Чтение онлайн

— Шекспир?

— А ты чего ждала? — спросила Лори.

— Все, что угодно, лишь бы не «Волна», — заявила миссис Сондерс, садясь на дочкину кровать.

Лори повернулась к ней:

— О чем это ты, мам?

— О том, что я сегодня встретила в супермаркете Элейн Биллингс. Она говорит, что Роберт стал совсем другим человеком.

— Ее это беспокоит? — спросила Лори.

— Ее нет. Это беспокоит меня, — ответила мать. — Ты же знаешь, сколько лет они с ним мучились. Элейн часто говорила со мной об этом. Она очень переживала.

Лори кивнула.

— В общем, она в восторге от этой внезапной перемены, — сказала миссис Сондерс. — Но я почему-то в это не верю. Такая резкая перемена! Как будто он вступил в какую-нибудь секту.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Лори, люди, исповедующие различные культы, это почти всегда люди, недовольные собой и своей жизнью. Они видят в культе путь к перемене, возможность начать сначала, буквально — заново родиться. Чем еще можно объяснить ту перемену, которая произошла с Робертом?

— Но что же в этом плохого, мам?

— Это не настоящая перемена, Лори! Роберт может чувствовать себя уверенно только в рамках «Волны». Но что, по-твоему, произойдет, когда он из них выйдет? Внешнему миру «Волна» не указ — он о ней и не знает. Если Роберту с трудом давалось пребывание в школе до появления «Волны», он так же не сможет нормально жить за пределами школы, где никакой «Волны» нет.

Лори поняла:

— Тебе не стоит обо мне беспокоиться, мам. Я уже не так без ума от «Волны», как пару дней назад.

Миссис Сондерс кивнула:

— Нет, я и не думала, что ты можешь увлечься, — если, конечно, дашь себе труд немного подумать над этим.

— Так что же тебя беспокоит? — спросила Лори.

— Меня беспокоят те, кто все еще принимает это всерьез.

— Мам, ты и есть одна из тех, кто принимает это всерьез. Хочешь знать, что я думаю? Я думаю, это просто очередное увлечение. Ну, вроде панк-рока или типа того. Через два месяца про «Волну» никто и не вспомнит.

— Миссис Биллингс говорит, что они готовят общее собрание «Волны» в пятницу утром.

— Да нет же! Они просто название изменили, — пояснила Лори. — Это обычный сбор болельщиков перед субботним матчем.

— На котором они собираются привести к присяге двести новых членов? — скептически спросила мать.

Лори вздохнула:

— Послушай, мам. У тебя просто навязчивая идея! Никаких присяг! Они хотят пригласить людей вступать в «Волну» — тех, кто и так пришел бы на сбор болельщиков! Ну, правда, мам, «Волна» — это просто игра! Знаешь, как мальчишки играют в солдатиков? Если ты поговоришь с мистером Россом, ты сама убедишься, что беспокоиться не о чем. Он очень хороший учитель. И он не стал бы связываться ни с каким культом.

— А тебя все это совершенно не беспокоит? — переспросила миссис Сондерс.

— Единственное, что меня беспокоит, — как много ребят в моем классе способны увлечься такой чепухой! Я еще могу понять, почему Дэвид втянулся. Он убежден, что «Волна» приведет футбольную команду к победе. Но Эми я понять не могу! Мам, ты же знаешь Эми! Она такая умница — а к этой ерунде относится, как к серьезному делу…

— Значит, все-таки беспокоишься! — сказала мама.

Но Лори отрицательно мотнула головой.

— Нет, мам. Меня это просто удручает, не более того. Говорю тебе — это холмик, а ты видишь гору. Верь мне — ничего страшного!

Миссис Сондерс медленно встала.

— Хорошо, Лори. По крайней мере, я убедилась — ты не ушла в это с головой, за что я тебе благодарна. Но, прошу тебя, детка, будь осторожна! — она поцеловала дочку в лоб и вышла.

Некоторое время Лори еще сидела за столом, но так и не смогла вернуться к прерванным занятиям. Грызя кончик ручки, она размышляла о маминых тревогах. Но ведь мама, как всегда, делает из мухи слона?.. На самом деле это просто временное увлечение?.. Или нет?..

Бен пил кофе в учительской, когда ему сообщили, что его вызывает директор школы Оуэнс. Росса охватила нервная дрожь. Не к добру это… Если Оуэнс хочет его видеть, это, скорее всего, связано с «Волной».

Росс вышел в коридор и направился к кабинету директора. Десятка полтора учеников остановились, чтобы ему отсалютовать. Он салютовал в ответ, не замедляя шага и пытаясь предугадать, что ему предстоит услышать. Если Оуэнс собирается сказать, что поступили жалобы, и эксперимент должен быть прекращен, в определенном смысле это принесет ему облегчение. Честно говоря, он не ожидал, что «Волна» зайдет так далеко. Доходящие до него сведения о том, что учащиеся других классов, даже младших, вступают в «Волну», не переставали его поражать. Ничего подобного он не ожидал, затевая это!

Еще одной неожиданностью стал так называемый школьный лузер Роберт Биллингс. Впервые в жизни Роберт был как все — членом коллектива. Никто больше над ним не насмехался, никто его не притеснял. И перемена, которая произошла в самом Роберте, была весьма заметна! Он не только внешне преобразился — он стал активным в классе! И это касалось не одной лишь истории. Кристи говорила, что тоже заметила это на своих уроках музыки. Роберт стал просто другим человеком! Прекращение «Волны» может означать для Роберта возврат к роли недоумка и лишит его единственного шанса выбиться в люди.

А другие участники «Волны»? Будет ли справедливо по отношению к ним прекратить эксперимент сейчас? — думал Бен. Ведь они могут так и не узнать, чем всё это должно было закончиться. А он лишится возможности привести их к логическому завершению…

Тут Бен остановился. Минуточку! А разве он их куда-то ведет? Это был всего лишь лабораторный опыт — дать ученикам ощутить, какова была жизнь в нацистской Германии. Росс улыбнулся про себя. — Эк, куда меня занесло, — подумал он и пошел дальше.