказала нечто ужасное.

— Не думала, что оно так быстро подействует… — Едва слышно пробормотала Лайли и уже громче добавила. — Ты устала, Майли, твой мозг сам за тебя все решил. Нок-ча помогает… Впрочем, я считаю, что ты сама должна попробовать все вспомнить. Барьера нет. Из тебя бьет такой поток энергии, что даже мне несколько страшно.

Маклей хмуро улыбнулся и снял с меня руки. Почему-то сразу же я ощутила себя обездоленной.

— Заставь себя вспомнить, Майли, если я тебе расскажу — это будет не то. Теперь ты сама можешь увидеть все, потому что ты — дочь древа.

Я будто сквозь дымку слышала голос девушки, словно отдаляющийся от меня. Теперь я и сама понимала, что совсем не так чувствую окружающий мир. Все было ярче, острее, звонче — словно с меня спала завеса, блокирующая мое естество. Я зацепилась за термин, повторяя его про себя снова и снова.

Нок-ча… С трудом прорываясь сквозь свой все еще ватный мозг, в попытке выловить из него хоть какую-то информацию, я боролась за каждый новый шаг в попытках просто сконцентрироваться. И вдруг все закончилось.

Обычно процесс воспоминаний сумеречного народа происходил так — я будто стучалась в тщательно запертую дверь, приоткрывалась щелка, и мне просовывали бумажку с записанной информацией.

На этот раз все было по-другому. Дверь прогнулась будто под напором стихии, а когда распахнулась, в мою сторону хлынул даже не ветер, ураган памяти…

Мне казалось, я плаваю в каком-то пространстве. Здесь не было моего тела, не было меня, но я каким-то образом ощущала себя личностью. Правда, я не понимала, кто я, а, может, я была все же чем-то…

Вокруг серыми сгустками клубился туман, сквозь который иногда пробивался неясного происхождения свет. Стоило мне захотеть посмотреть поближе на один из особенно ярких моментов, как туман раздвинулся передо мной, и меня практически всосало внутрь. Ох, если бы у меня было тело, голова кружилась бы точно, с такой скоростью нечто, что было моим сознанием, падало в водоворот света. К счастью я даже испугаться не могла, лишь с любопытством ожидая конца падения.

Стремительность превратилась в спокойствие, закончившееся осторожным парением. Я висела над чем-то огромным и странным, настолько не укладывающемся в привычные мне рамки, что шепот, пришедший ко мне с легким ветерком, был в начале мной даже не расслышан:

— Это Древо…

Я смотрела на нечто настолько огромное и величественное, что кощунственным казалось пытаться это вообще как бы то ни было называть. Сейчас мое зрение не были ограничено человеческими глазами, и я видела, что это Создание, названное таинственным шепотом Древом, находится в нескольких плоскостях сразу: времени, пространства, бытия…

Оно переливалось миллионами различных цветов и оттенков, двигалось и вместе с тем стояло на месте, было похоже на все растения, животные и цветы сразу, но вместе с тем Ему нравилось поддерживать образ именно Древа. Я чувствовала Его желание быть проще для тех существ, которые копошились у Его основания, казались такими маленькими и неприметными…

И тут я почувствовала внимания Создания, будто ласковый взор, этакое щекочущее чувство, будто тебя погладили по шерстке. А потом от Него ко мне рванулось нечто, которое с большой натяжкой можно было назвать ветвью. Эта часть Древа словно пронзила то, чем я являлась насквозь, и растворилась во мне…

Если бы я могла похлопать ресницами, я бы это сделала, а лучше потерла бы глаза кулаками. Очень уж странное ощущение накрыло меня, я словно двоилась, будто бы была сразу и Древом и Маэль. Конечно, быть Созданием, которое в моей человеческой сущности именовалось бы никем иным как Богом, я не могла, слишком непостижимо сложным Оно было для меня. Я получила максимально упрощенную версию — трехмерное изображение с возможностью просмотра деталей. Но как бы просто это не звучало, потрясающий эффект присутствия не отменяло…