В сетях аферы
Шрифт:
Милославская хотела было объяснить, кто она есть и какие цели преследует, но Надежда Анатольевна опередила ее.
– Мы все просто ошеломлены этой трагедией! Ужас какой-то! Скоро станет и на улицу страшно выйти! У Ирины вся жизнь еще была впереди, и пожить-то совсем не успела…
– Вы их классный руководитель? – спросила Милославская, обрадовавшись, что сразу напала на нужного человека.
– Нет-нет. Вам нужна Катрич Надежда Федоровна, учитель английского языка. Но она сейчас с классом, на уборке территории, в сквере.
– Далеко?
– Да нет. Но вам, наверное, лучше подождать. Все-таки там не самое удобное место для таких разговоров. Надежда Федоровна скоро должна подойти.
– Хм-м-м… – задумчиво протянула Яна.
– А у нас и самовар как раз скипел! – резко поднявшись, воскликнула Бедная и прошла к столу, на котором, на самом деле во всю бурлил старенький небольшой самоварчик.
На Яну он почему-то произвел какое-то умиление, напомнив собой старые добрые времена, семейные чаепития вокруг пыхтящего огромного самовара.
– Я и сама только что с уборки вернулась, – суетясь вокруг самовара, объяснялась Надежда Анатольевна, – теперь можно и чайком побаловаться. Угощайтесь.
Учительница пододвинула Яне небольшую фарфоровую чашечку, из которой шел головокружительный аромат.
– Уф-ф-ф, – глубоко, с наслаждением вздохнула Милославская, – у вас великолепный чай! Как называется?
– Коллеги назвали его «Принцесса Надя». Знаете такие марки «Принцесса Нури» и так далее?
– Да… Слышала что-то наподобие, – сделав глоток, отвечала Яна.
– Так вот. Я люблю чай собственного приготовления, из целебных трав. Учителя знают это мое хобби и ценят его. Недавно я праздновала день рождения, и в числе других подарков мне приподнесли огромную коробку с разными лекарственными растениями, назвав все это в целом чаем «Принцесса Надя», потому что меня зовут Надежда.
– Оригинально! – одобрительно кивнув головой, произнесла Милославская.
– Учителя принесли, кто что мог, – с увлечением продолжала Надежда Анатольевна, – кто боярышник, кто шиповник, кто ромашку, кто тысячелистник… И вот теперь я их этими отварами потчую. Ведь правда вкусно?
– Безусло-овно!
– А как полезно!
В этот момент дверь учительской распахнулась и с громким вздохом облегчения в помещение вошла женщина, увидев которую, Бедная воскликнула:
– А вот и она. Надежда Федоровна Катрич.
– Кто? Что? – непонимающе захлопала глазами женщина.
– Надежда Федоровна, к вам из милиции, – кивнув на Яну, пояснила Бедная.
– По какому вопросу? – сразу как-то собравшись, парировала Надежда Федоровна.
– Вообще-то я веду частное расследование, – сразу поправила учителя физкультуры гадалка, – и мне хотелось бы получить характеристики Вершининой Валерии и ее подруги, Ирины Черненко.
– Какое частное расследование? – почти в один голос спросили женщины.
– Я веду это дело по просьбе матери Валерии, Натальи Евгеньевны, которую работа уголовного розыска пока не удовлетворяет.
– Хм… – протянула Катрич и стала прохаживаться из одного угла учительской в другой. – Интере-есно…
– Валерии требуется помощь, – видя сомнения преподавателей, – пояснила Милославская.
– Нет-нет, я, в общем-то ничего не имею против ответов на ваши вопросы. Просто и директора сейчас нет, печать у него в сейфе.
– Какая печать? – не поняла гадалка.
– Ну, на характеристике по всем правилам должна стоять печать и штамп, – Надежда Федоровна развела руками.
– Да мне и бумага-то не нужна, – рассмеялась Милославская, – сгодится и характеристика в устной форме. Я веду частное расследование и отчитываться, слава богу, не перед кем не должна. Память меня пока еще не подводила. Так что…
– Да? Ну хорошо, тогда можно приступать к беседе, – Катрич присела рядом с Яной.
– Подождите, подожите, – прервала собеседниц Надежда Анатольевна, – Надежда, ты еще чай не пила. Думаю, беседа всегда лучше удается во время чаепития.
Бедная вновь наклонилась к самовару и стала наливать чай коллеге.
– Давайте и вам кипяточку подолью, – обратилась она к Милославской, – а то у вас остыло совсем.
– Не откажусь, – гадалка пожала плечами, – ваш напиток поистине великолепен. Да, я, кстати, еще и не представилась.
Учителя переглянулись.
– Яна Борисовна Милославкая, экстрасенс, – продолжала гадалка.
– Да-а… – недоверчиво покачала головой Катрич. – Интересная у вас профессия, очень современная… Подождите минутку, я скоро вернусь.
Сказав это, Надежда Федоровна скрылась за дверью учительской, оставив гостью наедине с преподавателем физкультуры. Буквально через минуту затренькал телефон, что свидетельствовало о наличии параллельного аппарата, по которому кто-то сейчас упорно названивал. Милославская улыбнулась, так как она сразу же угадала намерение Катрич подтвердить личность гадалки или, по крайней мере, выяснить у Натальи Евгеньевны Вершининой, не нанимала ли та для расследования преступления гадалку.
Вскоре Надежда Федоровна вернулась с выражением облегченья на лице, и Яне сразу стало понятно, что в своих подозрениях она оказалась права.
– Ну что ж, приступим, – доброжелательно произнесла она, беря в руку чашечку с чаем.
Далее Яна получила весьма обстоятельную характеристику девушек. Ей даже не пришлось задавать вопросов, поскольку информация о бывших ученицах Катрич и без того была исчерпывающей. Как и было положено, Надежда Федоровна начала рассказ со сроков обучения подруг в данной школе, с того, на какие оценки они успевали и с прочих мелочей, не имеющих для гадалки абсолютно никакого значения. Тем не менее, не желая показаться невежливой, Милославская слушала рассказ, к тому же в практике Яны бывали случаи, когда самая, на первый взгляд, незначительная деталь оказывалась важной зацепкой.