Чтение онлайн

Николас пожал плечами:

— Должен признать, что чаю они предпочли сладкий фруктовый напиток, изобретенный моим поваром.

— А что насчет разведывательных действий?

— Оглянитесь, Элизабет. — Николас, все еще держа в руке свою уморительную шляпу с перьями, сделал широкий жест — Вы когда-нибудь видели дом, который показался бы мальчишкам более подходящим для разведки?

Элизабет бросила на него испепеляющий взгляд:

— Мисс Отис утверждает, что мальчики во время моего отсутствия проводили в последние три дня послеполуденные часы в вашем доме.

Я прошу прощения, миледи, — поспешила вмешаться в разговор мисс Отис. — Сэр Николас пришел к нам в сопровождении вашего брата. Его сиятельство ваш брат сообщил, что эти посещения вполне приемлемы, поскольку сэр Николас является финансовым попечителем детей и…

— Да, да, я знаю, мисс Отис, вы мне уже объясняли это. Со своим братом я разберусь позже. — Элизабет снова обратилась к Николасу: — Что касается вас, сэр, то я нуждаюсь в объяснении другого случая, сведения о котором дошли до меня, а пока прошу вас немедленно, слышите, немедленно привести сюда детей.

— Детей? — Николас с озабоченным видом сдвинул брови. — Вы видели каких-нибудь детей, мистер Эдварде?

— Нет, ваше величество, — ровным голосом ответил Эдварде. — Я видел только солдат королевы.

— Солдат королевы? — выдохнул Николас в притворном ужасе и принялся оглядываться по сторонам, как будто упомянутые солдаты королевы могли ворваться в прихожую в любую минуту. — Да, они преследуют нас по пятам.

— Николас!

Он определенно спятил, и если бы Элизабет не была так разозлена, ей, наверное, стало бы смешно.

— Что вы на это скажете, мистер Эдварде? — Николас швырнул тому свою шляпу, и Эдварде поймал ее без малейших затруднений. — Следует ли нам бежать? Или… — Он перевел взгляд с Элизабет на мисс Отис и обратно. — Или предпочтительнее взять заложников?

— Думаю, последнее предпочтительнее, сэр, — отвечал Эдварде.

— Я тоже так думаю. Я хватаю эту, а вы другую. — Он крепко взял Элизабет за руку, притянул к себе и прижал к своему боку. — Ну, она просто красотка.

— Если вы сделаете ко мне хоть один шаг, мистер Эдварде, я буду вынуждена отомстить вам. — Мисс Отис вздернула подбородок и полыхнула глазами на дворецкого-пирата, который не сдвинулся с места ни на дюйм. — У меня есть братья, и я могу рассчитывать на их помощь. Вам будет трудно орудовать саблей, если придется одновременно удерживать…

— Довольно, мисс Отис, — остановила гувернантку Элизабет. — Я уверена, что мистер Эдварде не станет брать вас в заложницы или причинять еще какие-либо неприятности. — Она подняла глаза на Николаса. — Скажите же ей.

— Это верно, девушка. — Николас обращался к мисс Отис, но смотрел на Элизабет. — Боюсь, что вам не удастся собрать выкуп за миледи.

— Ну знаете, — негодующе прошипела мисс Отис. Николас посмотрел Элизабет в глаза.

— Довольно и одной. Она хорошенькая штучка.

— Ни за что! — выкрикнула Лиззи, чувствуя, что ее охватывает желание, и стараясь не думать об этом, а также о том, что хорошо бы избавиться каким-нибудь способом хоть на пять минут от Эдвардса и мисс Отис. — Уберите руки! Отпустите меня!

— Ах, миледи, вы теперь заложница короля пиратов. — Николас сверкнул озорной улыбкой. — Радуйтесь этому.

— И не подумаю! Отпустите меня сию минуту! Ваша проклятая сабля колется.

Он неожиданно повернул ее спиной к себе и наклонил так, что она была вынуждена опереться на него, чтобы не упасть. Он проговорил почти шепотом:

— Это не сабля.

Элизабет задохнулась от злости.

— Николас! Отпустите меня немедленно, иначе я…

— Что вы можете сделать?

Он продолжал говорить тихо, чтобы слышала только она.

Тогда она тоже понизила голос:

— Я вытащу вашу саблю из ножен и зажму так, что у вас слезы хлынут из глаз и вы запросите пощады.

— Фу! — Он поморщился. — Это звучит как-то… — Пауза. — Впрочем, это было бы забавно.

— Николас!

— Не бойся, мама, мы тебя спасем! — послышался откуда-то сверху голос Кристофера.

— Мы идем, мама, — присоединился к брату Адам. Николас придал Элизабет вертикальное положение, но продолжал удерживать ее, обняв одной рукой. Она посмотрела вверх, на лестничную площадку. И прежде чем успела предостеречь ребят, две маленькие, облаченные в красное фигурки уже скользили вниз по перилам с внушающей опасения скоростью.

Сердце у Элизабет словно подступило к горлу.

— Немедленно слезайте с перил, сию минуту! Она бросилась было к лестнице, но Николас резким рывком остановил ее и тихо сказал на ухо:

— Уверяю тебя, беспокоиться не о чем. Они в этом деле мастера. Кроме того, они двигаются не так быстро, как тебе кажется.

— Но это же дети!

— Сейчас они солдаты королевы и явились спасти тебя. Приготовься быть спасенной — и улыбайся.

Кристофер спустился первым, скользя по перилам с удивительной грацией. Послышался глухой удар о нижнюю стойку перил. Только теперь Элизабет заметила, что к стойке привязана подушка. Перила оказались хорошо наезженной дорогой. Кристофер спрыгнул с них за секунду до того, как брат, который дико улюлюкал всю дорогу, прикатил к той же стойке. Он тоже ударился о нее, и Элизабет, несмотря на смягчающую удар подушку, зажмурилась.

Она вздохнула с облегчением, изобразила сияющую улыбку и тихонько сказала Нику:

— Когда все кончится, надо, чтобы кто-нибудь съехал по перилам и спас тебя самого.

Николас с трудом подавил смех.

Адам слез с перил и привел в порядок военную форму. На нем был старый, очень старый красный офицерский мундир, наверное, столетней давности, доходивший мальчугану почти до самых лодыжек. Рукава были закатаны, а мундир подпоясан желтым шелковым кушаком, чтобы огромная куртка не свалилась с шестилетнего воина. Кристофер был повыше Адама, но хотя он и не тонул чуть ли не с головой в таком же мундире, как у брата, оба они являли собой забавные карикатуры на британских офицеров прошлого столетия. Элизабет, глядя на них, не знала, смеяться ей или плакать от умиления.

— Именем ее королевского величества приказываю немедленно освободить эту благородную леди, — потребовал Кристофер.

— Освободи ее сию же минуту, ты, дьявол с черным сердцем! — заявил Адам, но тут же бросил опасливый взгляд на мать, поскольку выражение «дьявол с черным сердцем» могло показаться ей недозволенным с точки зрения приличий.

Однако Элизабет придержала язык, и Адам заулыбался с явным облегчением.

— Никогда!

Николас привлек Элизабет ближе к себе и выхватил из ножен саблю. Мальчуганы сделали то же самое и взметнули сабли высоко в воздух.