Вспаханное поле
Шрифт:
ного зверя сопротивляясь завоевателям, организовывал
и совершал набег за набегом. Зная смертоносную силу
огнестрельного оружия, его отряды никогда не выступали
днем, а ждали ночной темноты, чтобы напасть врасплох,
опустошить и уничтожить все, что возможно, и пропасть
в просторах пустыни. Но владычество касика близилось к
концу. Росла сеть укреплений, и войска продвигались все
дальше, неумолимо преследуя индейцев. Лазутчики доно¬
сили касику о таинственной проволоке, по которой бе¬
лые предупреждают друг друга о набегах, рассказывали
о железных лентах, по которым быстрее лошадей мчатся
огромные повозки. Намункура предчувствовал разгром и,
охваченный трагическим отчаянием, подобно загнанному
хищнику, сопротивлялся еще яростнее.
Гарнизон Мертвого Гуанако жил в ожидании решаю¬
щих событий. Ни для кого не было секретом, что полков¬
ник Вильялобос запасался фуражом и увеличивал кон¬
ский состав. Прибывали повозки с боеприпасами. Чаще
стали проводиться учения и осмотры оружия. Каждый сол¬
дат держал наготове все свое снаряжение, чтобы по пер¬
вому приказу встать в строй. Женщины были в волнении и
тревоге.
Сория страдал от этого всеобщего возбуждения. Он
слонялся от одной группы солдат к другой, приставая ко
всем с бесполезными расспросами. Он предвидел, что в
ближайшие дни его судьба решится. Наконец, измученный
ожиданием, он явился к Вильялобосу.
— Как твоя нога? — спросил тот, как только он вошел.
— Плохо, господин полковник, не слушается,— сумрач¬
но ответил Сория.
— Жаль, мне нужны такие солдаты, как ты, но придет¬
ся тебе выйти в отставку.
Хотя разговор с врачом и подготовил Сорию к этому,
он был подавлен словами Вильялобоса, подтверждавшими,
что его служба в армии окончена.
— Как же я буду жить, господин полковник, если вый¬
ду в отставку?
41
Не в первый раз Вильялобос слышал этот вопрос. И в
ответ он повторил предложение, которое всегда делал в та¬
ких случаях:
— Я отправлю тебя в Буэнос-Айрес с рекомендатель¬
ным письмом, чтобы тебе дали место ночного сторожа или
привратника. Это — легкая работенка, и ты сможешь сво¬
дить концы с концами, пока не поправишься.
Но для сержанта это не было выходом.
— Как я буду там жить?.. Мне нужна пампа, как воз¬
дух...
Полковник внимательно посмотрел на него, как бы оп¬
ределяя, для чего он еще пригоден.
— Да, пожалуй, здесь Тебе будет лучше,— согласился
он и спросил: — За сколько месяцев тебе причитается жа¬
лованье?
— За тридцать.
— Так... За тридцать месяцев... Хорошо, через не¬
сколько дней приедет кассир. С этими деньжатами ты смо¬
жешь что-нибудь предпринять. Подумай хорошенько, как
их употребить... Если тебе понадобится моя помощь, при¬
ходи. Только поторопись — скоро мы выступаем.
Сория вышел от полковника еще более озабоченным,
чем прежде. Его, правда, ободряло то, что Вильялобос пред¬
ложил ему свою помощь, но он еще не знал, как ею вос¬
пользоваться. Он понял, что полк действительно готовится
покинуть лагерь, и это подтверждение слухов усилило его
беспокойство. Вернувшись к себе, он сказал Марселине:
— Знаешь, кума, войска уходят из Мертвого Гуанако.
— Слышала,— равнодушно ответила она.
Сория, впившись в нее взглядом, спросил:
— Ну и как, думаешь ехать за полком?
Женщина почувствовала, с какой тревогой он ожида¬
ет ее ответа, и поняла, что его волнует вопрос о том, как
ему быть с Панчо, если она уедет. Но ей было бы невыра¬
зимо больно расстаться с ребенком, которого она любила,
как сына.
— К чему мне ехать, раз у меня нет мужа?.. И здесь
проживу, невелика радость бродить по свету с ребенком
на руках.
Это несколько успокоило Сорию, и он снова принялся
обдумывать, как ему зарабатывать на жизнь, когда он по¬
лучит жалованье за два с половиной года. Но все его
планы рушились, как только он вспоминал о своей пара¬
42
лизованной ноге. После долгих размышлений он сказал
Марселине:
— Полковник говорит, что скоро приедет кассир.
— Давно пора.
— Так вот, мне там кое-что причитается... И вы тоже
получите деньги капрала Басана.
— Так,— ответила она, заинтригованная его тоном.
Сория продолжал раздумчиво, словно по мере того, как
он говорил, у него созревала какая-то мысль:
— Если бы мы сложили наши деньги, то могли бы
как-нибудь сводить концы с концами...
— Что ж, это было бы неплохо... Только что мы ста¬
нем делать?
Сория опять задумался и наконец сказал:
— А что если нам открыть трактир, когда уйдет полк?
Как вы на это посмотрите?
Марселина вспомнила о том, что в последнее время
кум пристрастился к вину, и отвергла это предложение:
— Не пойдет у нас это дело, да и не по мне воевать с