Чтение онлайн

Связываться с сумасбродными парагвайскими казаками, из–за никому не нужного месторождения кобальта, колонизаторские страны не стали. Однако экономически начали гадить: препятствовать банковским операциям с казацким рублём и всячески ограничивать импорт парагвайских товаров. В начале 1934 года Алексей вынужден был собрать специальное совещание, на котором присутствовали: завсегдатай тайных сходок, начальник разведки, Кондрашов; казачий министр финансов, Вездельгустер, начальник артиллерии и инженерных войск, генерал–майор Беляев; и редкий гость казачьих заседаний, глава парагвайской православной епархии, митрополит Онуфрий.

— Господа хорошие, я вас собрал, чтобы обсудить проблемы экономики, войны и… православной веры на востоке африканского континента, — загадочно обозначил тему совещания парагвайский владыка.

— Самый крупный оплот православной веры на востоке Африки — Абиссиния, — сразу разгадал задумку атамана отец Онуфрий. — Последняя независимая страна на континенте, в которой почти половина населения добрые христиане.

— Абиссиния? — привстав с кресла, начал взглядом безуспешно искать на географической карте, разложенной на столе, затерянную страну недоучка Сёма. — Где это?

— На современных европейских картах она обозначена, как Эфиопия, — наклонившись, указал пальцем в сторону «Африканского рога» Алексей. — Абиссинская империя отделена от Красного моря Итальянской Эритреей, от Индийского океана — Итальянским Сомали и Британским Сомали. Выход к Аденскому заливу преграждает Джибути, занятое французами.

— И как же Абиссинии удалось сохранить независимость? — резонно удивился Сёма. — Ведь всю Африку колонизаторы на куски порвали.

— Русские православные братья помогли, — раскрыл секрет Кондрашов. — Царское правительство направило оружие, боеприпасы и офицеров русской армии на помощь войскам императора Менелика Второго. Ну ещё, французы тоже чуток подсобили в войне против извечных конкурентов. Итальянская агрессия была отбита, и с 1896 года, после сокрушительного разгрома колонизаторов, никто больше всерьёз не пытался завоёвывать Абиссинию.

— Я так понимаю, Эдуард Петрович, что итальянцы опять вознамерились прибрать к рукам бесхозный участок Африки, — догадался прозорливый отец Онуфрий.

— Премьер–министру Италии, Бенито Муссолини, не дают покоя лавры завоевателя, Юлия Цезаря, — кивнул Кондрашов. — Он хочет объединить территории Итальянского Сомали и Эритреи, за счёт захвата земель Абиссинии.

— А как на эти поползновения смотрят британцы и французы? — спросил Алексей.

— По данным из дипломатических источников, французы готовы отдать итальянцам двадцать километров прибрежной территории в районе порта Джибути, в обмен на более значительные их уступки земель в колониях северной Африки, — поделился разведданными Кондрашов. — Англичане же не рискуют конфликтовать с воинственной Италией и не станут препятствовать переброске войск на «Африканский рог» через Суэцкий канал.

— А каково отношение других стран Лиги Наций к возможному захвату Эфиопии?

— Мировое сообщество не станет вступаться за «бесхозных негров», — криво усмехнулся Кондрашов. — Однозначно против высказываются дипломаты лишь трёх серьёзных держав: Советского Союза, Германии и Японии.

— Ну, Советский Союз в ближайшие годы не сможет оказать военную помощь далёкой Абиссинии, — отмахнулся от первого союзника Алексей. — Буржуи все пути перекроют коммунистам, да и нечем им сейчас особо–то помогать, после голодных лет, сами еле–еле концы сводят.

— Да уж, хозяйственнички из большевичков аховые, — злорадно уколол бывших товарищей Сёма. — Если бы не поставки продовольствия из Парагвая и от её рыбных флотилий, то в прошлый неурожайный год в Союзе вымерли бы сотни тысяч колхозничков, а то и целый миллион. Все запасы консервов большевики схарчили, а ведь до этого всё время казаков укоряли за дороговизну поставляемой провизии.

— Не жури зря потребителей, — шутливо погрозил пальцем Алексей. — А опустевшие закрома спешно пополняй.

— Так за сельское хозяйство у нас Андрюха отвечает, — пожал плечами казацкий казначей. — Его надо подгонять.

— Андрюха занимается землями Гран Чако, а на тебя возложим скупку продовольствия в Абиссинии, — загрузил Сёму несвойственной работой атаман.

— Так куда лишнее–то денем? Советский Союз из кризиса выйдет, сам начнёт зерном торговать.

— Ты зерно в муку перерабатывай, а мясо в консервные банки закатывай, — стал поучать Алексей. — И всё складывай на «чёрный день».

— Откуда в дикой африканской стране мукомольные и консервные заводы? — указал на явную прореху в планах атамана начфин.

— А ты, Сёма, на что? Печатай казацкие рубли и пускай в оборот. Строй заводы и склады.

— Так у негров там, небось, натуральный обмен принят, аборигенам промтовары нужны, а не бумажные ассигнации.

— Вот, уже мыслишь в правильном направлении, — подняв палец, похвалил магнат. — Ты же жаловался, что европейцы казаков зажимают, ходу не дают нашим рублям и промтоварам.

— Так мне теперь в Абиссинию ещё и парагвайские промтовары на горбу тащить?! — возмутился наваленной на плечи ноше казначей.

— Ну, для перевалки товаров по Абиссинии проложено семьсот восемьдесят километров железной дороги от порта Джибути до столицы империи, Аддис–Абебы. Есть в империи и несколько шоссейных дорог, и сотни три грузовых автомобилей. Да и мы тебе из Парагвая ещё тысячу электропаромобилей в ближайшее время пригоним.

— Масштабная операция, — почесав затылок, поразился размаху затеи Сёма. — А Менелик Второй не станет возражать против столь бурной экономической деятельности в его владениях.

— Разве что, с небес спустится, поблагодарить за поддержку, — рассмеялся Алексей. — Абиссинией, уже три года как, правит его потомок, Хайле Селассие. Думаю, что молодой император внемлет просьбе митрополита Онуфрия и местной православной братии о строительстве каменных церквей по всей благословенной Христом Абиссинии.

— Я так подозреваю, что строить храмы казакам предстоит за свой счёт, — явственно заскрипел зубами прижимистый казначей.

— Ну да, в основном, за наш счёт, — шмыгнув носом, неохотно согласился с неизбежными тратами парагвайский магнат. — Хотя неплохо бы и православным общинам по всему миру чуток скинуться на благое дело. Отец Онуфрий, организовать поддержку единоверцев сумеете?

— По силе возможностей, — смиренно склонил голову тучнотелый святой отец. — Во всяком случае, императорский двор и духовенство в Абиссинии уговорю поддержать строительство храмов Господних. Добрых зодчих и мастеров найду. Однако же для великой стройки одного лишь камня недостаточно, цемента потребуется много.