Вслед за душой
Шрифт:
– Как же так вышло? – опускаю взгляд на руки, пытаясь начать соображать, но все же слушая его краем уха.
– Помню, что умирала… Точнее врачи сказали, что меня теряют… – вижу растерянный взгляд Артура и поясняю, – Ну…лекари… И по ходу… Умерла что ли? – мои брови сходятся на переносице, а сердце одолевает дикий животный страх, – Почему тогда я помню все это? Господи… Это же невозможно…
Артур смотрит на растерянную меня еще некоторое время, затем произносит решительно:
– Нам с тобой не по пути, Лиса… Но я помогу тебе добраться до колдуньи…
– Разве колдунов не сжигают? – искренне удивляюсь, учитывая его пылкую речь выше.
– Сжигают, когда их выдают. Эту подозревают, но доказательств нет.
– Откуда ты ее знаешь? – меня это все заинтересовывает все сильнее.
– У меня жизнь не из простых… Скажем так: волею судьбы пришлось завести знакомство.
Молча смотрю на него, а в голове…
Черт знает что творится в моей голове – этот день явно не из легких. Хочется оказаться дома, в теплой, уютной постели, выпить снотворного и провалиться в беззаботный многочасовой сон…
Но предстоит, к сожалению, совсем не это.
Глянув на здоровяка, укладывающегося неподалеку от костра, предварительно подкинув в него долгоиграющих дровишек, понимаю, что придется засыпать в лесу. На разговоры больше нет сил. На сопротивление и самобичевание тоже.
Подхожу к костру напротив Артура и, глядя в изумрудные глаза, скидываю с себя его накидку, оставаясь в том платье, в котором все мои беды и начались…
Взгляд мужчины, не дрогнув, продолжает пристально, без стеснения меня изучать, даже не дождавшись, пока улягусь на голой земле, накрывшись его накидкой, как одеялом.
Когда заканчиваю манипуляции, стараюсь сосредоточиться на звуках. Умиротворение от треска сучьев в костре медленно, но верно направляет ко сну. Снова ловлю взгляд Артура – изучающий, чистый и … до странной боли внутри родной.
Закрыв глаза, отчаянно пытаюсь не думать о том, что же со мной случилось, чтобы выспаться и набраться сил – дорога предстоит утомительная, как предупредил мой попутчик. И теперь, на всем белом свете у меня не остается никого, кроме зеленоглазого брюнета со странной прической и кольцами в бороде.
Ну прям как у викингов…
Ошалело распахиваю глаза и буквально натыкаюсь на холодный дикий взгляд – беспрестанно гуляющий по моему лицу. Нет, он не пугает.
Да и к слову, выбора у меня особо нет…
– Ты – викинг? – спрашиваю осторожно.
Он улыбается беззвучно, но жутковато – уголками губ и шепчет в ответ:
– Викинги давно умерли… Засыпай…
Смотрю на него еще какое-то время, а затем моргаю и погружаюсь в беспокойный поверхностный сон…
Сплю не ладно – просыпаюсь несколько раз за ночь, поскольку нагнетает обстановка: чужой мужчина неподалеку, воспоминания о случившемся и тревожные мысли о будущем.
И каждый раз, как открываю глаза – холодные изумруды не сводят с меня взгляда, словно за ночь он не шевелился, не ворочался… и совершенно НЕ СПАЛ.
Почему?
Артур.
Жизнь меня не баловала. Всегда одергивала хлесткой пощечиной, когда забывал об осторожности. После того жуткого дня стал относиться к высшим силам с благодарностью за все: и за радостные события и за отчаяние, с которым жил уже практически пять лет, которое давно пересилило боль потери, и встало на ее место.
Жил с угрюмой миной, не подпуская людей – одиноким бродягой без определенных целей. Жизнь потаскала, но я не жалуюсь – привык принимать ее «сюрпризы».
Все это до момента, пока не увидел на камнях девчонку.
Девочка как снег белая. Вся. С головы до ног.
Впервые вижу такое. Завораживает. Бьет в самое сердце, напоминая о горькой утрате. Смотрю и не могу насмотреться с самого момента, как нашел ее.
Долго не могла в себя придти – пытался еще у реки растормошить. Поил водой, смачивал губы, охраняя, как верный пес…
До сих пор не понимаю, зачем она сдалась мне. Но стоило только подумать о том, чтоб уйти и оставить ее одну, без сознания, на острых валунах – сердце заходилось. Не мог так поступить…
Забрал с собой, тем самым нарушая одно за другим правила жизни, что придумал себе сам.
…Никаких постоянных женщин, никаких чувств и привязанностей…
Первый пункт отправился к чертям.
И ничего меня не смутило: ни вид ее дурманящий; ни то, откуда она взялась тут; ни то, из какого века; и даже ни то, что ее в любом случае заберут обратно!
Я предал сам себя и все свои принципы, закинув ее на плечо и забрав с собой.
А что нужно было сделать? Оставить, чтоб волки растащили? Или путники попользовались?
Сделал, что сделал. Лежу напротив спящего светлячка и думаю, как теперь дальше…
Глаз не отвести от такой красоты… Одурманила собой, ведьма…
Глава 4.
Арнэлла.
Лучи солнца ласкают мои щеки и щекочут веки. Просыпаюсь с улыбкой на лице до тех пор, пока не вспоминаю, где проснулась и как тут оказалась. Поворачиваюсь осторожно и смотрю сперва на потухший костер, затем на Артура. Мужчина спит в той же позе, в какой заснул глубокой ночью.
Встаю осторожно, чтоб не разбудить и отряхиваюсь. Белое платье на мне заметно потеряло вид и местами порвалось, свисая лоскутами. Благо все неприличные места прикрыты – это радует.
Оглядываюсь на спящего здоровяка и решаю отойти по своим женским делам. Как раз, пока спит, могу сделать все спокойно, не переживая о неудобстве и не смущаясь.
Прохожу вдоль деревьев и снова оборачиваюсь, чтоб убедиться, что не потеряла из вида место ночлега. Увидев, понимаю, что оттуда меня тоже видно не хуже – надо бы подальше отойти. Прохожу еще немного и слышу шум реки. Этот звук завораживает и манит. Направляюсь на звук, уже представляя, как смогу обмыться и привести в порядок платье. Погода обещает быть жаркой.