Чтение онлайн

Марина бодро произнесла, что находится в своем салоне красоты «Афродита», и решительно предложила подъехать прямо туда. Я не стала спорить и отправилась прямиком во владения Строковой.

«Афродита» находилась в центре города и занимала всю нижнюю часть двухэтажного здания, бывшего некогда купеческим домом: в центре Тарасова много подобных строений. Их не снесли принципиально, чтобы сохранить присущий старинному городу колорит и повысить его культурно-историческую ценность. Не знаю уж, как там насчет культуры, но то, что здания эти пользовались большим успехом у бизнесменов, – это факт. Многие такие дома выкуплены под салоны, магазины, стоматологические клиники и даже отделения банков. Вот и Марина Строкова пошла по тому же пути.

Верхняя и нижняя часть дома сильно различались по стилю. Если вверху, где жили обычные люди, сохранился первоначальный бело-розовый цвет стен – конечно, подретушированный – и резной балкончик с витыми перилами, то внизу, где располагалась «Афродита», все иначе. От купеческого духа позапрошлого века не осталось и следа. Стены выложены плиткой; высоченные пластиковые окна; зеркальные двери; рекламные плакаты с портретами умопомрачительно красивых девушек. Марина Строкова решительно и с корнем удалила весь исторический колорит…

Я открыла изящную дверь, издавшую мелодичный перезвон, и прошла внутрь. Для этого мне пришлось спуститься на пару ступенек, и я оказалась в квадратном помещении. Здесь, как я поняла, оказывались преимущественно услуги парикмахерские и маникюрные. Массаж, солярий, маски и прочие более сложные процедуры клиентам предоставлялись, видимо, в соседней комнате, дверь в которую была закрыта. При моем появлении облаченные в униформу девушки сразу же засияли лучезарными улыбками, обнажившими их белые зубки, и наперебой стали спрашивать, чем могут мне помочь.

– Мне бы Марину Викторовну увидеть, – попросила я.

Девушки переглянулись, и одна из них, кивнув на небольшую дверь в углу комнаты, сказала:

– Она у себя в кабинете. Сейчас я вас провожу.

Девушка прошагала к кабинету, постучав, чуть приоткрыла дверь и спросила вполголоса:

– Марина Викторовна, к вам посетительница…

– Да, пусть войдет, – услышала я звонкий голос клиентки и прошла в кабинет.

Марина, видимо, нервничала. Едва я вошла, она вскочила со стула, поприветствовала меня и тут же села обратно, выхватив из пачки сигарету. Наверняка это не первая сигарета за день: в небольшом кабинете витали клубы табачного дыма.

– Здравствуйте, садитесь, – кивнула она мне, прикуривая. – Катя, две чашечки кофе, пожалуйста, – обратилась она к сопровождавшей меня девушке.

Та исчезла за дверью. Я уселась напротив хозяйки салона.

– Я смотрю, вы не сидите дома? – с улыбкой начала я, стараясь говорить непринужденно, чтобы несколько снизить уровень нервозности Марины.

– Дома! – фыркнула та. – Сидя дома, из-за этих переживаний вообще с ума можно сойти! Да и потом… Если я застряну там, здесь все придет в упадок, что незамедлительно скажется на доходах. Оно мне надо?

– Думаю, нет, – покачала я головой, еще раз отметив, что деловые качества Марины являются основным стержнем ее характера.

– У вас какие-то новости? – с надеждой посмотрела она на меня.

– Кое-какие, – кивнула я. – Не знаю уж, те ли, на которые вы рассчитываете, или нет, но могу вас заверить, что расследование идет полным ходом. И в связи с этим у меня к вам просьба…

– Слушаю, – напряглась она.

Я достала из сумочки телефон и показала ей снимок Александра Масленникова.

– Посмотрите, пожалуйста, внимательно: не этого ли человека вы видели в день убийства Коваленко?

Марина нахмурилась, схватила телефон и всмотрелась в изображение.

– Нет, – тут же покачала она головой, небрежно возвращая аппарат мне. – Не этого.

– Вы уверены? – уточнила я.

– Абсолютно, – безапелляционно заявила Марина. – Это не он. Тот был совсем другим: овал лица, нос, взгляд… Одним словом, все другое!

– Что ж, – вздохнула я, убирая мобильник в сумку. – По крайней мере, одну версию можно сбросить со счетов.

– А у вас есть и другие? – спросила Строкова.

Я сдержала улыбку.

– Я всегда вырабатываю четкую схему расследования, – уклончиво ответила я, не желая распинаться перед человеком, несведущим в криминальных делах, чтобы не тратить зря время. – Как и в этот раз. Отработав один вариант, принимаюсь за другой.

– И какой будете отрабатывать теперь? – вцепилась в меня Марина.

Я вновь удержалась – теперь уже от выражения раздражения.

– Прощупаю кое-каких других людей, – коротко ответила я и поднялась со стула.

Но Марина не хотела так просто отпускать меня.

– Подождите, сейчас принесут кофе, – сказала она, вскочила со стула, процокала каблучками к двери и выглянула в нее, видимо, собираясь высказать недовольство. Как раз в этот момент к кабинету подошла Катя с подносом в руках.

– Все, спасибо, давай сюда, я сама, – скороговоркой произнесла хозяйка, принимая из рук девушки поднос. Видимо, ей не терпелось еще о чем-то меня расспросить, и она не хотела, чтобы даже недолгое присутствие в кабинете посторонних отвлекло ее от этого.

Марина Викторовна водрузила поднос на стол и, размешивая ложечкой сахар в чашке, задумчиво сказала:

– Но ведь вокруг этого Коваленко крутилось очень много людей! Семья – раз. Работа – два. Это же два места, где он проводил больше всего времени! Потом: его друзья, приятели, клиенты… Это же сколько времени нужно, чтобы проверить каждого?

И она посмотрела мне прямо в глаза. Во взгляде ее я заметила некую растерянность. Видимо, Марина боялась, что я начну вот так, без разбора, проверять всех направо и налево, в результате чего потрачу на расследование год времени и целую кучу денег…