Чтение онлайн

До нашего появления он с помощником распивал чай за небольшим, квадратным столиком на низких ножках, сидя на одном из толстенных, пушистых ковров, с цветным, замысловатым узором. Лениво обмахиваясь веером из резных, деревянных пластинок, чуть толще бумажного листа. Заметно оживившись при нашем появлении, тут же поднялся из-за стола.

— О, дорогие гости, рад приветствовать вас в своей скромной лавке. Желаете приобрести ковёр? — радушно нас встретил.

— Нет, — сразу возразил Рамиз, придя сюда совсем за другим.

Я пока решил не торопить события, передав инициативу спутнику, недоумевая, почему у торговца на лице незаметно шрамов и не ошиблись ли мы адресом. Отступив чуть назад, чтобы не находиться на одной линии с Рамизом, визуально выставляя его главным.

— Зря, молодые дерры. Очень даже зря. Покупка ковра никогда не помешает, — расстроился торговец, впрочем, не удивляясь такому ответу. — Ничто так не красит дом, пищу и женщину на нём, как роскошный ковёр. И ей удобно, и вам приятно, — сделал двусмысленный намёк. — К тому же с годами он не потеряет своей красоты и ценности, в отличие от недолговечных вещей.

Так и тянуло подсказать, что тогда уж лучше купить глиняный горшок или золотую тарелку, вот уж какие предметы точно переживут и нас самих, и наших потомков. Сотни лет пролежат в земле безо всякого ухода.

— Нас больше интересуют древности, редкости и чудесные диковинки из дальних краёв, — напрямик высказался Рамис, не желая впустую тратить своё время.

— Не понимаю, тогда почему вы пришли за этим ко мне? — как-то слишком спокойно отреагировал торговец, изобразив недоумение от таких запросов. — Продажей подобных вещей занимаются мои собратья хайдар из братства Удивительных шкатулок. Их торговые дома и павильоны легко можно найти в янтарном районе Шаль-Сихья. Я же член братства Трёх нитей. Скромный торговец ковров, — широким жестом показал на развешенные повсюду товары, подтверждающие эти слова.

— С нескромным количеством охраны, — не удержавшись, иронично хмыкнул.

— Так времена сейчас неспокойные, а у меня сердце слабое. Мне нельзя волноваться, — посетовал торговец.

— Послушай, уважаемый, мне всё равно, что там у тебя слабое. Голова или сердце, — начал терять терпение мой прямолинейный друг. — Если у тебя продаются только ковры, тогда мы уйдём, а если редкие диковинки и артефакты, не хуже, чем у Удивительных шкатулок, тогда станешь намного богаче, — посулил.

Слово «намного», зря сказал. Только что цена на товары этого хитрого торговца взлетела минимум вдвое. Понимать же нужно. Или он не умел торговаться.

— Тогда почему бы вам не обратиться напрямую к ним? — посоветовал в ответ, не поддаваясь на искушение.

— Потому что только у Чёрных мышей можно купить то же самое, но намного дешевле, без их дурацких ограничений, правил, в большем количестве. Из недоступных для простых покупателей товаров. Шкатулки слишком зазнались из-за того, что вся торговля древностями и диковинками идёт только через них.

— Правильно, через них, — подтвердил торговец. — За чем зорко следят и наказывают тех, кто пытается нажиться на этом, не являясь членом братства Удивительных шкатулок. Напомню, таких как я.

Какие интересные открываться подробности. Я-то думал, речь идёт о продаже чего-то совсем уж незаконного, вроде запрещённого оружия или наркотиков, а тут, оказывается, замешана конкуренция с монополиями.

— Может, всё-таки ковёр купите? — с нескрываемой надеждой. — Хороший. Качественный. С ворсом, мягким как пух, но крепким, как шёлк, вот такой толщины, — показал на пальцах. — Практически неотличимый от настоящей картины. С прекрасными девами, животными и сказочными пейзажами, — принялся расписывать его достоинства.

— Оставь себе, — хмуро отказался Рамиз, — Лучше скажи, зачем тогда на своём доме поставил знак братства Чёрных мышей? Только не говори, что не знал об этом.

Охранники торговца напряглись, подойдя ближе. Из глубин лавки показался дедуля с браслетом одарённого стихиями, ранее скрытый в одной из крохотных комнатушек, прикрытых коврами. И таких тут, прикидывая по размерам здания и планировке, должно быть много. Все стены ими увешены. Судя по серебряному браслету с бледно-синим дохи, перед нами владеющий ветром. Опасный противник, способный устроить нам быструю смерть от удушения или опутать паутиной, как паук муху, превращая в кокон. Кроме того, духовное чутьё подсказало, в глубине дома активировались какие-то защитные артефакты. Да и узоры на коврах больно уж подозрительно начали напитываться эфиром. Не лавка, а крепость какая-то. Показательно то, что и торговец, и его помощник, и служанка, по-прежнему оставались спокойны, уверенные в своей безопасности. Даже не зная, кто мы, и на что способны. Значит, имели на то основания.

— Не понимаю, о чём вы. Я честный торговец. Хотите обидеть, сравнив с этими недостойными обманщиками?

— Позволь, я попробую, — положил руку на плечо Рамизу, пока ещё чего не сказал.

— Уважаемый, почему же обидеть, похвалить. Ваша осторожность похвальна, но всему своё время. Вы прекрасно понимаете, зачем мы здесь. Если за коврами, то вошли бы через другую дверь. К тому же для обычного торговца у вас слишком хорошая защита лавки. И я говорю не про охранников, с уважаемым заклинателем стихий, — кивнул дедуле, имея в виду защитные артефакты и подозрительную ауру ковров, которых тут великое множество, — хотя и они избыточны. Тогда бы вам пришлось торговать ювелирными украшениями, а не коврами, чтобы оплатить их услуги. И ещё, мы не стали бы так неосторожно разбрасываться словами, не будь в этом уверены. В окружении ваших головорезов, у которых на лице написано, какие они законопослушные жители Шаль-Сихья, — предположил, с уверенным видом.

— Кто знает, — не смутился торговец, спокойно меня выслушав. — Одно дело знать, другое, искать подтверждение. Я рад первым, но не рад вторым, а ещё, вдруг бы и вправду удалось продать ковёр.

Вот ведь хитрый жук.

— Только если вы в него что-нибудь интересное для нас завернёте. В качестве подарка за покупку. Скажите, нашли на улице, выкинул кто-то, оно вам и не нужно, но не оставлять же на дороге. Почему бы не порадовать покупателей. Продолжая считаться честным членом братства Трёх нитей.

— В мои ковры можно много чего завернуть. Хоть золото, хоть барашка, хоть дари, — намекнул на трупы, не подтверждая, но и не опровергая мои слова, — хватило бы у покупателей денег. Но, это обсуждаемо. Если, конечно, есть с кем. Могу ли я взглянуть на ваши родовые браслеты, уважаемые дерры?

— Зачем? — нахмурился Рамиз, которому не понравилась эта просьба.

— Убедиться, не братья ли вы мои хайдар, которым всегда рад, как родным, — произнёс последнее слово с некоторой многозначительностью. — Не происходите ли из славных родов, оставивших о себе долгую память, помогая им в делах наших.