Чтение онлайн

За прошедший год Вейдер поочередно чувствовал себя то уверенным в том, что это был его сын, которого он потерял со смертью матери мальчика, то погрязшим в сомнениях о невероятности того, что это было правдой, что такие вещи могли иногда позволяться судьбой. Он боялся обеих мыслей, и того, что это была ложь, и того, что это была правда.

И потом Люк прилетел в Облачный Город – его присутствие сияло в Силе, и Вейдер знал - способом глубже, чем любые факты, которые его шпионы могли принести ему. Это был его сын. Его ребенок - его наследие.

И сказать об этом - произнести вслух…

Было так… хорошо.

Хотя и не могло объяснить сути более глубоких и противоречивых чувств.

Зато данный факт, без сомнения, прояснял всем окружающим значительность ожидаемых от них обязательств. Именно этого он хотел, произнося те слова - решил Вейдер, легко отгораживаясь от мгновенной вспышки сентиментальных чувств. Этого, и ничего больше. И если Император пожелает, чтобы данная информация осталась закрытой - что ж, незаменимых людей не бывает.

***

Было раннее утро, когда сканеры зарегистрировали изменения в мозговой деятельности и сердечном ритме молодого человека. Он начал приходить в себя.

Смертельно уставший Халлин быстро подошел ближе. Он до сих пор не спал - ожидая, когда к его пациенту вернется сознание, дабы удостовериться, что все в порядке. Только тогда он посмел бы уйти. Нервно глядя, он начал проверять показатели на экране считывающего устройства - остающиеся тревожно нестабильными после длительной операции. Рука протянулась к одному из 4-1В дроидов, чтобы взять у него маленький переносной сканер. Второй дроид в это время удалял кислородную подушку.

Неожиданно, в момент, когда Халлин поднес сканер к виску больного, тот поднял левую руку и слабо обхватил запястье доктора, попытавшись его отодвинуть.

– Люк, вы слышите меня? Меня зовут Халлин, я - врач. Вам только что была сделана сложная операция, и вам необходимо стараться лежать очень спокойно. Вы понимаете?

Веки молодого человека затрепетали и он ненадолго открыл глаза, неуклюже при этом пошевелив своей присоединенной к капельнице оперированной рукой; однако больше не показал никаких признаков реального понимания. Халлин повернулся к медицинскому дроиду:

– У тебя есть ЕМ-сканер?

– Нет, сэр. Я пойду…

– Не нужно, у меня есть один в офисе. Я буду через минуту.

Когда доктор вернулся буквально одной или двумя минутами позже, он застал картину мистифицированного беспорядка; в течение нескольких мгновений он даже не понимал этого - усталый мозг изо всех сил пытался зафиксировать невероятное.

4-1В стоял точно в том же месте, где доктор оставил его – замерший, с потухшими глазами, склонивший голову в сторону пациента… которого там больше не было. В панике Халлин помчался к кровати и обнаружил на ней только измазанную несколькими пятнами крови простынь с лежащими поверх сорванными датчиками и проводами. В течение долгих секунд Халлин просто смотрел на это, неоднократно переводя взгляд с выключенного дроида на пустую кровать…

Два выстрела бластера, послышавшиеся за дверями, заставили его сердце пропустить удар и привели наконец в движение застывшее тело. Ворвавшись сломя голову в ярко освещенный коридор, Халлин увидел фигуру своего пациента. Тот тяжело опирался на стену левым боком, едва держась на ногах; штурмовики поднимали свое оружие.

– НЕТ! – что есть силы закричал Халлин, выбегая вперед.
– Не стреляйте!

К тому времени, как он подбежал к полусознательному человеку, тот сделал несколько шатающихся шагов по коридору; солдаты с бластерами наизготовку сформировали широкий полукруг.

– Не трогайте его! Он только что очнулся после операции. Он просто…

– У вас одна минута, чтобы вернуть его в лазарет, доктор. После нее мы будем действовать своим методом, - через коммуникацию маски командный голос штурмовика был глух, но нисколько не потерял своей угрозы.

– Хорошо… хорошо… только стойте позади, - Халлин подошел ближе. В этот момент из медицинского блока появились еще три врача.

– Сэр, два медицинских дроида…, - начал один из них, прежде чем понять, что происходит вокруг и замолчать.

– Принесите мне инъектор с дозой синорина. Быстро!
– прошипел Халлин в лицо потрясенного медика.

Перед тем, как отдать следующий приказ, Халлин заколебался… но штурмовики действовали законно по отношению к нему, и он знал, что все это могло быстро перерасти в ситуацию, которой он не сможет управлять - в то время как лорд Вейдер лично сделал его ответственным за молодого человека. Он повернулся ко второму доктору, в голосе звучала безотлагательность:

– Свяжитесь с лордом Вейдером по моему комлинку в офисе. Скажите ему, что происходит.

Доктор побледнел, кивнул и кинулся в медицинский блок.

Пациент сделал еще несколько дрожащих шагов, игнорируя солдат, удерживающих вокруг установленную дистанцию. Остановился, чтобы передохнуть, опираясь плечом о стену и оставляя на ней алое пятно, затем вновь начал передвигать босые ноги. Избитое и израненное тело покрывали только белые больничные брюки.

Как он делает это?!

Сомневаясь, что предпринять дальше, не видя раньше никого, так быстро отходящего от глубокого наркоза, Халлин ступил к нему. Глаза тревожно потянулись к длинному свежему шраму, пересекающему голую спину чуть выше лопаток. Любое напряжение после данного вида хирургического вмешательства было опасно осложнениями.

Как он стоит, как он вообще может быть в сознании?!

Поравнявшись с ним и боясь, что он упадет в обморок в любой момент, еще больше травмируя себя, Халлин мягко положил руку на плечо молодого человека.

– Пожалуйста, остановитесь. Вы причиняете себе вред – вам нужно остановиться.

Человек вновь прислонился к стене, опираясь на нее всем своим весом, расслабив плечи и прижимая больную перевязанную руку к тяжело вздымающейся груди.

Солдаты немного сократили дистанцию, и его голова вскинулась снова – вспыхнувшие опасным блеском глаза сфокусировали на них свой взгляд. Все штурмовики держали оружие поднятым - невероятно осторожно наблюдая за стоящим в их окружении человеком.