Чтение онлайн

— Что? Ему хуже?

— Мне надо поговорить с тобой,— мрачно ответила

она.

Панчо слишком хорошо знал крестную, чтобы не по¬

нять, что за ее угрюмостью кроется нечто важное.

— Что случилось?

— Послушай, сынок, я уже давно думаю, что тебе на¬

до уйти отсюда и поискать работу в селении или в других

местах, как это сделал Сеферино. Сам знаешь, у нас дела

75

идут плохо. К тому же у старика день ото дня портится

характер. Я-то знаю, как с ним поладить, и умею сносить

его выходки, но тебе советую уйти. Чего ждать?.. Рано

или поздно тебе все равно придется это сделать, так уж

лучше уходи сейчас.

Панчо не мог прийти в себя от удивления. Он с дет¬

ства не пользовался привязанностью отца и настолько

привык к его холодности, что считал ее нормальной. Быть

может, он даже был бы смущен и озадачен, если бы отец

вдруг начал обращаться с ним по-другому. А так как их

отношения не изменились, он не видел причин последо¬

вать совету Марселины.

— Уйти?.. Не понимаю зачем... Тем более сейчас,

когда дела идут плохо. Нет, я не собираюсь уходить,—

сказал он твердо.

Марселина безнадежно махнула рукой. Она понимала,

что повторять сказанное бесполезно, и в порыве отчая¬

ния воскликнула:

— Уходи, Панчо! Уходи, пока не заразился!.. У него

оспа!

Теперь Панчо понял, почему она хочет, чтобы он по¬

кинул почтовую станцию, и с любовью посмотрел на нее,

не выказывая ни малейшего страха.

— Ты не знаешь, что такое оспа,— сказала она в

смертельной тревоге.— Почти никто не выживает. Уез¬

жай, пока не поздно. Ты молодой, у тебя еще вся жизнь

впереди. Ходить за больным я могу и одна.

— Когда человеку приходит время умирать, он так

или иначе умирает,— ответил Панчо с тем же фатализ¬

мом, который был присущ его отцу.— Не все ли равно, от

чего умереть.

Убедившись, что ей не поколебать крестника, Мар¬

селина сдалась:

— Ну, как знаешь... Тогда седлай лошадь и поезжай

к тетке Хуане. Может, она что-нибудь сделает... А потом

тебе придется выйти в поле и раздобыть что-нибудь: ему

нужно поесть горячего.

Она вернулась к больному, который метался в жару и

непрестанно чесался. Через минуту послышался стук ко¬

пыт — Панчо поскакал за знахаркой. Марселина положи¬

ла на лоб дону Ахенору мокрое полотенце, поджарила на

углях остатки хлеба и, размочив их в кувшине с водой,

приготовила питье и дала его Сории. Потом села возле

76

кровати, подавленная обрушившимся на них несчастьем.

Судьба Панно была самым запутанным узлом в беспоря¬

дочном клубке ее мыслей. Но в этом клубке мелькала и

тоненькая нить надежды. Подобно Сории, Марселина ве¬

рила в фантастический мир сверхъестественных сил, в

существование добрых и злых духов. Если Панно такой,

как он есть, то это благодаря его покойной матери: она

его никогда не покидает, она охраняет его и дает ему со¬

веты, он слышит ее голос в дуновении ночного ветра или

в пении птиц на заре. Это покойница удержала его дома,

чтобы он оставался поблизости от ее могилы. И если она

до сих пор опекала его, то и впредь будет заботиться о

нем и спасет его от оспы. Этот вывод показался Марсели-

не столь убедительным, что она встала и зажгла свечу в

честь покойной. Потом, сбросив с себя бремя мучительной

тревоги, с чувством облегчения села на прежнее место.

Солнце по-прежнему нещадно палило, и в ранчо было

нечем дышать. Марселина, такая же красная, как больной,

потеряла ощущение времени, и ей даже не приходило в го¬

лову поесть. Только подавая Сории пить, она вслед за

ним отхлебывала несколько глотков из того же кувшина.

Но с каждой минутой ее все больше раздражал лай го¬

лодных, беспрестанно дерущихся собак...

Панчо, гонимый бедой, скакал во весь опор. Проезжая

мимо фермы, он увидел дона Томаса, который осматри¬

вал завядшие всходы, и поздоровался с ним. Недавно он

разговаривал с фермером и не вынес из этого разговора

ничего такого, что оправдывало бы неприязнь отца к по¬

селенцам. Оптимизм дона Томаса, не покидавший его, не¬

смотря на засуху, внушал ему уважение. Продолжая путь,

Панчо подумал, что если оспа нагрянула на почтовую

станцию, то она может нагрянуть и на ферму. При мы¬

сли о том, что девушке, которая так мило улыбалась ему,

тоже грозит опасность заболеть, сердце его сжалось, и его

вдруг охватил страх перед оспой. Он пришпорил лошадь,

словно хотел оставить позади эту мысль. Наконец он до¬

брался до ранчо знахарки, остановил лошадь и спешился.

Его удивило, что на дворе не было собак и что его при¬

ветствие осталось без ответа. Он вошел в ранчо, похожее

скорее на грязное логово. Куча тряпья заменяла постель.

Повсюду валялись пучки трав и шкуры животных, плохо

выделанные и вонючие. Никого не найдя, Панчо вышел,