Чтение онлайн

— Я расстроился и потерял самообладание, — признался Тай. — Я приношу извинения.

— Прекрасно. — Джад мотнул головой. — Если хочешь чему-то научиться, иди сюда.

Тай подошёл и встал рядом.

— Что делать?

— Подумай. Встань в это положение. — Он показал позу. — И подумай, на что способно тело, что доведёт его до предела, а что нет. Чтобы эффективно использовать инструмент, необходимо знать его возможности.

Тай глубоко вздохнул.

— Моё тело — инструмент? Ладно, я всё понял. Подумаю.

Как ни странно, преподавание дисциплины Таю поставило тьму Джада под почти полный контроль. К тому времени, когда Бренна нашла его несколько часов спустя, на смене дня и ночи, он мыслил относительно ясно.

— Мне очень жаль, — сказала она после ухода Тая, плотнее запахивая пальто. — Нужно было остаться с тобой. Глупо. Нужно уходить… наша близость причинит тебе боль.

— Никогда не жалей, что пришла. — Подобрав брошенную куртку, он натянул её. — Ты не хочешь прогуляться?

Она кивнула, нижняя губа на мгновение задрожала, прежде чем она взяла себя в руки.

— Я такой ребёнок. Со мной всё было в порядке, пока убиралась, но как только остановилась, так разозлилась. Почти так же, как если бы я воспринимала гнев всех остальных.

Он следовал за её шагами, решив сосредоточиться на лёгком аспекте её комментария… остальное обсудят позже.

— Может, ты и ребёнок, но моя. И мне нравится нянчиться с детьми.

Её смех был удивлённым.

— Очень смешно. Любой другой, сказавший это, прямо сейчас уворачивался бы от когтей.

Он вспомнил взаимодействие Д'Арна и Синг-Лю в день игр. Наконец, он понял то, что тогда казалось таким загадочным. Но сходство только на поверхности. Он и Бренна отличались друг от друга в одном важном аспекте, и это они оба изо всех сил старались не обсуждать — отсутствие брачных уз между ними. Он Пси и увидел бы связь в какой-либо форме. То, что её не было, признак того, что, хотя их могло тянуть друг к другу, они не созданы друг для друга. Но ему плевать. Он оставит её себе.

— Так или иначе, что Тай тут делал? — спросила она, когда он промолчал.

— Он становится хорошим учеником. Но когда я успел стать учителем?

— Ты лейтенант, старший брат для молодняка.

— Ах. — В этом есть логика. — Они доверяют мне.

— Да.

— Я могу им навредить.

— Но нет.

Такая вера для отступника Пси.

— Пришло время.

Она сразу все поняла.

— Здесь? — Они находились на очень маленькой поляне между высокими секвойями. — Здесь темно.

— Место идеально, как и любое другое. И там, куда я направляюсь, свет не нужен. Стряхнув снег, он сел на поваленное бревно, и Бренна села рядом с ним. — Я могу не ответить, если позовёшь меня. Не паникуй.

— Не буду. — У неё дрожал голос. Она сделала глубокий вдох. — Я не буду. — На этот раз увереннее.

— А ещё готовься к тому, что может не сработать, и нам придётся расстаться навсегда.

Бренна побледнела.

— Сработает.

— На этот раз упрямство не поможет, — сказал он, пытаясь быть нежным, но зная, что говорит резко. — Это длилось так долго и теперь прочно засело. Обусловленность перепрограммирует самые фундаментальные аспекты мозга. Нарушить Безмолвие — одно, но изолироваться, как я намереваюсь, совершенное иное. — Он не хотел говорить, что попытка может оказаться фатальной. Но не стал бы лгать. — Если я сделаю что-то неправильно, могу вызвать самый сильный уровень диссонанса.

— Ты хочешь сказать, что можешь умереть?

— Да.

Она скривилась.

— Ты не можешь умереть. Ты мой.

— Я не намерен делать что-то плохое, и планирую выжить. — Он Стрела, и всё могло быть даже хорошо. — Меня учили обходить боль и использовать её в своих интересах. Доверься мне.

Сглотнув, она кивнула.

— Я знаю, что не могу помочь, но…

— Ты можешь помочь. — Это он понял, пока обучал Тая. — После того, как я восстановил сердце Эндрю, пришёл в себя гораздо быстрее, чем следовало бы с точки зрения физической силы. Думаю, это благодаря тебе.

— Каким образом?

— Не знаю. — Между ними не было связи, но Бренна достучалась до него, как никто другой прежде. — Если ты когда-нибудь найдёшь свою настоящую пару, — сказал он, — я не освобожу тебя. — У него нет такой милости.

Она нахмурилась.

— Я — единственная женщина для Пси.

Удовлетворённый согласием, он кивнул.

— Поддерживай со мной физический контакт.

Она побледнела.

— Тебе больно от моего прикосновения.

— Потому что я приучен видеть в этом опасность. Это касание привязывает меня к тебе, что грозит нарушить Безмолвие. — Сглотнув, она кивнула и положила руку ему на плечо.

— Первое, что я собираюсь сделать после того, как ты вернёшься, это гладить тебя по всему телу столько, сколько захочу. Обещай, что позволишь.

— Обещаю. — С этой чувственной целью в качестве путеводной звезды он закрыл глаза и погрузился глубоко в разум. Глубже, чем когда-то прежде. То, что он увидел, угрожало поколебать его уверенность в способности использовать Протокол в своих интересах.

Он никогда не осознавал, как глубоко когти Безмолвия вонзились в мозг. Удалять их было все равно, что вырывать шипы по одному. Но самым странным было то, что, хотя он действовал исключительно на психическом плане, мог чувствовать Бренну рядом, она сжала его предплечье, якорь, который удерживал его сосредоточенным.

Экстраординарно.

Внешнее кольцо обусловленности обманчиво легко распутать. Обманчиво, потому что на полпути Джад понял, что оно связано с петлёй диссонанса… на уровне, который может привести к потере сознания. Он остановился, вернулся по своим следам и нашёл встроенные триггеры. Разоружение их до жути походило на разборку тысячи крошечных взрывных устройств. Хорошо, что его обучали именно этому. Конечно, это немного отличалось. Одна ошибка, и он вызовет взрыв в мозгу. Нельзя совершать ошибок.

К моменту, когда он закончил, у него появилось новое уважение к процессу программирования. Они проделали адскую работу. В начальный слой встроена не одна, а шесть Чёрных Клавиш, случайность за случайностью. Если бы он не был таким опытным, мог бы активировать любую несколько раз.

Он задумался о Саше и Фейт. Сашу легко объяснить — она не проходила Безмолвие. Её способности просто настолько противоречили, что делали это невозможным. Но Фейт была под влиянием и, насколько он мог понять, разрушила Безмолвие во время сильного эмоционального шторма. Она не упоминала агрессивные факторы, такие как Черные Клавиши и психические гранаты, предназначенные для отключения тела и разума.