Времена без Героев
Шрифт:
– Договорились!
– неожиданно легко согласился норлинг - А пока… На прорыв пойдем, гардар?
В коридор почему-то не лезли, и Мстислав, подумав, осторожно подошел к единственному окну, дававшему свет. Осторожно выглянул… и едва успел отпрянуть, как в стену, противоположную окну, звонко ударились несколько стрел.
– О!
– с удовлетворением подвел итог гардар - А у них стрел с избытком! И лучники… ничего! Мои, из сотни, их, правда, в пыль бы разнесли за один перестрел. Но то мои… откуда им здесь взяться?!
– Так что делать будем, хевдинг?
– настойчиво повторил вопрос Эдрик - Сдаваться или прорываться?
Для него, выросшего на северных, самых правильных, понятиях о чести и воинском долге, другого выбора просто не было. Впрочем, те, что он видел, предполагали только один результат - гибель. На плахе - если сдаваться, в бою - если идти на прорыв. Не требовалось спрашивать, чтобы угадать, какой вариант ближе Эдрику. И Мстиславу…
Юлий очи небу возвел, когда услышал совершенно спокойный ответ Мстислава:
– Прорываемся!… Равен, заклинание береги до последнего!…
Впрочем, уже вскоре, и Юлию и воинам на улице суждено было узнать, что умирать попусту Мстислав не собирался. И кого-либо под стрелы и мечи базиликанцев подставлять - тоже…
Никто не знал, что случилось в тюрьме, потому для начала подмогу послали слабенькую - одну центурию из Серой Тангарийской арифмы. Старый ее командир, ветеран четырех Заморских походов, центурион Главк не слишком верил во что-то серьезное. На его несерьезный взгляд, в тюрьме взбунтовались рабы из эргастория и все это не требовало вводить в дело его воинов… Впрочем, когда тюремные стражники, люди, им всерьез не воспринимаемые, посыпались из дверей и окон первого этажа, он насторожился. А потом, преследуя стражников, наружу выскочило еще четверо… Страннее четверки он не видал, хоть и прожил на свете до старости - Главку было сорок три года… Впереди, прикрываясь как щитом огромной, почти в рост ему столешницей, шел гигант с единственным клоком волос на бритой голове - значит, гардар. В руке его поблескивал булатом настоящий меч и центурион проклял городскую верхушку, так и не выпустившую указ, запрещающий носить подобное оружие на улицах. Главку всего раз довелось сражаться с воином, снаряженным таким вот мечом, и он успел понять, что лучше от таких воинов держаться подальше. Порукой его правоте - отсутствующее правое ухо…
Вторым был норлинг. Тоже без сомнений. Огромный, чуть меньше гардара ростом, он тоже был вооружен, причем оружие у него было и во второй руке - настоящая секира о двух лезвиях, оружпе вообще-то двуручное. Впрочем, у норлинга оно вполне естественно смотрелось и в одной руке… Следом выкатился невысокий, черноволосый человек, и вначале центурион принял его за единоплеменника. Но быстро понял, что ошибся. И вел он себя не так, и коричневая мантия мага была пошита иным манером, так шьют только северяне…
Вот последний, тот точно был базиликанец. И одет соответствующе, и в руке держал вполне естественную для новелиссима фальчиону. Волнистое ее лезвие, если попадало и доставало до тела, могло немало хлопот причинить. Рана заживала плохо, гноилась…
Все это центурион обдумывал ровно несколько мгновений - столько, сколько дали ему четверо незнакомцев. А потом они атаковали. В лоб, прямо на него ринувшись…
– К бою!
– враз охрипнув, хотя вроде бы и не с чего было, приказал центурион - Четвертое построение! Да побыстрее! Коровы…
Его легионеры, хоть и выглядели в глазах простых горожан вполне боеспособно, в основном представляли собой недавно взявших в руки оружие буколов и мистиев. В прошлом году в Тангарии случился неурожай…
Четвертое построение в базиликанской армии означало плотный строй фаланги. Вообще-то, оно не слишком подходило для узкой и кривой улочки, но Главку ничего больше не пришло в голову…
Легионеры начали выстраивать фалангу, но медленно, слишком медленно… Строй еще не был плотен, скутумы еще не сомкнулись…
Четверка, однако, остановилась и Главк всего на миг пожалел, что взял с собой всего полтора десятка стрелков. Все стрелы были выпущены еще по пытавшимся вырваться наружу заключенным, на эту четверку попросту ничего не осталось.
Внезапно - как всегда внезапно, всю улицу огласил дикий свист. Не верилось, что человеку под силу такой, совсем не верилось. А в следующий миг, за спиной раздался отчаянный вопль, который почти сразу заглушил дробный перестук конских копыт. Главк еще успел обернуться, даже скутум вскинуть… Вот только от этого врага щитом не оборонишься. Последнее, что увидел центурион Главк, прежде чем тяжелое конское тело смело его на камни, а пудовые копыта размозжили череп - четыре коня, во весь опор промчавшихся по улице и распластанная на углу тонкая и маленькая фигурка…
Центурия на миг лишилась власти, пока пять деканов разбирались между собой. Этого мига хватило, чтобы кони во главе с Ветерком домчались до своих хозяев, те, в том числе и Эдрик, взобрались в седла… Ну, а дальше все было делом умения и чуточки везения: попытавшийся взять власть в свои руки декан был усмирен одним из последних желудей, метко выпущенных Юлием. Легионеры порскнули из-под копыт в разные стороны, а тех, кто сопротивлялся, вырубили - быстро и безжалостно. Четверка лихо промчалась по улицам и через Форум Семи Куполов промчалась к воротам, ведущим на юг. Преследования особого не было, видимо еще не пришли в себя…
– Ну, теперь молите всех богов и святых, чтобы ворота были открыты, да чтобы они нам "чесноку" на пути не рассыпали! Иначе -смерть!
– прокричал Мстислав, пригнувшись к холке.
Боги, если и благоволили к ним, не в полной мере. "Чеснока" и прочих символов решительного преследования они не обнаружили. Но ворота были закрыты, а подле них, спокойные, но при полном вооружении, прохлаждались воины воротной стражи.
– Равен, твой час настал!!!
– заорал Мстислав, роняя вниз руку и нагнетая в нее кровь для разящего удара - Давай, что-нибудь помощнее!
Равен, явно не в восторге от подобного требования, спорить, однако, не стал. Его чалый чуть приотстал, и умудренный опытом Эдрик лихорадочно завернул своего Хребю в сторону.
Вовремя! Прямо сквозь то место, где только что находился норлинг со своим серым конем, промчался настоящий огненный смерч. Гулкий и жаркий, как ощутил на себе Эдрик… Хребю дико заржал, испуганный и слегка опаливший шерсть…
Куда хуже пришлось воинам у ворот. Большинство из них и понять не успели, что случилось, как их уже охватило испепеляющее магическое пламя Огненного Щита . Равен был консервативен и не любил использовать новое, когда можно было вполне управиться старым, надежным и достаточно мощным…