Чтение онлайн

— Итак, теперь мы оба здесь. Одни. На чудесном побережье. Весьма романтично, ты не находишь?

Его зеленые глаза блеснули при свете лампы.

— Романтично! — фыркнула я, поправляя на себе простыню. — Я не желаю, чтобы ты околачивался вокруг меня! Каждый раз, когда я тебя встречаю, кого-нибудь пускают в расход…

— Будь осторожна, — сказал он. — Стены имеют уши. Накинь на себя что-нибудь. Я отведу тебя туда, где можно поговорить,

— Ты рехнулся, — ответила я. — Да я шагу отсюда не сделаю, а уж с тобой — тем более! И еще…

Соларин встал, шагнул ко мне и ухватился за край простыни, будто собирался ее сдернуть. При этом он смотрел мне в глаза и на его лице блуждала недобрая усмешка.

— Одевайся, или я сам тебя одену, — сказал он.

Кровь прихлынула к моему лицу, я вырвалась и пошла к гардеробу, пытаясь сохранить хотя бы остатки достоинства. Достав какую-то одежду, я шмыгнула в ванную. Меня била дрожь. Этот ублюдок считает, что может появляться, когда захочет, будить меня и вгонять в… Если бы только он не был таким чертовски красивым!

Но что ему нужно от меня? Почему он ходит за мной по пятам, почему прилетел сюда, на другой конец света? И при чем здесь велосипед?

Я надела джинсы и красный кашемировый свитер, обула свои видавшие виды спортивные тапки. Когда я вернулась в комнату, Соларин сидел на моей кровати среди скомканных простыней и играл в шахматы. Это были шахматы Лили. Разумеется, он нашел их, порывшись в моих вещах. Соларин поднял голову, взглянул на меня и улыбнулся.

— Кто выигрывает? — спросила я.

— Я, — серьезно ответил он. — Я всегда выигрываю.

Он встал, но не удержался и снова бросил взгляд на шахматную доску. Отвернувшись от нее наконец, он открыл гардероб, достал оттуда жакет и набросил его мне на плечи.

— Тебе идет эта одежда, — заметил он. — Конечно, при своем первом появлении ты была еще красивее, но зато твой нынешний наряд больше подходит для полуночных прогулок по пляжу.

— Ты сумасшедший, если думаешь, что я отправлюсь с тобой на прогулку по пляжу.

— Это недалеко, — сказал он, не обратив внимания на мои слова. — Мы пройдем по берегу до кабаре. У них там подают мятный чай и исполняют танец живота. Тебе понравится, дорогая. В Алжире женщины ходят в паранджах, но танец живота исполняют мужчины!

Я покачала головой и поплелась следом за ним к двери. Соларин сам запер за нами номер — он отобрал у меня ключ и положил его в карман.

В ярком свете луны волосы Соларина отливали серебром, в глазах появился какой-то таинственный блеск. Мы брели по узкой полоске пляжа. Берег плавно изгибался, и нам были видны огни Алжира вдалеке. Волны тихо набегали на темный песок.

— Ты прочитала газету, которую я прислал тебе? — спросил Соларин.

— Ее прислал ты? Но почему?

— Мне хотелось, чтобы ты знала: то, что Фиске был убит, стало известно полиции. Как я тебе и обещал.

— Его смерть меня не касается, — заметила я и остановилась, чтобы вытряхнуть из тапок песок.

— Касается, я же говорил тебе. Ты что, думаешь, я пролетел шесть тысяч миль, чтобы залезть в окно твоей спальни? — Он начал проявлять нетерпение. — Я же предупреждал тебя об опасности. Мой английский, конечно, небезупречен, но, кажется, я говорю на твоем родном языке лучше, чем ты его понимаешь.

— Единственный человек, которого мне следует опасаться, — это ты, — фыркнула я. — Откуда мне знать, что это не ты убил Фиске? В последний раз, когда я тебя видела, если помнишь, ты украл мой портфель и оставил меня с телом шофера моих друзей. Может, ты и Сола тоже убил, а потом оставил меня, прихватив мой портфель?

— Ну да, я и убил его, — спокойно признался Соларин. Я застыла на месте, а он с любопытством смотрел мне в лицо. — Кто еще мог это сделать?

Мне казалось, я не могу произнести ни звука. Мои ноги увязли в песке, кровь в жилах застыла. Я прогуливалась по пустынному пляжу с убийцей!

— Могла бы сказать мне «спасибо», — заявил Соларин. — За то, что я унес твой портфель. Из-за него тебя могли заподозрить в убийстве. Черт, мне было ужасно трудно вернуть его.

От такой наглости я рассвирепела окончательно. Перед глазами у меня стояло белое лицо Сола, лежащего на каменной плите. Теперь я знала, что это Соларин положил его туда.

— Угу, спасибо тебе огромное! — зашипела я в ярости. — Какого черта, неужто ты в самом деле убил его? Ты притащил меня сюда и говоришь, что убил невинного человека?

— Потише, пожалуйста. — Соларин сердито схватил меня за руку и посмотрел мне в глаза. — По-твоему, было бы лучше, если б он убил меня?

— Сол?! — фыркнула я.

Я вырвала свою руку и повернулась, чтобы уйти, но Соларин снова схватил меня и повернул к себе лицом.

— Заниматься твоей безопасностью, как говорите вы, американцы, все равно что иметь занозу в заднице, — заявил он.

— Мне не нужна никакая защита, благодарю, — прошипела я. — И в последнюю очередь мне надо, чтобы меня защищал убийца. Словом, ступай и передай тому, кто тебя послал…

— Послушай!..

Соларин явно вышел из себя. Он положил руки мне на плечи и стиснул зубы, затем посмотрел на луну и сделал глубокий вдох. Без сомнения, досчитал до десяти.

— Послушай, — произнес он уже спокойней. — Что, если я скажу тебе, что это Сол убил Фиске? И что я единственный, кто знал об этом? Поэтому он и пытался прикончить меня. Когда ты начнешь меня слушать?

Его зеленые глаза изучающе уставились на меня, но я ни о чем не могла думать. Мой ум пребывал в смятении. Сол — убийца? Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться, однако в голову ничего не приходило.

— Ладно, выкладывай, — сказала я.

Соларин усмехнулся, глядя на меня. Даже при свете луны его улыбка казалась ослепительной.

— Пошли. — Его рука лежала у меня на плечах, и он снова развернул меня в обратную сторону. — Я не могу ни думать, ни говорить, ни играть в шахматы, когда у меня нет возможности двигаться.