Чтение онлайн

Миша закрыл глаза, втянул носом воздух, свободной рукой коснулся виска и начал свои привычные круговые движения. Он понимал, что, возможно, занимается полнейшей ерундой, но его никак не отпускал этот «запах». Свежая смерть – так он его мысленно называл. Это не запах крови и не импульсы угасающего сознания – это запах страха. Девушка очень сильно чего-то испугалась сегодня утром, а потом умерла…

Стоп, сегодня утром? Уверен?

Миша открыл глаза, оглянулся. Кажется, его задержкой на съемочной площадке заинтересовались. Ведущий Константин, сунув руки в карманы своего стильного плаща, смотрел на него вопросительно, операторы почему-то нацелили камеры, ассистент режиссера, молодой человек в униформе телекомпании, направился к нему.

– Что-то случилось? – крикнул он на ходу.

Миша не ответил. Он вновь закрыл глаза. Блин, что-то не так с этим ящиком, какая-то мерзость от него тянется. Вот ко всем остальным ящикам в этом ангаре никаких вопросов, а тут…

Погоди, а в ящике ли дело?

– Михаил! – повторил свое обращение ассистент. – Что-то случилось? С вами все в порядке? Может, врача?..

Миша прервал его движением руки. Он уже почти нащупал нить, и этот мальчик в синей рубашечке его серьезно отвлекал.

Ага, вот в чем дело…

Михаил отошел от контейнера – сделал от него два шага влево, в середину прохода между рядами ящиков. Черт, как он мог так облажаться!

«Запах» тянулся из подсобных помещений ангара, а вовсе не из мусорного контейнера! Ручеек неведомого человеческого страха – животного ужаса даже! – огибал ящики, расползался по цеху, как ядовитый газ, и только Михаил, кажется, мог предвидеть, чем все это может закончиться. Во всяком случае, никто из предыдущих экстрасенсов не обратил на него внимания.

Наконец подошел ассистент режиссера.

– Что-то не так?

Михаил, не поворачиваясь к нему, кивнул.

– Что именно?

Михаил указал рукой на дверь в углу ангара. Ее не было видно из центра зала из-за ящиков и прочего телевизионного оборудования, но стоило сделать несколько лишних шагов – и здесь эта дверь просто «вопила»! Почему никто из этих шаманов ничего не почувствовал?!

– Что находится за этой дверью? – спросил Миша.

Ассистент пожал плечами:

– Ну, там подсобка, коридоры какие-то, я туда не заходил.

Михаил снова кивнул – дескать, я так и думал. Он повернулся к парню:

– Позовите охрану… Есть у вас охрана или кто-нибудь в этом роде?

Парнишка развел руками. В это время у него зашипела висевшая на шее маленькая переносная рация.

– Синица, что там за самобичевания на заднем плане?! Алле, прием, слышишь меня?

Парнишка взял рацию.

– Да, Марин, слышу. У нас тут… – Он вопросительно посмотрел на Михаила. Тот кивнул. – Мариш, у нас тут проблемы. Вышли кого-нибудь из охраны.

– Чего?! У нас следующий участник на старте, что стряслось опять?

– Не знаю, но нужны люди… Тут вот Михаил…

– Да я вижу, что там Михаил! Дай ему трубу!

Синица снял с шеи матюгальник и передал его Мишке. Тот не стал делать длинные предисловия.

– Скажите, Марина, кто-нибудь из вашего персонала посещал подсобные помещения в этом цехе?

Садовская помолчала, потом фыркнула:

– Я лично там не бывала. А что?

Михаил выдержал театральную паузу. Что ж, вы решили устроить тут шоу, будет вам все в соответствии с законами жанра.

– Миша, я вас не слышу!

И он ответил. Медленно и отчетливо, чтобы все слышали:

– В подсобных помещениях – труп. И он еще теплый.

Следов насильственной смерти на теле Ирины Королевой не обнаружили. Михаил был прав: молодая женщина умерла от сердечного приступа, или, как говорят в таких случаях, «скончалась от разрыва сердца». Чего она могла так сильно испугаться здесь, в этом заброшенном коридоре, в перерыве между выполнением своих обычных обязанностей, никто сказать, разумеется, не мог. И лишь Михаил Поречников немного пролил свет на это темное дело.

– Она была сильно взволнована с самого начала, – сказал он оперативникам, обследовавшим коридор. – Я это увидел сразу.

Мариша Садовская в стороне нервно курила свои противные ментоловые сигареты. Весь коридор провонял дымом. Услышав последнее заявление экстрасенса, она стала прислушиваться.

– Что именно вы увидели? – спросил оперативник.

– Ну, как вам сказать… – Мишка начал колебаться.

Менты, конечно, понимали, что находятся на съемочной площадке популярного шоу, но готовы ли они стать его участниками? Как им объяснить, что именно он увидел и почувствовал в тот момент, когда Ирина Королева появилась на сцене? Мент, задававший вопросы, молодой белобрысый парень в кожаной куртке и джинсах, судя по выражению лица и по некоторым внутренним предпосылкам, был начисто лишен фантазии и вряд ли мог стать зрителем подобного телешоу. Вот бы сюда капитана Баранова с его святой верой в амулет с «водопроводной водой из Иерусалима»!..

– Я некоторым образом психолог, – выкрутился Мишка, – и могу видеть издалека. У нее был учащенный пульс, вспотели подмышки и ступни. Дрожали пальцы, срывался голос, и она постоянно куда-то оглядывалась. Ну, что еще…

– Достаточно, – сказал оперативник. Он, пожалуй, был удивлен, но не более того. – Зрение у вас прекрасное, молодой человек. Что-то конкретное можете сказать?

Михаил обиделся. Что ж, ребята, коли такая информация вас не впечатляет…

– Если вы дадите мне осмотреть труп, я скажу больше, – сказал он.

Оперативник опустил папку с бумагой, в которую заносил показания, скрестил руки.

– Так, еще раз, только медленнее.

– Я прошу вас предоставить мне возможность осмотреть труп. Я могу помочь.

Оперативник вздохнул, но ничего не сказал. Маришка Садовская затушила недокуренную сигарету в обрубке трубы, торчащем из стены, и поспешила на помощь.

– Можете ему поверить, старлей, это наш контингент, поисковик. Он полчаса назад нашел карлика в ящике… Вы вообще смотрите наше шоу?