Чтение онлайн

— Вот так оно и бывает, возгордятся сверх меры, а потом силы то свои и не рассчитывают, — нарушив свои собственные правила высказалась вслух, правда негромко, моя бабушка.

Собственно, у нее были все основания психовать: мы с ней могли бы оказаться в точно такой же ситуации. Судя по разбросанным под деревьями окровавленным обрывкам одежды, еще не до конца потемневшим потекам крови и валяющемуся одинокому пожеванному башмаку, совсем недавно в этом месте произошла трагедия. Очередные искатели, забравшиеся в чащу за драгоценными магическими дарами природы, попали на зуб какому-то здешнему монстру.

Сколько их было? Вряд ли больше трех-четырех человек, скорее вообще двое. Точно не определить, тел уже не осталось, съедены вместе с костями, но следов совсем немного. Кстати о следах, в одном месте отыскался и отпечаток лапы нападавшего: огромный четырехпалый след, похожий на птичий. Я поставил рядом для сравнения свою ступню. Потом приставил спереди вплотную вторую. Все равно не хватает. Если даже не учитывать дополнительную длину следа от когтей, глубоко вдавившихся в рыхлый лесной грунт, отпечаток самой лапы больше. Непроизвольно поежился, представив рядом с собой подобное страшилище.

…А может, это птица и была. В здешних условиях изливающейся во все стороны буквально прорвы маны с окрасом жизни даже воробей может, при огромной доле везения, конечно, превратиться в какую-нибудь монструозную страхолюдину.

«Мана тут. Рядом», — активизировался мой дух, заметив, что я отвлекся на посторонние, совсем не обязательные дела.

И таки под склонившимся до земли листом папоротника (не похожее на него растение, цветы которого ценятся во много раз дороже своего веса в золоте, а самый обычный) отыскалась вещица так возбудившая моего духа. Довольно крупный, чуть больше перепелиного яйца, овальный зеленый камень с белесыми, туманными разводами. На драгоценный не похож, явно выраженного блеска нет. Просто гладкая, ровная поверхность. На оправе из какого-то светло-желтоватого металла, среди очень сложно выведенного орнамента я различил контуры рун. Что за руны и за что они отвечают, определить не смог. Основы рунологии, как и артефакторика, у нас по программе только с третьего класса, но явно магическая вещица. Тем более и дух вон распознал внутри присутствие маны. Большого ее количества, на малое он бы так не среагировал.

Для оценки, что же это такое, включил магическое зрение. Вообще-то его надо было бы с самого начала включить, может отыскал бы по пути еще что-нибудь полезное, но это зрение тоже, как и ментальный дух, от которого мне до полной его привязки не избавиться, расходует ману. Как когда-то в гимназии шутил Мельников, когда я пытался его выгнать на тренировку заданного нам очередного заклинания: вдруг война, а я уставший.

Магическое зрение выявило среди вензелей и загибулин оправы два заметно отличающихся участка: один, из которого сочилась густая дымка маны (очевидно именно на нее и среагировал мой дух) и другой с какими-то намного более тусклыми магическими узорами, очень похожими на виденные на других артефактах печати кровной привязки. Нехорошо так говорить, но в глубине души понадеялся, что прежнего хозяина этой артефактной штуковины уже нет в живых. Тогда, в теории, кровавая привязка должна рассеяться сама собой, и нам не придется искать специалиста для ее отмены.

Распознать конкретно, что за магическое яйцо мне перепало, у нас, с бабулей, не получилось. Несмотря на то, что артефакты для простого люда — редкость неимоверная, на самом деле, маги артефакторы их придумали во множестве. Ясно одно: эта моя находка стоит дорого. Если удастся продать ее в какой-нибудь магической лавке, вполне возможно, что, хотя бы на ближайшие годы, смогу решить все свои финансовые проблемы. Ну, или огрести их по полной: артефакт с кровной привязкой ведь раньше кому-то принадлежал. Как бы в один далеко не прекрасный день родные и близкие этого не счастливчика не заявились ко мне с вопросами, где я сию штуковину раздобыл, и не я ли являюсь убивцем их дражайшего родственничка.

Так что, прежде, чем продавать находку, буду еще думать, как можно минимизировать подобные риски. Может, вообще придется ехать куда-нибудь в соседнюю губернию или даже в столицу, благо железная дорога туда проложена и поезда из Вятска по ней отправляются каждый день.

«Ладно, внучок, убирай свою находку, пора идти дальше», — скомандовала мне бабушка в тот самый момент, когда я вообще уже мысленно изобретал способ, как мне связаться для продажи непонятного артефакта с зарубежными торговцами. Пришлось убирать находку в нагрудный карман.

Пройдя немного по верху, мы снова возвратились в тот же самый овраг, из которого недавно вылезли. По прикидкам бабушки, засада древня осталась у нас позади.

Следующие часа полтора-два мы шли практически в полной тишине. Ну, если шума ветра в кронах деревьев не считать, конечно. А потом бабуля произнесла с облегчением:

— Фух, кажись, дошли. Тут, сажен с сотню еще, в склоне оврага промоина будет. С нашей стороны в местный ручей впадает еще один приток. Нам в том месте нужно снова подняться, а там уже по этому притоку пойдем. Совсем недалеко на его берегу поляна большая посреди леса, и на ней-то нужные нам живосилы и растут.

И пусть я абсолютно не верю в приметы и уж точно не считаю себя суеверным человеком, такое заявление, «дошли», когда даже еще цели путешествия не видно, мне сразу же не понравилось. Аж сердце екнуло. Потому, при карабкании из оврага, придержал бабушку за руку, сам выдвигаясь вперед нее.

Хех, я думал именно так защитить дорогого мне человека от возможной опасности, но получилось, как это иногда бывает в нашей жизни, строго наоборот. Враг напал на идущего позади. Благо еще мой дух, все время крутившийся поблизости, буквально в самый последний момент успел подать слившийся воедино сигнал об опасности.

«Опасность. Дерево. Сзади».

Успел развернуться. И даже сам не ожидал от себя такой прыти. Моментально выхватил из ножен клинок, висевший у меня на поясе, и в одно движение вскрыл брюшко какой-то непонятной твари размером с кошку, спрыгнувшей с дерева, в тот момент, когда она совсем уже было соприкоснулась с бабушкиной шеей.

— Бабушка, что с тобой! — Почти позабыв об осторожности закричал, хоть и не во весь голос. — Бабушка! Не умирай!

Собственно, не мудрено, что я запаниковал. Она, как шла след в след за мной, так лицом вперед и повалилась. Прямо мне на грудь.

Все же опомнился. Попытался наложить заклинание Малого Исцеления. Вспомнил рассказанную мне Андрюхой Скворцовым армейскую методику, что распознать, жив ли человек можно по тому, действуют ли на него целительские конструкты.

Мана на создание лечебного заклинания ушла. Фух, прямо, как гора с души: жива. Сразу же полез в аптечку за экстрактом живосила, ругая себя лишь за одно: свою аптечку я снарядил еще перед поездкой в лавку алхимика свежими, а значит значительно менее эффективными шариками из растения, выращенного в домашних условиях. Думал наоборот, так будет лучше, а потом просто забыл и не переиграл назад.