Времена без Героев
Шрифт:
Мстислав, непонятно почему решив разыграть из себя тупого варвара, замялся с явно проступившим на лице недоумением, затем по-медвежьи подошел:
– Ты кто?
– Разве так разговаривают с прекрасными дамами?
– проворковала женщина за опущенным пологом - Входи, не бойся! Я не кусаюсь… почти!
Мстиславу, по правде, все надоело, но и садиться он не спешил. Жизнь в столице северной, куда более простой и честной империи научила его осторожности. И кто там знает, что может оказаться за женщина. И нет ли у нее под рукой сонного порошка… Поди потом, доказывай стенам узилища, что ты - вольный гардар!
Вместо того, чтобы последовать ее совету, Мстислав рывком распахнул полог… Да нет, опасностью здесь даже не пахло. Внутри, на пространстве, несомненно предназначенном для двоих-троих путников, возлежала на восточных подушках одинокая и довольно красивая женщина. Была она, по правде, уже не молода и явно минула свою весну. Да и лето было на исходе… Впрочем, красота ее была при ней, она еще могла носить собственные волосы, а не уподобляться гетерам. И могла одеть открытый пеплос, не боясь показаться смешной…
Женщина лишь немого испугалась его, самую каплю. В этот момент лицо ее исказилось гримасой испуга… Впрочем, довольно быстро испуг на лице сменился улыбкой, зовущей и влекущей.
– О, какой ты горячий! Ты с полуночи? Говорят, там живут люди с холодной морской водой в жилах… Не представляю себе, как вода в море может быть холодной!
– Что тебе надо, женщина?
– холодно и властно спросил Мстислав, одним взглядом повергая в состояние окаменения рванувшегося к нему носильщика - И кто ты, прах тебя побери?
– Я -севаста Акилина!
– невозмутимо ответила женщина - Я давно уже следила за собой… Если бы на тебя напали, ты бы их всех убил?
– Нет, зачем же!
– удивился Мстислав - Эти сопляки еще слишком глупы… Ну, наказал бы… Руки поотрывал!
Последнее было сказано уже только для того, чтобы произвести на севасту впечатление. И своего гардар добился. Еще раз, плотоядным и очень заинтересованным взглядом обозрев могучую фигуру Мстислава, Акилина вновь, в третий и наверняка в последний раз предложила:
– Садись, ты наверняка устал!…
Мстислав подумал еще чуть, все для себя решил и сел. В конце концов, такие женщины на дороге не валяются…
Носильщики лишь крякнули, подымая враз прибавивший в весе паланкин. А вскоре им стало еще тяжелее. Впрочем, они были глухи и не слышали, как их хозяйка, задыхаясь, умоляла своего гостя снять кольчугу… А потом они, как и не раз уже бывало, внесли паланкин в сад, примыкавший к дому севасты, поставили его на землю и удалились. Все равно раньше чем через вигилию хозяйка их не позовет…
Акилина не позвала их и через две. Меж тем было мозгло, севаста, не привычная к такой погоде, мерзла в легком паланкине, страдала от своей покрасневшей, покрывшейся некрасивыми пупырышками кожи и впервые не знала, о чем говорить со своим новым любовником. Он довольно плохо, но все же говорил на ее языке, она разумеется не знала языка гардар и почти не понимала торингский. Потому большую часть времени они объяснялись жестами… Конечно, для любви говорить и не нужно. Но иногда очень хочется… К тому же, знай гардар язык базиликанцев, она уж нашла бы способ уговорить его перейти в дом. И постаралась бы не отпустить день или два… или неделю, если сможет выдержать его натиск и не умереть!
Гардар, абсолютно голый и внешне беззащитный в своей наготе, раскинувшись на подушках, мирно спал, громко сопя носом. Устал, бедный, после шести приступов подряд…
Акилина, восхищенная, протянула руку к его шее, ласково провела остро отточенным по последней моде ноготком по туго натянутой, бешено пульсирующей яремной жиле… И вскрикнула от дикой боли в заломленной кисти. Удивительно сильные пальцы гардара, сомкнутые на правой руке, грозили раскрошить ее в мелкую крошку… Впрочем, они тут же ослабли, как только варвар раскрыл свои чистые серые глаза. Его губы тут же тронула усмешка, Мстислав сел. Он с явным удовольствием обозрел ее ладную фигурку, легкую складочку жира на животе, так нравящуюся мужчинам, вставшие на холоде соски… Задержался на них чуть дольше, лицо озарилось заботой:
– Ты… замерзла?
– Да, мой герой!
– промурлыкала Акилина, сама изыскивая все новые места для восхищения, возвращаясь временами к пройденному - Если б ты мог согреть меня…
Ох уж это не понимание сказанного! Она-то имела в виду - отнес домой, который тут, под боком! Варвар же, истосковавшийся по женщинам, понял ее по-своему. Ухмыльнулся самодовольно, тупой как горный баран, сгреб в объятиях… О, Святой Валент! О, Юнона! Дайте несчастной женщине силы!…
Наверное, Святой Валент все же вмешался. На этот раз варвара хватило только на три приступа, но и после них Акилина чувствовала себя, как после камнепада. Болело все тело, из нее, кажется, вышел весь ее аппетитный и так аккуратно расположенный жирок… А главное, она впервые в жизни уступила мужчине! Боже, какой позор!… Зато - согрелась.
Гардар же словно не видел ее смятения. Внезапно он напрягся, даже приподнялся на локте… Вслушалась и севаста…
По улице мимо ее дома кто-то шел. Шел, притом орал что-то, громко так орал, что даже в саду было слышно, как будто орали над ухом…
– Гардар!!! Мстислав!!!… -молчание, ровно настолько, сколько нужно человеку для набора воздуха в легкие - Гардар!!! Мстислав!!!
Дальше все начиналось с начала…
Ну а потом Акилине захотелось убрать голову под подушку, ничего не слышать и не видеть… Вместо того, чтобы одеться и не спеша покинуть ее, разумеется тайно, этот варвар вылез из паланкина, напустив внутрь холодного вечернего воздуха и вновь заморозив севасту, голышом пересек весь сад и прямо так вот подвесился на руках на ограде, подтянулся…
– Чего тебе?
– О!
– весело изумились за оградой - А мы его ищем по всему городу! Выходи, беда пришла!
– Что за беда? Без меня что, не обойтись?
– Не обойтись!
– возразили решительно - Ну, ты сам выйдешь, или помочь?!
– Подожди!…
Гардар вернулся в паланкин, не глядя на севасту оделся и, виновато разведя руками, вышел. На прощание - стиснул крепко в объятиях и так впился в губы, что те удивительно что не взорвались от нажима. И исчез. Так же внезапно, как появился…