Чтение онлайн

– Я насчет мебели. Слышала, вы специалист по дереву. Меня Агнета зовут, – и зачем-то протянула ему руку.

Он дернулся, закатил глаза, но руку пожал. В затылке снова заломило. Вот зачем ты, Агнета, чужих мужиков трогаешь, не надо так делать. Поругала себя.

– Что вам нужно? – опять глаза закатил, заболевание у него какое-то, что ли.

– Кровать для дочери.

– Размеры есть? Набросок?

– Ну, стандартные, – вопрос меня поставил в тупик.

– Агнета, как размеры узнаете, так приходите, – он снова дернулся и улыбнулся.

Я кивнула ему головой, мы пожелали друг другу доб-рого дня и разошлись в разные стороны.

Бежала домой и думала, что батюшка этот странный какой-то, и я, дурында, хватаюсь за все подряд. Сама ведь терпеть ненавижу, когда меня кто-то просто так трогает, а тут рука сама потянулась. Да и чревато все это, потом будет ходить за тобой, как липучка, а тут деревня, что не узнают, так придумают. Ребенку-то кровать все равно надо, если из города заказывать, так на так и выйдет. Здесь хоть натуральная будет, и может, смогу на рассрочку договориться.

Дома телефон включила, хоть и звонят мне последнее время все неприятные личности, но они же и беспокоиться будут, что аппарат отключен. Уж лучше с ними пять минут по телефону поговорить, чем лице-зреть их испуганные рожи около своего дома. Включила, и тут посыпались сообщения, как из рога изобилия. Эта мужнина звезда написала мне двадцать три сообщения в Вайбере и семнадцать в ВК. Человек не спал до пяти утра, так ее перло. Да не просто короткие в одно предложение, а целые письма. Еще бы у меня молоко утром не скисло от такого напора. Заблокировала ее везде, пусть с мужем сами разбираются.

Сергею написала и попросила оградить меня от своей сумасшедшей мадам. В ответ он мне прислал скрины переписки звезды и меня, с ее комментариями, дескать, посмотри, как она к тебе относится, а ты еще вернуться к ней хочешь. Пожаловался, что и ему она около тридцати сообщений прислала за ночь. Ну, сам такую выбрал, сам и хлебай полной ложкой.

Катюшку спросила, какую она кровать хочет. Порылись с ней на сайтах интернет-магазинов, нашли в каталоге желаемую модель с двумя нижними ящиками. В копеечку мне такая кровать влетит, но хотелось, чтобы ребенок спал нормально. Да и высшие силы мне почти каждый день денежку подбрасывают. На этой недели трат практически не было, только на проезд да на хлеб с майонезом и солью. Свое хозяйство – вещь хорошая, если руки растут не из брюк, то и голодным не останешься.

Написала себе на листочке размеры, Катюшка сделала набросок кровати, на всякий пожарный случай сохранила фотографию в телефон. Собралась и потопала к священнику. Церковь со всех сторон видна была, так что найду, где его дом. Добралась без приключений, стою, головой кручу в разные стороны. Смотрю, дверь в церковь приоткрыта, заглянула. Там наш батюшка Николай прибирается. Зашла, рассматриваю убранство, хорошо тут, пахнет краской и побелкой, около правой стены леса стоят. Жду, когда он ко мне лицом повернется.

– Закрыта церковь, – не поворачиваясь ко мне лицом, ответил батюшка, – в понедельник служения будут проводиться.

– Да я не за этим пришла, – стою, улыбаюсь.

Он голову поднимает на меня.

– Ой, простите, я думал, мои бабульки пришли, не сидится им дома. Краской пахнет сильно, не хотел отказываться от служб, но вот вчера одной плохо стало от запаха. Сегодня утреннюю только провел, хоть и воскресенье, помолиться они и дома могут, а вот здоровье-то одно.

Он практически не дергался и глаза не закатывал.

– Идемте, на улицу выйдем о мирских делах разговаривать.

Мы вышли с ним. Батюшка пошел вперед, а я за ним семенила. Рядом стоял небольшой дом. Он открыл дверь и знаком пригласил меня войти.

– В мастерскую не зову, там у меня бардак. Чаю хотите? – спросил он и снова дернулся.

– Хочу, – скинула ботинки и стащила с себя ветровку, поражаясь собственной наглости.

Мы прошли с ним в кухню. Он поставил чайник на плиту. Жилье довольно аскетичное: деревянный обеденный стол, две табуретки, кухонный столик и один навесной шкафчик, жалюзи на окнах. Николай достал две обычные белые кружки, вытащил тарелку, в которую насыпал овсяного печенья и шоколадных конфет.

– Печенья свежие, сегодня вот в магазине покупал, – придвинул ко мне тарелку.

Я мотнула головой и положила на стол листок с размерами и наброском кровати.

– Вот, мы тут с дочерью нарисовали. Если не сложно, то сразу цену назовите за все. Вдруг мне это не по карману. Могу еще фотографию показать.

– Покажите.

Протянула ему под нос телефон. Случайно коснулась его руки, когда он у меня аппарат забирал, опять дернулся и глаза закатил. Снова потянуло затылок. Он разглядывал фото, посмотрел на листок, отложил все и задумался. Зашумел чайник, отец Николай налил заварки и кипятка, все молча. Придвинул ко мне чашку. Странный какой-то, молчит, ничего не говорит. Пригубил из стакана, сморщился, – кипяток.

– Агнета, вы мне денег на материал дайте, а за работу я с вас не возьму.

– Почему?

– Потому что я так решил.

– Тогда я вам должна буду, а я не люблю быть должной. Давайте хотя бы чисто символически.

– Почему вы всегда спорите? – спросил он, внимательно заглядывая мне в глаза.

– Я с вами еще ни разу не спорила.

– Ну вот и не надо, кушайте печенье, – он снова подвинул ко мне печенье.

– Сколько нужно на материалы?

– Я еще не считал, – пожал он плечами и снова отхлебнул из чашки. – Вы знаете, Агнета, в этом доме еще ни одной молодой женщины не было, – он посмотрел на меня внимательно.

– Я сюда не за этим пришла, – я почувствовала, как краска заливает мои щеки.

– Вы о чем? – усмехнулся он и снова дернулся.

– Ни о чем, – закусила я губу.

Повисла неловкая тишина. Он меня внимательно разглядывал, а я думала, что его козлиную бородку не мешало бы отстричь, и привести ее в божеский вид, а не это недора-зумение какое-то, не служитель культа, а хипстер какой-то. В этот раз он специально дотронулся до моей руки и снова дернулся и закатил глаза. На мгновение над его головой показалось маленькое черное облачко. Я одернула руку.