Чтение онлайн

– За руку его возьми, для надёждности, - улыбнулся чему-то ему одному ведомому Лёша.
– Скоро приду.

– Ну-ну...
– проводила мужчину мрачным взглядом и, подумав, взяла-таки эльфа за руку и вспомнила, что как-то забыла уточнить у Лёши, что он там с пёрышком-то делал.

А если попробовать посмотреть, используя силу? Не в том ли, что не пользуюсь даром упрекал меня охранник? Посмотрела, раз, два, три... Ещё бы понимать, что я там должна увидеть? Щурилась, подносила пёрышко к глазам поближе, вертела в пальцах... А потом просто глаза прикрыла, давая им отдохнуть от яркого света светила, которое поднималось всё выше и выше, и открыла их с мыслью, что хочу разглядеть, очень хочу, то, что Лёшей было наверчено. И снова вглядывалась до рези в глазах, пытаясь понять, как и что сделано было. От напряжения ли, от усталости ли, но в какой-то миг померещилось, что сквозь сияние золотого пера пробивается цветной, плывущий перед глазами рисунок. И что он обозначает?

– Прекрасная роза, - отвлёк меня остроухий рыцарь печального образа.
– Солнцем голову напечёт. Вам плохо будет... Идёмте вон под то дерево, - протянул руку, указывая на раскидистую пальму.

И я плюнула на загадку пера, сжала его покрепче, поднялась с места и охотно прогулялась до тенька под ручку с эльфиком. Остроухий скинул с плеч свой неизменный зелёный рубахо-халат, который каким-то чудом оставался чистым всё то время, что Турлаиндэль жил у меня. Да и прорех не видно было в одёжке, хоть и раненым в магазин эльф попал. Магией залатал? Или какими-нибудь волшебными свойствами эльфийская одежда обладает? Как-то не задавалась я ранее этим вопросом, как и тем, откуда у остроухого целая одежда взялась, и как он проблему с её чисткой решает. Не до того всё время было, и получалось, что большую часть важных мелочей я просто пропускала мимо внимания, и профукала, возможно, и очень нужные моменты. Остроухий блондин остался в рубахе, штанах да сапогах, а для меня постелил верхнюю одёжку на песок под пальмой.

– Садитесь, прекрасная роза, - сказал он и грустно улыбнулся.

– Спасибо, Турлаиндэль, - внимательно осмотрела эльфа и села на обустроенное им место.
– Знаешь, за всё время знакомства мы с тобой так ни разу толком и не пообщались. Постоянно все дела бегом, постоянно проблемы на голову сваливаются и как-то не доходило у нас с тобой до серьёзного разговора. А, наверное, давно стоило тебя расспросить и узнать, что ты ко мне чувствуешь и как к этому относишься. Садись рядом, побеседуем.

– Можно?
– выражение лица эльфа стало донельзя довольным.

– Садись, садись, - подвинулась и похлопала рукой по ткани рядом с собой.

– Красиво, - выдал эльф, устроившись на краешке своего же одеяния.

– Да, красиво, - согласилась с ним, окинув побережье моря взглядом и поняв, что рассмотреть окружающую нас красоту толком удосужилась только сейчас.

Зеленовато-голубые волны набегали на белый песок с тихим шелестом, и медленно, неохотно отползали обратно. Сияющее светило в ярко-синем небе бросало лучи горстями в солёную воду и они отскакивали от неё солнечными зайчиками, разбрызгивая искры света во все стороны. Пальмы, все стройные, высоченные, добавляли экзотичности этой позитивной картинке, как с рекламы какого-нибудь вип-курорта. Густая растительность между пальм, намекала на наличие-таки пресной воды где-то поблизости и была надежда, что Лёха сможет её найти.

– Наши леса другие, - тихо произнёс длинноухий блондин.

– Скучаешь?
– глянула на него с жалостью, поняв, что моё вмешательство, вполне возможно, лишило его привычной жизни в родных краях.

Но как можно было поступить иначе? Как можно было отпустить эльфа на верную смерть? Не смогла бы выставить за дверь, понимая, чем ему это грозит. И не выставила, и дальше не выставлю, и просто теперь не знаю, что мне с остроухим дальше делать.

– Скучаю, - не стал отрицать очевидного Турлаиндэль.
– Но мне нет дороги обратно. Я когда от возмездия уходил, понимал это... Продлил агонию. В родном лесу меня всё равно бы поймали, и казнили бы. А уходить куда-то, где нет магии родного леса - верная смерть.

– Сложные вы существа - эльфы, - провела пальцем по пёрышку, мимолётно подумав о том, что защиту Лёша, по-видимому, не до конца поставил, раз эльфик снова на меня как прежде реагирует. Или охранник именно это менял, когда перо у меня во второй раз забирал?
– Сколько тебе лет, Турлаиндэль?

Эльфик отчего-то покраснел, помялся и сообщил:

– Тридцать.

– Это много для вас или мало?
– с удивлением глянула на мужчину, пытаясь понять, а на сколько он реально выглядит.

Не юноша, но и не взрослый муж, что-то промежуточное между подростком и состоявшимся мужчиной.

– Возраст совершеннолетия, - ответил он неохотно, стараясь не смотреть на меня.

– То есть твой возраст соответствует нашим восемнадцати годам, - то-то остроухий так по-мальчишечьи смущается.
– Как же тебя так угораздило только-только взрослым стать, и закон нарушить?
– вопрос был риторическим, ответа на него я не ждала.
– Скажи, а ты, правда, покончишь с собой, если твои чувства ко мне пройдут? Что ты на самом деле чувствуешь ко мне?
– вот эти вопросы для меня были намного важней, потому что помогли бы решить проблему с заскоками нежной эльфийской психики.

– Я всё понимаю, прекрасная роза. И про то, что моя привязанность к вам противоестественна, и про то, что вы её совсем не хотите. Оно само собой происходит. Я же слышал то, о чём вы все между собой разговаривали, - а ведь, правда, эльфёныша мы все зачастую за предмет меблировки принимали.

Не говорит ничего, не бузит, просто присутствует и ладно. А он всё слышал, и выводы делал. Живое и мыслящее существо как-никак, пусть даже ещё очень молодое и неопытное. Вот и пришло время мне краснеть, а не ему. Из-за того, что парня за табуретку принимала.

– Так как? Покончишь с собой, если вдруг всё пройдёт?
– спросила, затаив дыхание и тоже стараясь на остроухого не смотреть, дабы чувство вины, охватившее меня из-за моего отношения к нему, как к бездушному предмету, не выдать взглядом.

– Нет, - ровно ответил эльф.
– Наверное, нет. На меня просто помутнение нашло... Не помню, что перед этим происходило, а потом зачем-то за меч схватился... А потом ушёл в...

– Кому, - подсказала слово.
– Зачем?

– Защитная реакция на опасность у эльфов такая бывает. Когда дело совсем плохо, организм уходит в глухую оборону и в этот момент эльфа ни убить, ни магически воздействовать нельзя. Но это съедает силы и ресурсы мозга, потому-то сознание отключается полностью. Вывести нас из такого состояния только свои могут, знающие как это сделать. Либо, если уметь контролировать этот процесс, то можно и на какое-то определённое время так закукливаться, - пояснил он, ничего не тая.

– А ты умеешь? И почему тогда не впал в кому, когда тебя твои же родичи убить пытались?
– спросила с любопытством, свойства эльфийского организма были удивительны и странны.

– При исполнении наказаний, загонщики блокируют эту способность до тех пор, пока не изловят отступника и не убьют, - тема разговора остроухому явно не нравилась, но он всё равно продолжал отвечать на мои вопросы.

– А как же она восстановилась, раз у тебя её заблокировали?
– столько новых и интересных фактов открывается, стоит только взяться за ум и попытаться узнать что-то новое, притом из надёжных источников.