Верь мне
Шрифт:
Бросая своего жениха у алтаря, возможно, она впервые совершала поступок, оскорбляющий госпожу Хорошие Манеры.
Старк подозревал, что Дездемона Вейнрайт, наоборот, была идеальным примером хаотичной динамики. Эмоции менялись на ее лице со скоростью погодных фронтов на непостоянном небе Сиэтла. Не очень хороший признак. Опыт научил его избегать эмоциональных женщин, зная, что такие особы также симпатизировали ему.
Единственным разумным выходом было избавиться от Дездемоны, сказал себе Старк. Он знал, что интуиция его не очень сильна и в людях он разбирался слабо, хотя мог с легкостью высчитать компьютерного вора. Но именно человеческие отношения, а не новейшие математика и физика заслуживали применения популярной теории хаоса.
Фирма Дездемоны располагалась в старом переоборудованном кирпичном складе на площади Пионеров Запада. Там, сидя за одним столом с ее служащими, Старк съел невероятное количество тортеллини и множество пирожков со спаржей, которые так дорого ему обошлись.
Постепенно он обнаружил, что три поколения Вейнрайтов занимались театром.
Сэм всегда считал, что актеры легко возбудимые, финансово нестабильные и темпераментные люди, и то, что он увидел в этот вечер, мало изменило его мнение, но в данный момент это не имело значений Ему нужно было отвлечься от своих проблем, и Дездемона с ее родней хорошо помогли ему в этом.
Он даже готов был признать, что постановка «Мухи на стене», запутанная, совершенно непонятная пьеса, имела удачные моменты.
— Муха в абсолютной плоскости. — Генри задумчиво кивнул. — Это чертовски проникновенно, Старк. Я упустил из виду данную сторону роли Джульетты. Она подразумевала это, не так ли?
Почувствовав себя в опасности, Старк стал обороняться:
— Это произвело на меня большое впечатление.
Глаза Кирстен расширились.
— Совершенно верно. Плоскость. Джульетта, это было то, что надо.
— Ты так думаешь? — с энтузиазмом спросила Джульетта.
— Определенно, — воодушевленно заметила Дездемона. Она начала говорить еще что-то, но замолчала, потому что на стол упала тень. Она взглянула.
— О! Иан, привет. Грандиозный спектакль.
— Мона! — воскликнул прибывший. — Рад видеть тебя. А кто твой друг?
— Это Сэм Старк. Все зовут его просто Старк. Старк, это Иан Иверс.
— Привет, — ответил Старк.
Иан театрально заметил:
— Не тот ли Сэм Старк, что из «Охранных систем Старка»?
Старк отхлебнул кофе.
— Именно тот самый.
— Не возражаете? — Иан улыбнулся и протянул Старку руку. — Рад познакомиться. Не знал, что вы театрал.
— Вовсе нет, — сказал Старк. Иан Иверс ему не нравился.
Иану было за тридцать, невысокий и, как заметил Старк, пожав его руку, с неприятно влажными ладонями. Его подбородок и талия уже расплылись, хотя, возможно, они всегда были такими. Свои длинные волосы, редеющие на макушке, он завязал в хвостик, в ухе у Иана было золотое колечко. Модные просторные, в складку, оливково-зеленые брюки развевались над ботинками, а радужная черная с зеленым рубашка переливалась в неоновых лучах.
— Не мог не подслушать ваше мнение, Старк, — признался Иан с выражением глубокого восхищения. — Генри прав. Джульетта бесподобна. Абсолютная плоскость. И не забудьте о чувстве опорожнения и сексуального удовлетворения, возникающих в момент удара.
Старк незаметно вытер руку салфеткой.
— Боюсь, я не это имел в виду.
— Это было едва уловимо, — заверил его Иан. — послушайте, мне пора отваливать, ждут толстосумы, обещал поговорить с ними сразу после спектакля, но отел бы встретиться с вами еще раз. Современному театру нужны такие как вы.
Старк уставился на него.
— Не уверен.
— Эй, я серьезно, — сказал Иан. — Не каждый в вашем положении признает важность экспериментального театра. Так что увидимся. — Он подмигнул Дездемоне. — Пока, Мона.
Помахав рукой, Иверс поспешил в другую кабинку в углу кафетерия.
Дездемона сморщила нос и, наклонившись к Джульетте, прошептала:
— Дорогая, я не верю, что вы с тетей Бэсс хотите, чтобы я с ним встречалась. Ты же знаешь, я не люблю, когда меня называют Моной.
— Дай ему шанс, — настаивала Джульетта шепотом. — Он неплохой парень, и у вас много общего.
— Забудь. — Дездемона закатила глаза, а потом искоса взглянула на Старка. — Джульетта и моя тетя неисправимые сводницы.
— Вижу, — сказал Старк, решив про себя никогда не называть ее Моной. — Вы должны признать, что Имя Дездемона необычно для нашего времени.
— Я сама его выбрала, когда мне было пять лет, — гордо пояснила Дездемона.
Старк кивнул.
— А как же ваше настоящее имя?
— Дездемона мое настоящее имя.
— Я имел в виду, как вас звали прежде?
— Сьюзан, или как-то еще, я не помню, — небрежно ответила девушка.
Старк удивленно посмотрел на нее. Похоже, никого за столом это не интересовало. Он вспомнил, что актеры часто меняют имена: еще одно доказательство их нестабильности.
Джульетта печально вздохнула.
— Я не пыталась изобразить опорожнение при сексуальном удовлетворении.
— Ты уверена? — Дездемона сверкнула глазами.
— Совершенно.
— Думаю, потому-то я и не понял, — признался Старк.
— Может, мне следовало акцентировать. Это заинтересовало бы истсайдеров, — предположила Джульетта.
— Не волнуйся, — успокаивал ее Генри. — Чтобы отменить спектакль, уйдет почти неделя.
— Без работы не останешься, — отозвалась Дездемона. — Слава Богу, есть в семье люди, кому в деньгах повезло.
Джульетта откинулась на спинку дивана.
— Порой мне кажется, я обречена фаршировать грибы всю жизнь.
— Скажи спасибо Старку, что у нас остались грибы для этого. — Дездемона взглянула на него поверх чашки кофе. — «Верный стиль» протянет еще квартал, потому что он по-рыцарски оплатил счет за свой несостоявшийся банкет.