Чтение онлайн

Ходили и другие слухи: возмущенные учителя и родители все утро провели в кабинете директора Оуэнса, и теперь школьные психологи уже начали беседовать с учениками. Атмосфера в классах и коридорах была неспокойной.

Бен Росс положил свой экземпляр «Вестницы» на стол в учительской и потер виски. У него вдруг сильно заболела голова. Что-то пошло не так, и Росс догадывался, что обвиняют в этом его. Это ужасное, невероятное избиение! Чем сможет он оправдать эксперимент, приведший к таким последствиям?

Кроме того, он с удивлением поймал себя на том, что его огорчает поражение футбольной команды в игре с Кларкстауном. Странно! Он же никогда не интересовался школьным спортом! Неужели это из-за «Волны»? На прошлой неделе у него ни с того ни с сего возникло ощущение, что если футбольная команда победит, это окажется сильным аргументом в пользу «Волны»…

Но позвольте, с каких это пор он желает успеха «Волне»?! Успех или провал «Волны» — совсем не это было главным в его эксперименте. Ему следовало интересоваться тем, что вынесли его ученики из «Волны», а не самой «Волной».

В учительской была аптечка, со всевозможными аспиринсодержащими и не содержащими его средствами от головной боли. Один приятель заметил однажды, что если наибольшее число самоубийств случается в среде врачей, то учителя должны быть больше всех подвержены приступам головной боли.

Бен вытряхнул из пузырька три таблетки и собрался идти за водой. Но, подойдя к двери учительской, остановился. Снаружи разговаривали двое мужчин. Одного из них Бен узнал — это был Норм Шиллер. Второй голос был ему незнаком. Похоже, что кто-то остановил тренера на пороге, когда он собирался войти в учительскую. Бен прислушался.

— …и выеденного яйца не стоило! — говорил Шиллер. — Конечно, это оказало на них психологическое воздействие, заставило думать, что они могут выиграть. Но на поле у них ничего не вышло. Никакие волны на свете не могут сравниться с правильным выбором квотербека!

— Если хотите знать мое мнение, Росс изрядно промыл мозги этим ребятам, — сказал второй собеседник. — Не знаю, что он там задумал, но мне это не нравится! И никому из тех учителей, с которыми я разговаривал, тоже! Кто дал ему такое право?!

— Не спрашивайте меня, — сказал Шиллер.

Дверь приоткрылась, и Бен, быстро отбежав назад, спрятался в маленькой туалетной комнате, примыкавшей к учительской. Сердце его колотилось, головная боль усилилась. Он проглотил аспирин, стараясь не смотреть на себя в зеркало. Кого он боялся там увидеть? Учителя истории, ненароком очутившегося в роли диктатора?

Дэвид Коллинз недоумевал: ну почему, почему люди не хотят вступать в «Волну»?! Это же то, что каждый должен сделать в первую очередь, чтобы раз и навсегда прекратить всякие разногласия. Все бы тогда действовали на равных, как одна команда. А они смеются и говорят, что «Волна» совсем даже не помогла выиграть субботнюю игру… Чего они ждали? Ведь «Волна» — это не чудодейственное лекарство! Футбольная команда узнала о «Волне» ровно за пять дней до игры! Что действительно изменилось — так это дух и настрой команды.

Он, Роберт Биллингс и еще несколько ребят из класса мистера Росса стояли на школьном газоне и читали «Вестницу „Гордона“». Статья Лори расстроила Дэвида. Он не слышал, чтобы кто-то кого-то притеснял или избивал, и поэтому был уверен, что она и ее редколлегия все выдумали. Историю про десятиклассника, изложенную в письме без подписи, он тоже никогда не слышал. Ну, хорошо — Лори не хочет участвовать в «Волне», что его, конечно, огорчает. Но почему она и ей подобные не могут просто оставить их движение в покое?! Почему они на него нападают?

Стоящего рядом с ним Роберта статья Лори привела в бешенство:

— Все это неправда! — возмущенно сказал он. — Она не имеет права такое писать!

— Не это главное, — сказал ему Дэвид. — Никого не волнует, что Лори пишет, и что она должна писать.

— Ты это серьезно? — спросил Роберт. — Каждый, кто это прочтет, получит совершенно неправильное представление о «Волне»!

— Я говорила ей не публиковать это! — сказала Эми.

— Спокойно! — сказал Дэвид. — Нет такого закона, что люди должны верить в то, что мы пытаемся сделать. Но, если мы будем продолжать, все это увидят. Они увидят, что «Волна» — это хорошее дело.

— Да, но если мы не будем начеку, — сказал Эрик, — эти люди нам всё испортят! Вы слышали, какие ходят слухи? Говорят, что к директору приходили жаловаться родители и учителя. Что вы на это скажете? При таком раскладе никому уже не придется увидеть, на что способна «Волна»!

— Это всё из-за Лори Сондерс, — решительно заявил Роберт. — Ее нужно остановить!

Злоба, прозвучавшая в его голосе, покоробила Дэвида.

— Эй, подожди, — начал он, но Брайен его перебил:

— Не беспокойся, Роберт. Мы с Дэвидом позаботимся о Лори. Верно, Дэйв?

Дэвид открыл было рот, но почувствовал на плече руку Брайена, легонько подталкивающую его в сторону от группы. Роберта слова Брайена успокоили, он согласно кивнул.

— Послушай, — прошептал Брайен, когда они с Дэвидом отошли, — только ты один можешь остановить Лори, больше никто!

— Да, но мне не нравится позиция Роберта, — так же шепотом ответил Дэвид. — Получается, что мы должны разделаться с каждым, кто нам противостоит. Это в корне противоречит нашему подходу.

— Дэйв, послушай. Роберт иногда страдает избытком энтузиазма. Но согласись — тут он прав. Если Лори не перестанет писать такие статьи, «Волне» конец. Просто попроси ее снизить градус. Тебя она послушает.

— Я не знаю, Брайен…

— Мы подождем ее после школы, и ты с ней поговоришь, хорошо?

Дэвид неохотно кивнул:

— Попытаюсь…

Кристи Росс торопилась домой после занятий со школьным хором. Муж исчез из школы в середине дня, и она догадывалась почему. Дома она застала его над книгой о гитлерюгенд.

— Что произошло? — спросила она.

Не поднимая головы от книги, Бен раздраженно ответил:

— Я ушел пораньше. Я… э… плохо себя почувствовал. А сейчас мне надо побыть одному, Крис. Я должен подготовиться к завтрашнему дню.