В бою обретёшь ты право своё...
Шрифт:
— Ясно! — Алексей погасил окурок и задвинул пепельницу в подлокотник, — Не волнуйся! — он взял её руки в свои ладони, — Мы вышибем дух из этих подонков, это наш долг и наша работа!
— Спасибо, капитан! — в уголке её глаза впервые сверкнула одинокая слеза.
— А, теперь, солдат, успокойся и проверь снаряжение, — он пристально взглянул в её небесно-голубые глаза. — Будь спокойна, Факел, всё будет, как положено!
Цепочка бойцов на горной тропе в серо-коричневом камуфляже, сливалась с каменистыми склонами. После высадки в пустынном ущелье они должны были перевалить через хребет по звериным тропам. Кое-где приходилось взбираться по тросам на отвесные стены, перепрыгивать через глубокие трещины…
Перемахнув через очередную трещину, капитан Павленко остановился, и вытер мокрый лоб. Справа и слева громоздились грандиозные громады гор, сзади и далеко внизу лежало узкое ущелье с тоненькой ниточкой пересохшего русла на дне. Эти реки оживают только в разгар весны, когда в горах тает снег, на большую же часть года они стоят пересыхают…
От этих размышлений его отвлёк звонкий возглас, — Поберегись! — рядом легко приземлилась Эслин, — Устал, капитан? — на её лице горел задорный румянец, а голубые глаза светились озорством.
— Нормально, Факел! Мы ещё и не такое видали! — Алексей поддернул ремень автомата и начал взбираться по каменистой осыпи, — А ты молодец, девушка, отлично держишься!
— Восемь лет тренировок не проходят даром, — Эслин так ловко перепрыгивала с камня на камень, что ни один из них даже не пошевелился, — «звезда» должна быть выносливой. — Продолжала она, не сбиваясь с дыхания, — гибкой, обладать безупречным равновесием… — она немного помолчала и добавила, — очень многое, что ей приходится делать весьма утомительно, сложно и унизительно, поэтому у тех, кто прошёл обучение очень крепкие нервы…
— Ничего, скоро мы повидаем твоих «педагогов», — Алексей вытянул руку и указал вперёд, — вон за тем гребнем спуск к лидер-посту… и, заметив недоумённый взгляд девушки, добавил, — вчера ночью здесь сбросили четырёх бойцов на парапланах, уже больше суток они сидят на обрыве над Храмом и наблюдают за всем «шуршанием» внизу…
Алексей взобрался на гребень и растянулся меж камней, чтобы не проецировать свой силуэт на фоне неба. Приложив к глазам электронный бинокль, он осмотрел склон, круто опускающийся вниз. Среди проносящихся через дальномерную сетку камней, вспыхнул крестик приводного маяка. Капитан остановил движение и подстроил резкость… — Вот они, — он опустил бинокль и указал рукой вниз, — между тех двух скал, у самого обрыва.
Эслин прикрыла глаза, — клыки Оранны, — немного подумав, сказала она, — так мы называли эти скалы, Храм должен находиться правее…
— Хорошо! — Алексей вбил в трещину валуна горный костыль и закрепил трос, — я первый, за мной «Факел», остальные в порядке номеров — шепнул он десантникам и перебросил своё тело через гребень.
После головокружительного спуска они оказались в узкой расщелине, которая после нескольких поворотов вывела их к лидер-посту. Один из десантников перекрывал расщелину, охраняя группу с тыла, один спал, завернувшись в плащ-накидку, ещё один прижался лицом к маске прибора визуальной разведки, а его напарница сидела в глубине расщелины, просматривая изображение на дисплее персонального блокнота и делая пометки на карте…
Она то и обернулась на тихий шелест шагов, — сержант «Файр», группа «Око», Дальняя разведка, — два пальца чётко взлетели к пятнистому берету, из-под которого непослушной волной вырывались чёрные с каштановым отливом волосы.
— Капитан «Гром», группа «Небесные ангелы» — капитан Павленко тоже отдал честь и опустился рядом с сержантом.
— Мы ждали вас, пан капитан! — девушка-сержант повернула к Алексею дисплей, — тут полные результаты наших наблюдений…
— Спасибо, сержант! — капитан бегло просмотрел схему, — слишком много вопросов! Хотя… — он замолчал на десяток секунд, — к счастью сейчас мы сможем дополнить ваши данные… Рядовая «Факел», с прибором визуальной разведки обращаться умеете? — обратился он к Эслин.
— Так точно, командир, этому нас учили…
— Займи место наблюдателя и сделай общий обзор объекта! — Павленко хитро улыбнулся в усы, — действуй, «Факел»!
— Её этому учили!? — вполголоса проворчала «Файр», — А мы то думали, это мы профессионалы…
На дисплее появилось изображение громоздкого круглого строения, примыкающего одной стороной к отвесной скале и целиком сложенного из чёрного камня. Сверху его венчал массивный чёрный купол, — Большой Храм Чёрной Оранны, — комментировала Эслин, — То, что вы видите, только наземная часть храма, там находится сокровищница и живут верховные жрицы. В Большом зале, под куполом, находится отлитая из золота статуя Оранны, — девушка немного запнулась, примерно пятнадцати метров высоты, именно там происходят торжественные богослужения… Подземные же галереи уходят глубоко в тело скалы, именно там проводятся мистерии чёрной любви… — она с минуту помолчала и добавила, — ни одна из девушек спустившихся туда не вернулась к свету солнца…
— Откуда она всё это знает? — поражённо пошептала «Файр».
— А у неё есть документ с печатью! — улыбка Алексея была совсем не весёлой.
— Какой документ? — не поняла сержант.
— А ты сходи с ней на пляж — там его и увидишь…
— Так это живая «звезда»? — удивлению «Файр» не было предела.
— Она самая, милый сержант, — Эслин терпеливо ждала, пока они закончат шептаться, — а теперь тихо!
Сержант не выдержала и подползла к бывшей «звезде», — Прости, сестра! — в её карих глазах показались слёзы, — Я совсем не хотела тебя обидеть!
— Ничего страшного, сержант! — девушка оторвалась от маски прибора, — Вы не сказали ничего обидного, просто вы не знали меня и это всё объясняет… И потом меня трудно обидеть — «звезда», если она хочет дожить до тридцати, должна иметь очень толстую кожу… — она указала на лежащий рядом автомат, — В конце концов, я здесь и знаю, что мне делать!
— Продолжай, «Факел», — Алексей посмотрел на часы, — примерно через час пора начинать!
— Бесчувственный болван! — выругалась «Файр», возвращаясь к дисплею.
Изображение дрогнуло и снова двинулось, показывая изогнутую черно-колонную галерею, — Правое крыло Оранны, — изображение остановилось на лестнице поднимающейся на галерею, — завтра по этой лестнице должны подняться десять сотен кандидаток в «звёзды». Для восьми сотен из них этот день станет последним днём жизни. — В перекрестии дальномерной сетки показался небольшой навес, вплотную приткнувшийся к скале, — Там, под навесом, вход в Пещеру Ужаса, в которой они ждут своего часа, там десять лет назад я провела самые страшные двадцать дней своей жизни… — немного помолчав, Эслин добавила, — Пещера Ужаса расположена прямо за Правым крылом…