Узор моего сердца
Шрифт:
– Ты так и будешь просто стоять? Может, хоть постараешься сделать приятное мужу? Что ты молчишь? Вылупила свои огромные глаза!
Это было слишком. Я была готова терпеть равнодушие, в некоторой степени даже неприязнь, но откровенное унижение… Нет! Всему есть предел. Я развернулась и попыталась уйти из комнаты. Но герцог схватил меня за волосы и резко потащил на себя. От такого я просто потеряла дар речи! Да что он себе позволяет? Я пыталась оттолкнуть его, но силы были неравные. Вальтер беспардонно лапал мои бедра. Меня накрыла волна паники, я начала задыхаться. Собрав все силы в кулак, с размаха ударила ногой в пах герцога. Вальтер завыл. Воспользовавшись моментом, я выскочила из комнаты и побежала, не разбирая пути. Выбежала в сад. Мое сердце бешено колотилось. Мне надо уйти и успокоиться, но куда пойти? Я всегда могу вернуться к родителям. Меня примут, и герцог ответит за грубое отношение, но я разобью последнюю надежду мамы и папы. Что делать? Я озиралась по сторонам. Недалеко виднелись горы. Те, в которых обитают дикие драконы. Я решила, что переночевать там будет безопасно. Дикие не трогали людей и иногда служили им исключительно как транспортное средство. Отряхнув колени, я побрела в сторону гор. По дороге мне попались мясные склады замка. Немного поразмыслив, захватила из павильона освежеванного кролика. Драконы будут рады такому подношению и, может, даже не прогонят меня.
Не знаю, сколько я шла, несколько минут или часов, время потеряло смысл. Я очнулась, когда, поднимаясь на высокий выступ горы, заметила дракона, огромного, мощного, величественного. Он сидел на самом отвесе скалы. Его иссиня-черная чешуя переливалась при свете луны, а огромные крылья лежали чуть распахнуты, от чего дракон казался больше самой горы. Я залюбовалась зверем. Мне уже встречались дикие драконы, но этот был особенный, слишком не похожий на остальных. Наверное, вожак стаи, если у них такие имеются.
Я постаралась как можно тише подойти к дракону и аккуратно поднесла к его ноздре кролика. Мои действия были очень плавными и осторожными. Я почти не дышала. В любой момент была готова набросить покров защиты и бежать. Дракон развел ноздри, и его глаза резко расширились. Я потрясла тушкой, еще ближе поднося к морде зверя.
– Ну же, ешь.
Дракон не шевелился.
– Ешь, свежий, давай! – еще раз ткнула угощением в нос дракона. – Ну пожалуйста, ешь! Ешь! Давай ешь! Да жри ты уже! Жри!
Я ощущала нарастающий ком в горле, поступающие к глазам слезы. Тяжесть всех последних дней переполняла меня. И эта банальная мелочь, игнор дикого дракона, оказалась последний каплей. У меня началась истерика. Я ревела навзрыд. Слезы застилали мои глаза. Теперь я уже не тыкала. Я, не боясь, хлестала тушкой по морде дракона. Кричала, что пусть лучше он сожрет меня, чем это все. Чем знать точную минуту своей смерти, чем видеть, как опускают руки родители. Я слишком долго была сильной, и теперь все выходило наружу с удвоенной силой. От бессилия мои ноги покосились, я плюхнулась на холодный камень. И только движение дракона заставило прийти в себя. Зверь выставил вперед крыло, как бы придерживая меня у отвеса скалы и защищая от ветра. Наверное, я такая жалкая сейчас, что даже дикий дракон проникся ко мне. Я сидела молча под крылом и смотрела в одну точку. Больше не было сил, не было слез. А потом не заметила, как заснула…
Ранним утром меня разбудило солнце. Я проснулась далеко от края в углублении отвесной скалы, совершенно не помня, как перешла сюда. Вчерашнего дракона рядом не было. Я мысленно поблагодарила его за то, что не сожрал меня в момент моей истерики, и стала думать, куда мне идти.
Конец ознакомительного фрагмента.