Чтение онлайн

Дни были наполнены поиском работы, перспектива остаться без денег очень напрягала, считали каждый цент.

С восьми утра до пяти вечера мы переходили из одного офиса в другой в этих зеркальных небоскрёбах и монументальных зданиях викторианского стиля.

Через две недели подошвы туфель были истоптаны до дыр.

Можете представить картину: попадаешь в зеркальное царство небоскрёбов, которое можно было в 1993 году увидеть только в видеофильме с гнусавым переводом. И мы, туристы из России, экономя даже на автобусных билетах, ходили везде пешком, съедали 1 банан в день, не имея ни телефона, ни машины, ни апартаментов, переходили из одного офиса в другой этих красивых зданий, от которых веяло СИЛОЙ и ВЛАСТЬЮ. Небоскрёбы стояли, как ракеты, устремлённые ввысь, поражая своей НЕПРИСТУПНОСТЬЮ.

Но самое удивительное – мы не помним ни одного случая, где бы НЕ подпустили или НЕ пропустили. Нам помогали, давали советы, давали прямые контакты других компаний, и это участие держало нас на плаву. В одной из головных компаний нам дали справочную книгу «Жёлтые страницы» – книга толстая-претолстая. У нас закружилась голова – мы держали в руках огромную книгу и были уверены: «теперь мы ВСЁ знаем» – нам подарили клад, да ещё бесплатно. Мы же не знали, что «Жёлтые страницы» не продаются, они раздаются – судьба у них такая, распространять информацию обо всех компаниях ЮАР. Матвей выписал все компании горнодобывающих ведомств с адресами и телефонами.

Прошла неделя – результатов нет. Из двадцати пяти компаний, в которые было написано, пришли стандартные отказы: «К сожалению, в настоящее время предложить ничего не можем. С уважением…». Опять мимо. Надежды рушились, как песочные замки.

Время шло, деньги заканчивались, мы готовы были на любую работу, чтобы пополнить свой кошелёк и продержаться хотя бы месяц. За месяц вперёд был оплачен отель.

Нам предложили продавать картины, мы согласились, поехали. Картины не продали, а позора натерпелись – стыдно вспомнить. На вопрос: «Не желаете ли вы взглянуть на картины?» нам отвечали: «Пошли вон отсюда!» И мы, в свои 38 лет, проглотив этот унижающий для нас позор, шли к следующему дому в надежде, что повезёт. Нет, не везло.

В полном отчаянии Матвей прорабатывал любые варианты временного трудоустройства и по чьей-то подсказке был направлен на освободившееся место охранника.

– Даша, мне предложили работу охранника в ювелирном магазине.

Я с радостью почти прокричала:

– Соглашайся.

– Хозяйка магазина – богатая еврейка. Но с ней надо спать, – сказал Матвей почти шёпотом, осознавая смысл сказанного и стыдясь этого.

Я помолчала, но понимая безысходность нашего положения, ответила:

– Иди.

Матвей не пошёл. И слава Богу!

На следующий день мы, опять собрав скудные крохи надежды, подавленные и придавленные гнётом униженной потерянности и растерянности, отправились в Down Town. И путь наш лежал в компанию «TRANSNATAL» («ТрансНатал»). На пункте охраны, как и в предыдущих компаниях, Матвей вопрошающе объясняет: «Я – горный инженер из России, ищу работу, могу ли я…» и так далее. Чёрный охранник направляет Матвея к геологу. Я, держа список всех 25 шахт, неожиданно для себя спрашиваю:

– Матвей, а как ты насчёт шахты «MATLA» («МАТЛА»)?

– Даша, я готов лететь, ехать, ползти на ЛЮБУЮ шахту. И почему ты меня об этом спрашиваешь?

А я и сама не знала, почему. Но позже узнала, а точнее, поняла.

Мы поднялись к геологу, Матвей начал рассказывать о себе. Показал паспорт механизированной отработки лавы, геолог не остался равнодушным и сказал Матвею прийти через два дня на приём к операционному директору, господину Питу Хендерсену.

Прошло два дня, у нас осталось 20 рандов. На эти деньги можно купить булку хлеба, сосиски и бутылку молока. И всё! Денег больше НЕТ. Работы – НЕТ. Тростиночки, СОЛОМИНКИ, за что схватиться, чтоб только бы удержаться, тоже НЕТ.

Обещанная геологом встреча с операционным директором «ТрансНатала» П. Хендерсеном вселяла надежду.

И мы оба понимаем – это последняя надежда! «Только бы ничего не случилось. Только бы встреча состоялась. Только бы НИЧЕГО не произошло, что может помешать встрече», – думали мы в унисон с Матвеем.

Проходит два дня, мы подходим к офису «ТрансНатала». Заходим. Представляемся охраннику. Охранник звонит, мы стоим как две натянутые струны: что сейчас нас ждёт – зазвучит полонез Огинского или барабанная дробь и струны окажутся не нужны?

Положив трубку телефона, охранник повернулся к Матвею и чётко произнёс: «Господин Хендерсен на месте и ждёт вас».

В кабинете за большим столом сидел седовласый мужчина лет пятидесяти. От него веяло благородством и спокойствием.

– Прошу вас, проходите, присаживайтесь, – и с интересом стал всматриваться в экзотический материал другого континента. – Слушаю вас, – как бы говоря «ну и чем же, ребята, вы можете меня удивить?»

И, переведя взгляд на Матвея, жестом показал: «Я весь внимание».

Как мы все понимаем, в 1993 году проектов, презентаций в России вообще не было, и единственным презентационным материалом был паспорт механизированной отработки лавы. Матвею надо отдать должное, в состоянии внутренней безнадёги он сумел себя взять в руки, проявил немыслимое самообладание, уверенность и грамотность.

С каждым мгновением в глазах Хендерсена появлялись неподдельный интерес и профессиональная заинтересованность.

Он задавал Матвею вопросы, периодически склоняясь над паспортом.