Чтение онлайн

— Да? А мне другое говорила, — обиженно удивился. — Сама она чур… чаркара. Предупредила, что мы слишком похожи, поэтому должны держаться друг от друга подальше. Что лучше займётся домашним хозяйством и воспитанием детей, чем останется такой же и дальше. Испугавшись, что буду плохо на неё влиять.

— Это малышка Абра так сказала? — развеселилась её сестра, недоверчиво покачав головой. — Уверен, что речь о тебе шла? Уж кто бы говорил о желании стать серьёзнее и ответственное. Её ни к детям, ни к домашним делам на расстояние выстрела лучше не подпускать. Теперь понятно, чего на тебя так сильно жаловалась. Опасалась, отец откажет, посчитав, выпрашивает не испытание, а очередное развлечение.

Это прозвучало несколько обидно, вызвав ответную реакцию.

— На вас она тоже жаловалась. И что? И ничего, — сам же подсказал правильный ответ. _ Собака лает, сосед жену радует, пока муж из похода не вернулся. Раз друг на друга повлиять не могут, так чего же из-за этого останавливать процесс, приносящий и удовольствие, и пользу.

— А собаке-то какая польза? — опешила девушка.

— Похлёбка наваристее будет. Её ведь кормят на чужих кидаться, а не мух над миской считать. Свою работу выполняет хорошо? Хорошо. За это принято награждать, а не наказывать.

— Какой же это хорошо? — оспорила утверждение, взглянув на него со своей стороны. — Вот если бы она яйца отгрызла тому мужику, тогда другое дело.

Зачем-то начала вдаваться в детали пришедшейся, к слову, поговорке, переиначенной на местный лад. Входя во вкус. Такое ощущение, выбрав сторону, интересы которой намеревалась отстаивать. Близкие ей по духу.

— Шутишь? Если не умеет переваривать толчёное стекло, спать в мешке и не любит загорать под солнцем, я бы не рекомендовал ей обижать хозяйку, которая поит, кормит и знает, где можно купить ещё пяток щенят. Поумнее.

Сестра Абры задумчиво нахмурилась.

— А кто собаку в дом привёл? Муж или жена? — заинтересовалась.

Решив в зависимости от ответа, признать бедное животное либо правым, либо виноватым. Задумавшись над тем, как бы сама поступила в такой ситуации. Окончательно развернувшись в мою сторону, подсела поближе, чтобы было удобнее разговаривать. Заинтригованная загадкой.

Женщина, с закрытыми глазами лежавшая у противоположного края бассейна, отдыхавшая от дневных забот, облокотившись о бортик, лениво приоткрыла один глаз.

— Младшая, хорош языком чесать. Пока кольцо в нос не вдели и не поставили в стойло, глупое ты животное, — ворчливо отругала. — Что-то водичка остыла, подогрей. А ты, бойкий на язычок юноша, — усмехнулась, — в следующий раз шёл бы в купальню для благородных господ, а не простых воинов. Тем более, после дневной смены. Ради собственной безопасности. Наши кобылицы уж больно впечатлительны и норовисты. Привыкшие к простой, непритязательной пище, — искоса, с насмешкой взглянула на мужика в шрамах, сохраняющего каменное выражение лица. — Над которой не нужно долго думать. Начхать, что с тобой будет, отбить-то всегда успеем, если успеем, — непрозрачно намекнула на вариативность, — но не хватало, чтобы ещё друг дружке кровь начали пускать, по поводу и без, — послышался скрытый упрёк с предупреждением.

Встрепенувшаяся сестра Абры тут же поспешила выполнить просьбу ветерана, так понимаю, своего братства. Со всем старанием. У женщины на предплечье, спускаясь до груди, виднелась большая, сложная татуировка, подобие которой, неполная, ограничившись только плечом, имелась и у моей собеседницы. Нужно отметить, на тёмно-синей коже багровый, либо же ярко-алый цвет смотрелся довольно красиво. Придавая им ещё больше загадочности и экзотичности.

С помощью огня, воспламенив даже находящуюся под водой часть тела, быстро подогрела водичку до нужной температуры. Интересное применение боевых способностей в бытовых целях. Заодно, хорошее напоминание, обниматься с этой горячей, во всех смыслах девушкой, лучше всего, когда она в хорошем настроении. По обоюдному согласию, а то одними обгорелыми ресничками, боюсь, уже моё тело может не ограничиться.

Заметно подняв температуру воды, вынудив забеспокоиться, что меня не греют, а варят, исполняя чей-то завистливый план, чуть успокоившаяся девушка вдруг вспомнила об одном упущенном моменте. Более важном, чем остальные. Пододвинувшись поближе, чтобы не мешать чужому отдыху, тихонько спросила. Такое впечатление, здесь и сейчас воспринимая меня только как интересного собеседника, а не мужчину. Правду говорят, в бане все равны, и директора, и уборщики, почти ничем друг от друга не отличаясь. Другое дело, что обычно они в одной и той же бане не пересекались, но кому важны эти детали.

— Слушай, а что там Абра по поводу нас говорила? На что жаловалась? — уточнила, хищно прищурившись с опасным блеском глаз.

Не выдержав прямого, испытывающего взгляда, вильнул своим в сторону, как назло, вниз.

— Уже и не помню, — ушёл в отказ, не желая поднимать данную тему, — Но точно о какой-то несерьёзной мелочи, не стоящей внимания.

Проследив за моим взглядом, остановившись где-то в районе своей груди, женщина с задумчивостью хмыкнула.

— Значит, на мелочь, не стоящую внимания? — зачем-то повторила, но уже с другими, пугающими интонациями, переиначивая смысл слов.

Что-то появились нехорошее предчувствие по поводу завтрашних благодарностей от Абры. Очень злой и не выспавшейся. Уж больно знакомый взгляд у её сестры. Где-то я уже такой видел. Означающий, неважно, что услышу, важно, что додумаю. Поэтому, старайся лучше.

В общем, кое-как съехал с опасной темы. Отговорившись, что мне уже пора идти, завтра рано вставать, дел по горло, устал и тому подобное, поспешив покинуть баню под довольные смешки второй женщины и одобряющие, мужчины. Но ушёл недалеко, ровно до раздевалки, обнаружив, что из корзины, куда сложил свою одежду перед посещением бани, всё пропало. Ну и куда идти в таком виде. Возвращаться нельзя. Сестра Абры, боюсь, неправильно поймёт. Ладно бы только она, а вдруг ещё и её многоуважаемый отец. Что же делать. Уловив краем глаза, как кто-то возник за моей спиной, сумев незаметно подобраться очень близко, резко обернулся, прижимаясь к стеллажу с ячейками для хранения бельевых корзин. Не знаю, кого больше всего ожидал там увидеть, но точно, не его. Передо мной предстала автокукла в виде образцового, лощёного дворецкого в форменном костюме, переделанным на местный лад. Держащего в руках стопку чистой, аккуратно сложенной одежды цветов дома Аллмара. Не той, в которой я сюда пришёл. Определённо намного лучше и качеством, и фасоном.

— Кундар Амир из Шаль-Аллмара, прошу, ваша одежда, — пусть и механическим, но хорошо поставленный, ровным, почтительным голосом произнесла бесстрастная автокукла, глядя на меня оранжевыми огоньками глаз.

— Мне поручено проводить вас в ваши покои, — тоном, не терпящим возражений, довели до меня распоряжение хозяев дома.

Деваться было некуда, да и незачем, поэтому послушно позволил помочь одеться. После чего в сопровождении аж двух автокукол проследовал заранее кем-то составленным маршрутом. По безлюдным, пустым, слабоосвещённым коридорам. Немного более длинным и кружным путём. В комнату, где уже был подготовлен столик с обильным, хорошим ужином, сервированный на одного человека.