Ведьмоспас
Шрифт:
– Профессор! – фыркнул Геремор.
– Гыыы! – заржал орк. – Как целовать будешь – в засос или так, по-дружески?
– Да брешет он! – распалился Геремор. – Видишь, зубы скалит.
Олло пожал плечами.
– Что же мне, плакать? Это ты плакать должен. Ты о Бомезийской победе слышал?
– Нет.
– Ну даешь! Эту историю даже орки знают. Скажи, Гиллигилл… Четыреста лет назад, при Бомезии, наши одолели войско гномов при помощи одного-единственного заклинанья. Патарра Премудрый превратил всех их разом в лягушек. Триумф, все такое… А потом король решил вернуть пленных за выкуп, и велел магу превратить квакушек обратно в гномов. Все сорок пять тысяч.
– Миллион гарпий, – простонал Геремор. Смутные воспоминания заворочались в его голове. Когда-то в детстве он слышал эту историю. И аксиому треклятую изучал, но со временем все позабыл. И вот теперь…
– Но как отличить целованных от нецелованных? – пролепетал Геремор. – Их тут сотни. Вряд ли сразу попадется Миша.
– Да запросто, – коротким заклинанием Олло сотворил два медных чана. – Мы с Гиллигиллом складываем лягушек в левый, ты их целуешь, и перекладываешь в правый. Главное – не перепутай.
– А целовать их… Может, все вместе, а? Поможете? – Геремор просительно сложил руки на груди.
– Нет, – отрезал Олло. – От нас пользы никакой. Только ты сам.
Гиллигилл захохотал.
– Ничего, Геремор! На жабах натренируешься, потом от девок отбою не будет. Гыыы!
И закипела работа. Олло и Гиллигилл были идеально подготовлены для охоты на лягушек. Зеленые джинсы эльфа и буро-зеленое исподнее орка сливались с травой получше униформы бойцов какого-нибудь спецподразделения.
Левый чан быстро наполнялся. Геремор двумя пальцами выуживал оттуда очередную животинку и трясущейся рукой подносил к губам. Через мгновенье несчастное животное кувыркаясь летело в правый чан, а Геремор зверки тер губы тыльной стороной ладони.
На лице белокурого эльфа застыла страшная мука – будто он третьи сутки кряду умирал от выворачивающей лихорадки.
Орк вовсю наслаждался моментом.
– Чмокай громче, а то не подействует, – закричал он, поднося очередную партию. – Целуешь в обе щечки? Еще в попку попробуй – там самое волшебное место.
– Чтоб ты вонючкой подавился, гад! – зашипел Геремор.
– Олло! – крикнул Гиллигилл рыжему эльфу, который неподалеку копошился в траве. – Этот неблагодарный обзывается. Не буду ему помогать. Олло! Тебе говорю, чего не отвечаешь?
– Отстань, – огрызнулся Олло. – Тут что-то…
В траве что-то белело. Круглое, размером с человеческую голову. Олло раздвинул зеленые стебли и взял предмет в руки.
– Гиллигилл! Откуда здесь череп? И какой дурак приделал к нему кошачьи лапы?
Олло протянул находку орку.
Гиллигилл пошатнулся. Серая кожа сделалась пепельной, челюсти затряслись.
– Бробробробро… – завопил орк. – Брось! – он ткнул пальцем в сторону ограды. – Выбрось сейчас же! Это оно! Оно на нас напало в тумане! Броось!
Олло послушался мгновенно. Подскочив к стальному забору, он с размаху швырнул жуткую находку вверх. Но случилось страшное: с перепугу эльф не рассчитал, и череп, описав крутую дугу, ударился о верхнюю кромку забора и отлетел внутрь.
Чудище плюхнулось в густую траву в десяти шагах от Олло. В пустых глазницах вспыхнули огоньки, череп пружинисто вскочил на мягкие лапы, и устремился к эльфу.
– Чур меня! – завопил Олло, пятясь. – Гиллигилл, убери это!
– Ищи дурака! – крикнул орк, успевший отбежать на другую сторону поляны. – Нечего подбирать что попало!
Тварь надвигалась, припав на передние лапы – точь-в-точь кошка, изготовившаяся к прыжку. Огоньки в пустых глазницах сверкали как две адских свечи.
Олло взвизгнул от ужаса и кинулся прочь, к дальнему краю поляны. Туда, где стоял Гиллигилл. Чудище метнулось следом.
– Куда?! – заорал орк. – Не надо сюда! Вон пошли!
Но Олло не слушал. В двадцать прыжков он преодолел разделявшее их расстоянье и устремился дальше. Сзади послышался тяжелый топот орка.
– Ну спасибо, удружил, – прохрипел Гиллигилл, нагнав Олло. – Тебе места было мало?
– Ничего, убежим, – выдохнул эльф. – Убежим!
Они мчались вдоль стальной стены, наматывая круг за кругом, как две цирковые лошади. Череп не отставал ни на шаг.
В центре поляны, где оставался Геремор, блеснул бок золотой коробочки.
– Что он это? – пропыхтел Гиллигилл.
– Аагрр! – рявкнул Геремор, и спину орка ожег пылающий желтый шар. Ограда брызнула искрами.
– Чтобтысдох! Чтобтысдох! Чтобтысдох! – протараторил орк, пытаясь на бегу погасить тлеющую на спине рубаху.
– Прости! – крикнул Геремор. – Вы слишком быстро бежите, я не могу прицелиться!
– Чем рожать тебя, лучше б твоя мать завела жабу! – пропыхтел Гиллигилл.
Ответом ему стал еще один шар, просвистевший перед самым носом. Орк чудом успел изменить направленье и помчался к центру поляны, прямо на Геремора. Череп увязался следом.
Геремор заметался возле чанов.
– Что ж ты на меня-то прешь? – вопил он. – Вправо бери! Впра…
Гиллигилл пронесся мимо, но полоса шевелящейся травы, преследовавшая орка, изменила направление и устремилась к Геремору. Эльф вертел головой в поисках хоть какого-нибудь оружия. В траве поблескивал бесполезный боекомплект.
С громким «Вииияууу!» череп бросился на Геремора. Падая, эльф опрокинул чан, из которого с радостным курлыканьем посыпались перецелованные лягушки.
Геремор сражался с мужеством и проворством тролля, атакованного бешеным гномом. Череп был дьявольски шустр. Он метался по несчастному эльфу, появляясь в самых неожиданных местах, и безжалостно пускал в ход зубы и когти. Во все стороны летели клочки одежды и пучки волос. Сумятицы добавлял и сам Геремор: схватив с земли тяжелый сук, он лупил себя с энтузиазмом отшельника, изгоняющего бесов. Но угнаться за противником эльф не мог, и только зря полосовал шкуру.