Чтение онлайн

В конце концов, Геремор не выдержал. С воплем «Сами дураки!» он на минуту скрылся в избушке и вернулся, неся в руках свой Магический Боекомплект.

Золотая коробочка «динь-диленькнула», открываясь. Эльф зашуршал пергаментными листками инструкции.

– Ты чего удумал? – насторожился Олло.

– Было заклинание против помешательства, – пробормотал Геремор. – Хорошее такое, с двойным эффектом…

– Врагу не сдаеотся! – проорал Миша, колотясь лбом в ствол березы.

– Да, пожалуй другого выхода нет, – кивнул Олло. – Только уж будь добр, что-нибудь безобидное. Без членовредительства.

– А то Наташа тебе не простит, – добавил Гиллигилл.

Тем временем Михаил оставил дерево и подобрался поближе к волшебной троице. Он следил за манипуляциями Геремора с видом дикаря, которого позвали на церемонию завинчивания электрической лампочки.

– Горит! – в полном восторге завопил милиционер, когда по крышке Боекомплекта побежали багровые огоньки.

Олло и Гиллигилл дружно скатились с бревна.

– Геиогуу инн ванн! – выкрикнул Геремор. Олло зажмурился.

Громыхнуло. Верхушки деревьев испуганно зашумели. Откуда-то сверху донесся жалобный крик, и все стихло.

Олло открыл глаза.

Место, где только что стоял Миша, окутывал непроницаемый туман. Кусок поляны размером двадцать на двадцать шагов исчез в молочно-белых клубах. Внутри чудного облака что-то сопело и ворчало.

– Чего это ты сотворил? – поинтересовался Гиллигилл, зачерпнув пригоршню тумана, будто манную кашу.

– Опять перестарался, – сказал Олло, наблюдая, за тем, как белые кудели поглотили двух упитанных лягушек, спешивших куда-то по своим делам.

Геремор фыркнул.

– Недотепы вы. Это Шестой Поливариантный Наговор Кизиинска.

Эльф пошуршал страницами инструкции.

– Туман действует как кокон, в котором безумие отделяется от пациента в виде альтернативной сущности, – зачитал он и глянул на приятелей с видом профессора, раскрывающего тайны мироздания перед малолетними преступниками.

Олло вытянул шею и тоже заглянул в пергамент.

– Смотри, – проговорил он. – Тут внизу, красными буквами… «Применять с осторожностью. Результаты воздействия непредсказуемы. Облик пациента может не сохраниться. Авторство заклинания приписывают Кизиинску, богу-шутнику».

– И что это значит? – Гиллигилл оторвался от созерцания волшебного облака.

– Сюрприз, – мрачно заявил Олло, чувствуя, что косички на голове нервно затрепыхались.

Геремор отмахнулся.

– Паникер. Ничего страшного там нет, и…

Его оборвал тихий взвизг, донесшийся из недр облака.

– Вот видишь, – продолжал Геремор, – опять, наверное, поросенок получился. Чем не альтернативная сущность?

– Поросенок! – мечтательно воскликнул орк. – Эх, сейчас бы пару жареных кабанчиков, а то в брюхе урчит.

Гиллигилл сграбастал пригоршню насекомых, вившихся над головой.

– Скорее уж жужжит, – съязвил Олло. – Хотя, от такой жизни и я скоро начну мух жрать.

– Только о жратве и думаете, – проворчал Геремор.

Замолчали, уставившись на столб тумана. Внутри что-то копошилось, слышались неясные звуки, но никто не выходил.

Солнце взбиралось все выше по небосводу. В траве шныряли полчища лягушек и прочей мелкой живности. Надрывались кузнечики. Комары поднялись на крыло и кровожадно верещали над волшебной троицей.

– Ну, долго еще?! – рассвирепел Гиллигилл, отбиваясь от голодных кровососов. – Чего оно не выходит?

Геремор пожал плечами.

– А ты на следующей странице читал? – спросил Олло, снова сунув нос в инструкцию.

Геремор помотал головой.

– Вечно не дочитаешь, – проворчал Олло и ткнул пальцем в завершающий абзац статьи. – Вот же, написано: «Ни исцелившийся, ни альтернативная сущность не в состоянии выйти из кокона самостоятельно. Дорогу им должен указать сотворивший заклинание». Понял, гений? Иди теперь, выводи своего поросенка, пока мы сами с голодухи умом не подвинулись.

Геремор не двинулся с места.

– А… а вдруг там… не поросенок?

– А что же еще? – удивился Олло. – Слышал же, как визжало.

– Неправильно оно визжало, не по-свинячьи, – стоял на своем Геремор.

– По-свинячьи, по-свинячьи, – уверил Гиллигилл. – Просто ты не тот диалект изучал. Топай, топай.

Геремор нерешительно шагнул к облаку, из глубины которого на этот раз послышалось невнятное бормотание и вой.

– Давай, давай, – подбодрил Олло, а сам, на всякий случай, спрятался за спину орка. – Ступай к пациенту, шарлатан.

Геремор сделал несколько глубоких вдохов, как будто собирался нырять, и исчез в облаке. Над поляной повисла тишина.

Время ползло как дряхлая улитка. Олло и Гиллигилл, снедаемые любопытством, молча вышагивали вдоль стены тумана, как часовые в карауле. Иногда кто-то из них замирал, прислушиваясь, и снова пускался в путь.

И вдруг…

– Помогите!!! – донесся из недр облака истошный вопль Геремора. – Аааа! Уберись! Вон! Пшел! Кыш! Брысь! Аааа!

Эльф орал так, будто его рвали на части. Вместе с ним выло и визжало что-то невидимое, и оттого еще более жуткое.

– Олло, Гиллигилл, скорей! – надрывался Геремор, перекрикивая неведомого монстра. – Нет! Не тронь! Не кусай! Фу! Отпусти, скотина!

Первым очнулся орк.

– Сейчас! – крикнул он и нырнул в белые клубы тумана.

«Если Геремора не прикончит какое-нибудь чудовище, это сделаю я» – подумал Олло, бросаясь следом.

Бежать оказалось неожиданно далеко. Внутри облако было куда больше, чем снаружи. Каким-то непостижимым образом шум и крики вдруг стали едва слышны, как будто отдалились на милю.