Чтение онлайн

Абра, переговорив с кем-то из уходящих воинов, осталась с нами на территории кунан. На вопросительный взгляд, чего так, объяснила, там и без неё прекрасно справятся. Пока по настоянию старших побудет в резерве. Я же не отправился в гущу событий по другой причине. Моя цель обеспечить безопасность Сами, а не показывать молодецкую удаль в первых рядах. Не потащу же её с собой прямо туда. Значит, лучше оставаться здесь. Знаю я эти фокусы сюжета, не успеешь разделиться, обязательно произойдёт какая-нибудь гадость.

Как и предрекала Абра, шумы и вспышки мощных стихийных техник, доносившихся аж досюда порывами лёгкого эфирного ветерка, постепенно стихали. В гонг перестали лупить, раздражая этим звоном. Повсюду начали появляться слуги с фонарями, мётлами, тряпками, наводя относительный порядок, как только стало ясно, что ситуация взята под контроль. Проверять, не требуется ли кому оказать помощь, не скрываются ли где недобитые марионетки, заглядывая в каждый угол, нет ли где очагов возгорания. Тут ещё взвод стрелков с мушкетами объявился, присланный из казарм больше для успокоения нервов кунан, чем для реальной помощи.

Старшие слуги при поддержке одного из помощников мастера взяли на себя руководство уборкой территории, трупов, затиркой кровавых пятен, восстановлению разбитых ставен и дверей. Заранее собирать рабочие команды, которые отправятся в главную часть поместья, как только там станет безопасно.

Усевшись на веранду одного из домов, сделанную в виде крытого навесом деревянного настила, рассеянно наблюдал за тем, как вокруг становилось светло от обилия зажжённых фонарей, многолюдно, шумно. Удивляясь тому, как быстро меняется картинка окружающей действительности. Ведь времени-то с объявления тревоги прошло всего ничего. Чудеса. Это на меня после всплеска адреналина лёгкая апатия накатила.

— Господин, не ходите воды? — подбежала молоденькая служанка с большим кувшином.

Обходя всех, не занятых делом. В первую очередь, принимавших участие в сражении. Мимо прошла ещё одна, внимательно осматриваясь по сторонам, с корзинкой бинтов и мазей, так понимаю, местной аптечкой, проверяя, не требуется ли кому первая помощь. Поблагодарив всё ещё нервную, взбудораженную девушку, не отошедшую от пережитого стресса, промочил горло. Взбодрившись, сразу почувствовал себя намного лучше.

— Госпожа? — вежливо обратилась к Абре.

Кажется, для неё все, кто стоял ступенью выше кунан, являлся важными персонами, перед которыми нужно заискивать и гнуть спину. Абра жестом отослала служанку прочь, мысленно пребывая где-то в другом месте.

— Значит, ты у нас одарённый духом? — неожиданно спросила, позабыв про формальное, вежливое обращение к аристократу.

— Чем я только не одарён. Не одарён деньгами, славой, богатством, удачей, конной статуей Чингизхана, — философски пожал плечами, показывая, это мало на что влияет.

— Могла бы догадаться, — словно не услышала. — Знаешь, он тебе подходит, столь же скользкий, хитрый и пронырливый. А ещё, до ужаса наглый. Так и чешутся руки придушить.

Не ограничившись словами, сделала хватательный жест, сжимая пальцы на воображаемом змеином, надеюсь, теле. Что-то смущала толщина его шейки. Это чем же ей так запомнился всего за одну короткую встречу.

— За что? — наигранно испугался.

— Он тебе что-нибудь рассказал? — «ласково» на меня посмотрела, как инквизитор на некроманта, в полночь, на папском кладбище.

— О чём?

— Обо всём! — припечатала, придвинувшись ближе.

— Обо всём, нет. Только…, — задумался.

— Только…? — вкрадчивым тоном протянула прищурившаяся девушка, побуждая, продолжать исповедоваться.

— Да успокойся ты, — не выдержав, отодвинулся от неё под воздействием инстинкта самосохранения. — Ничего он там не видел. Поэтому не о чем рассказывать.

«Что ты видел?» — тут же мысленно спросил, сгорая от любопытства.

— Правда? — недоверчиво. — А то смотри у меня…

— Показывай! — преждевременно обрадовался.

— Что показывай? — разозлилась. — Это такая фигура речи. Правду говорят, каков хозяин, таков и питомец. Давай сюда свой летающий ремень, язык ему отрежу. Для верности, — схватилась за кинжал.

— Две верности пояс с замком вешают, а не языки режут, — возмутился.

— Куда, на голову? — ахнула Абра.

— На …, — вовремя остановился. — Дуракам можно и на голову, — не стал углубляться в детали. — И вообще, бессовестный оговор. Он у меня белый, ласковый, и пушистый, — мысленно добавив, — «где-то очень глубоко в душе». — Шисса'ри никогда бы не стал заниматься плохими вещами, — опять же продолжив, — «без меня».

— Это в каком же месте от белый и пушистый? — с ещё большей недоверчивостью.

— Во всех! — гордостью. — Вот видишь, как ты его плохо знаешь. Дать погладить? — неожиданно предложил доверительным тоном. — Нет? Сами, а ты не хочешь? У него очень мягонькие, приятные на ощупь пёрышки, — принялся соблазнять ребёнка новой игрушкой, уходя от первоначальной темы.

Что высказал на этот счёт сам змей, предпочёл проигнорировать. Ни к чему детям такое знать. Рано ещё. Надо ли говорить, что подумали, решили и сказали девушки, ведь это три совершенно разные вещи.

После того как все нападающие были уничтожены, начался разбор полётов и залётов. До самого утра поместье напоминало разворошенный муравейник, набитый толпой народа, в основном, до зубов вооружённого. Хватало и тех, кто искренне сокрушался, опоздав на «веселье», добравшись сюда из отдалённых уголков кланового квартала к моменту, когда всё уже закончилось. Завидуя отличившимся, обсуждающим друг с другом, кто из них оказался лучше. Сравнивая достижения. Как-то слишком легко приняв случившееся. С изрядной долей фатализма. Нет, конечно, не радовались нападению, особенно те, кто потерял родных и близких, но и не сильно печалясь. Больше всего буйствовали, не находя себе место, родители похищенных детей, предпринимая все возможные меры для их возвращения. К чему охотно подключился весь клан. Пылая праведным гневом, желанием отомстить за оскорбление и унижение. Ещё бы, такой удар по лицу, о котором ещё долго будут говорить по всему городу.