Чтение онлайн

— В чём дело, Син? — По его ухмылке, я поняла, что он точно знал, в чём проблема, и наслаждался тем, что мне неудобно. Мудак.

— Я голая, — простонала я.

— Абсолютно. — Он улыбнулся и попытался откинуться, но я снова потянула его вниз, пока его торс не коснулся моей груди. Он снова улыбнулся и потёрся грудью о мою.

— Ты голый, — указала я, говоря, как дура.

— Ага, так же абсолютно, но я не вижу в этом проблемы. — Он вновь шевельнулся, и я уставилась на него, заставляя улыбнуться ещё шире.

— Очень неловко. Ты мне даже не нравишься, а теперь мы голые вместе, и ты чёртов Фейри.

— Ты тоже чёртов Фейри. — Я попыталась вывернуться, но в итоге предоставила его гадюке лучший доступ к моим прелестям. — Чёрт подери, — прорычал он. — Ты трахалась со мной, как одержимая женщина, идущую на войну, и малышка, мы были рождены, чтобы грешить вместе.

— Я не хочу быть идиотской Фейри, — прошептала я со слезами на глазах.

— Ты никогда не хотела, но научилась принимать это и свою судьбу. Ты должна вспомнить меня, Синтия. Вспомнить нас.

— Но ты старый, а я люблю Эдриана. Люблю его, а теперь мне придётся его убить.

— Нет, ты любила его. Он решил стать таким, и доволен своим решением. И ты тоже не против.

— Не верю. — Я посмотрела на его греховный рот, облизывая губы за мгновение до того, как он коснулся моего.

— Скажи, что не помнишь свои чувства ко мне, женщина, — прорычал он, жадно овладевая моим ртом. Его язык скользнул в рот, вызвав сдавленный стон желания, а бёдра толкнулись к моим. Толстая бархатистая плоть прижалась ко мне чуть ниже пупка.

Я закрыла глаза от множества ощущений, вызванных во мне его поцелуем. Я не могла отрицать вкус, экзотичность, удовольствие от объятий или ощущения его рядом со мной. Грёбаный Фейри превратил меня в ЗПФ, а я помогла.

Он целовался не как Эдриан — не было неуверенности. Райдер завладел моим языком со смертельной точностью, заманивая и уговаривая соблазниться. Он удерживал меня на месте, пойманную в ловушку, не оставляя возможностей, кроме как принять то, что он мне давал. Он улёгся в колыбель моих бёдер, и я почувствовала его напротив входа, отчего всё внутри закричало.

— Нет! Нет, пожалуйста, не надо, — прошептала я дрожащими губами. — Мы можем поговорить? Я тебя даже не знаю. Я не из тех девушек, которые прыгают в постель, с кем попало, а о тебе я вообще ничего не знаю.

Раздражённое рычание прогрохотало в его груди, посылая холодок по спине. Райдер нежно прижался своим лбом к моему, и его дыхание замедлилось. Вместе мы изо всех сил пытались успокоить ревущую в нас страсть. Райдер поднял голову и заглянул мне в глаза, ища что-то, прежде чем натянуто улыбнулся и застонал. Запах сандалового дерева наполнил чувства, и я застонала, когда он надавил на мою плоть, чтобы приподняться.

— Ты знаешь меня, — мягко напомнил он, хотя в голове не было ни одного воспоминания о нём. Но поцелуй. Почему-то я знала, что уже испытывала такое раньше. Просто знала, как тыльную сторону ладони; это было знакомо. Даже сейчас я жаждала, чтобы Райдер снова прижался к моему рту, целуя до бесчувствия и лишая выбора.

— Может, но я тебя не помню, — тихо призналась я.

Сильное желание тлело в его прекрасных глазах, взгляд которых блуждал по моему обнажённому телу. Я покраснела, а он сел на корточки, потянув меня за собой. Встав, Райдер прижал меня вплотную к теплу, исходящему от его тела, и впился пальцами в мои бёдра, прежде чем отпустить. Затем ъ медленно скользнул руками вверх по моим бокам, вызывая мурашки, точностью, которой обладало это существо в деле соблазнения. Я прикусила нижнюю губу, чтобы не застонать, когда лоно сжалось от желания.

Райдер отступил, и я посмотрела на огромный член, уютно устроившийся в густых тёмных кудрях. Затем округлила глаза, когда его ствол подпрыгивал с каждым движением, и выгнула брови. Я протянула руку прежде, чем мозг смог остановить меня, сжимая бархатистую длину, которая привлекла внимание. Райдер застонал. Головка заблестела перламутровой бусинкой спермы, и Райдер запрокинул голову, когда я погладила его, а затем хрипло произнёс томным голосом:

— Если сдавишь его слишком сильно, порвёшь нить, которая удерживает меня от того, чтобы нагнуть тебя и напомнить, как сильно тебе нравится мой член.

Я отдёрнула руку, хватая ртом воздух и не находя слов. Райдер вздохнул и одел нас магией. Я посмотрела на прозрачное неглиже, которое теперь было на мне, затем на его спортивные штаны, наблюдая, как он уходит, а брюки почти не скрывали налитый член за мягкой тканью. У Эдриана никогда не было такой проблемы, и я много раз видела его в спортивках до или после тренировки. Или я не заводила его, что стало тяжёлым ударом по моему самолюбию, учитывая, что я была влюблена в него. Но Райдер? Его посылка была помечена мигающими красными буквами «специальная доставка» и «негабаритный груз».

— Тебе больно? — Потрясённая тем, что произнесла это вслух, я прикрыла рот рукой.

— Выживу. Это не первый случай посиневших яиц, которые ты мне подарила, женщина.

— Где твои крылья? — Он слегка пошевелился, и когда они раскрылись, по мне пробежала дрожь. — Они потрясающе красивы.

— Как и твои, милая, — промурлыкал он, и его голос скользнул по моей плоти. Я смотрела, как он расправляет крылья и купалась в их тени. — Хочешь потрогать их? — Он прищурился, а уголки губ приподнялись в соблазнительной улыбке. Райдер подошёл ближе, заставляя меня осмелиться принять брошенный им вызов.

— У меня нет крыльев, — небрежно ответила я, пытаясь перевести дыхание. Подойдя ближе, я задрожала от силы, которую он излучал, чувствуя, как она манит меня, будто я мотылёк, танцующий у пламени. — На что они похожи?

— Как крылья, и всё же нет. Они чувствительны, но сильны. — Он пожал широкими плечами, отчего крылья слегка затрепетали, взъерошив мои распущенные волосы.

Я внимательно наблюдала за Райдером, подходящим ко мне и опускающимся на колени. Он поднял взгляд, и моё дыхание участилось. Протянув руку, я провела кончиками пальцев по острым кончикам. Даже стоя на коленях, Райдер был огромен, и я прекрасно осознавала каждый его дюйм. Присутствие Райдера напоминало момент, как стоишь рядом с обрушившейся линией электропередач после шторма. Само напряжение, которое шипело в воздухе, скользя смертоносным потоком, завораживало.