Восходящее солнце
Шрифт:
«Почему так, мистер Филипс?», спросил я с чуть большей силой.
Охранник мигал и хмурился, ничего не говоря.
Коннор тихо сказал: «Потому что Теда Коула не было здесь, когда мистер Филипс пришел вечером, не так ли?»
Охранник кивнул: «Да, его не было.»
Я начал было задавать вопрос, но Коннор поднял руку. «Представляю, мистер Филипс, вы, должно быть, сильно удивились, когда вошли в эту комнату без четверти девять?»
«Вы чертовски правы», ответил Филипс.
«Что вы сделали, когда увидели ситуацию?»
"Так. Прямо сразу я спросил этого парня: «Могу я чем-нибудь помочь?» Очень вежливо, но все же твердо. Я хочу сказать, что это все-таки комната службы безопасности. А я даже не знал, кто этот парень. Никогда не видел его прежде. И мужик был в напряжении. В большом напряжении. Он прошипел мне:
«Прочь с дороги.» Совсем крутой, словно владеет миром. Пихнул меня и понес свой чемоданчик.
Я сказал: «Простите, сэр, мне надо взглянуть на ваши документы.» Он даже не ответил, просто попер дальше. Через вестибюль и вниз по ступенькам." «Вы не пытались его остановить?»
«Нет, сэр, не пытался.»
«Потому что он был японец?»
«Вы поняли правильно. Но я позвонил наверх в центральный офис безопасности – он на девятом этаже – сказать, что обнаружил человека в комнате. А они отвечают: „Не волнуйтесь, все в порядке.“ Но я-то чувствовал, что они тоже в напряжении. Все в напряжении. А потом увидел на мониторе… мертвая девушка. Тогда-то я и понял из-за чего весь переполох.» Коннор сказал: «Человек, которого вы видели – можете описать его?»
Охранник пожал плечами. «Ему тридцать, тридцать пять. Среднего роста. Темно-голубой костюм, как у всех. Вообще-то, он голенастее большинства из них. Такой галстук с треугольниками. Да, на руке шрам, похожий на ожог или что-то вроде этого.»
«На какой руке?»
«На левой. Заметил, когда он закрывал портфель.»
«Заметили, что в портфеле?»
«Нет.»
«Но он закрыл его, когда вы вошли в комнату?»
«Да.»
«Создалось впечатление, что он что-нибудь вынес отсюда?»
«Вообще-то, не могу точно сказать, сэр.»
Уклончивость Филипса начала раздражать меня. Я спросил: «Как вы думаете, что он взял?»
Коннор стрельнул в меня взглядом.
Охранник вежливо повторил: «Я действительно не знаю, сэр.» Коннор сказал: «Конечно, вы не знаете. Как вы могли узнать, что находилось в чужом портфеле? Кстати, вы здесь делаете записи с камер безопасности?»
«Да, делаем.»
«Можете показать мне, как вы это делаете?»
«Конечно.» Охранник вышел из-за стола и открыл дверь в дальнем конце комнаты. Мы прошли за ним во вторую комнату поменьше, почти чулан, с пола до потолка заставленный небольшими металлическими ящиками, каждый с трафаретной надписью японской графикой канджи и арабскими цифрами. На каждом ящике тлел красный огонек, светились зеленые цифры счетчика и они бежали вперед. Филипс сказал: «Это наши рекордеры. Они записывают сигналы со всех камер здания. Восьмимиллиметровое видео высокого разрешения.» Он поднял небольшую кассету, похожую на обычную аудиокассету. «На каждой – по восемь часов записи. Мы меняем их в девять вечера, это первое, что я делаю, приходя на службу. Вытаскиваю старые и переключаюсь на свежие.» «И вы поменяли кассеты вечером в девять часов?»
«Да, сэр. В точности, как всегда.»
«А что вы сделали с извлеченными лентами?»
«Положил вон на ту полку», ответил он, указывая на несколько длинных узких шкафов. «Мы храним записи с камер семьдесят два часа. То есть трое суток. Поэтому держим всего девять комплектов лент. Мы просто меняем комплекты по кругу, один раз в три дня. Поняли?» Коннор поколебался с ответом. «Наверное, мне это лучше записать.» Он вынул небольшой блокнот и ручку. «Значит, каждая кассета крутится восемь часов, поэтому у вас девять наборов…»
«Правильно, правильно.»
Коннор начал записывать, потом раздраженно потряс ручку. «Проклятая штука. Паста кончилась. У вас есть мусорщица?» Филипс указал в угол: «Вон там.»
«Благодарю.»
Коннор выбросил ручку. Я дал ему свою. Он возобновил запись. «Вы говорите, мистер Филипс, что у вас девять наборов…» «Верно. Каждый комплект маркирован буквами от А до I. Когда я прихожу в девять, то вытаскиваю ленты, смотрю, какая на них буква, и вставляю следующую по порядку. И сегодня я вытащил набор С, поэтому вставил набор D, который сейчас и пишется.»
«Понятно», сказал Коннор. «А потом вы положили ленты набора С в один из этих шкафов?»
«Правильно.» Он открыл шкаф. «Вот сюда.»
Коннор спросил: «Можно?» Он осмотрел аккуратно надписанный ряд кассет. Потом он быстро открыл другие шкафы и осмотрел другие ряды кассет. Кроме различающихся букв, все шкафы выглядели одинаково. «Кажется, теперь я понимаю», сказал Коннор. «На само деле, вы используете девять наборов по кругу.»
«Точно.»
«Поэтому каждый набор записывается раз в трое суток.»
«Правильно.»
«А как долго служба безопасности применяет такую систему?»
«Здание новое, мы крутим, ну, наверное, уже пару месяцев.» «Должен признать, это очень хорошо организованная система», одобрительно сказал Коннор. «Благодарю за объяснение. У меня осталась еще всего пара вопросов.»
«Конечно.»
«Прежде всего, эти счетчики…», сказал Коннор, указывая на дисплеи видео-рекордеров. «Кажется, они показывают время, прошедшее с момента начала записи на ленту. Это верно? Так как сейчас почти одиннадцать, а вы поставили ленты в девять, то счетчик на верхнем рекордере показывает 1:55:30, на следующем 1:55:10, и так далее.»
«Да, все правильно. Я вставлял ленты одну за другой. Промежуток между лентами составляет несколько секунд.»
«Понятно. Все эти рекордеры показывают почти два часа. Но я заметил, что один рекордер, вон там, показывает, что затрачено только тридцать минут. Значит, он неисправен?»
«Э-э», нахмурился Филипс. «Ну, наверное. Потому что я менял ленты одну за другой, как сказал. Но эти рекордеры сделаны по новейшей технологии. Иногда случаются сбои. Или у нас проблемы с питанием. Может, поэтому.» «Да. Весьма возможно», согласился Коннор. «Вы сможете сказать мне, какая камера подключена к этому рекордеру?»