Вторжение Химеры
Шрифт:
Роберт хмыкнул – два месяца назад корпус «Один» одержал победу, прорвался через портал с Эброна на Валорию, и многие подумали, что это начало коренного перелома. И чем все кончилось?
Грудами трупов и реками крови.
– Быстро не получится, – ответил Трэджан, сыто рыгнув. – А мне думалось, что с этим оружием, – он похлопал по казеннику стоящего у стены автомата, – и броней мы за пару месяц сотрем форсеров в порошок. Но не вышло.
И уроженец Аляски выразительно посмотрел на проплешину между спящими товарищами.
За трое суток отделение потеряло троих. Мак-Канн получил не очень серьезную рану и скоро вернется в строй, еще двое оказались в братской могиле, вырытой в размороженной с помощью огнеметов земле.
– Нашли о чем разговаривать, – вздохнул Роберт, наблюдая, как опустевшая консервная банка распадается в пыль. – Спать надо, а то явятся опять эти, в химериновой броне…
Он зевнул и принялся разворачивать спальный мешок.
ДОЧЬ ЭВОЛЮЦИИ 2
Акселераторы в ногах Марты работали с натугой, по мускулам пробегали волны дрожи. Левое бедро, задетое бронебойной пулей, так же ныло, но она напрягала его раз за разом. Переставляла руку, потом ногу, руку, потом ногу…
Задрав голову, она бы увидела мерно двигающиеся пятки тактика. Посмотрев вниз, смогла бы пересчитать, сколько форсеров забрались на металлическую лестницу, идущую по стенке лифтовой шахты.
Но Марта закрыла глаза, точно засыпанные песком, чтобы перед ними не мелькали бесконечные перекладины.
– А если подумать… нам надо благословить тех… кто строил эту шахту… – донесся снизу задыхающийся голос Сары. – Так строили… что смогли взорвать только сам лифт… а шахта уцелела…
– Они рассчитывали, что эти стены будут держать местные землетрясения, – меланхолично ответил ей Стэн. – Что им какой-то взрыв лифта…
– Ну надо же, они еще болтают! – рявкнула Марта. – Ну-ка, беречь дыхание!
Но дышать с каждым десятком метров становилось легче. Ядовитые испарения, какими травили форсеров на нижних уровнях, оставались внизу. Из легких исчезало противное сипение.
Комплекс жизнеобеспечения, которому не надо было тратить ресурсы на нейтрализацию ядов, впрыснул в кровь бодрящий гормональный коктейль. Марта встрепенулась, почувствовав прилив сил, боль в бедре поутихла.
Когда далеко вверху открылся серый прямоугольник выхода, нашла силы зло улыбнуться. Подумала о том, что на поверхности их обязательно ждет засада, и улыбнулась еще шире.
– Всем остановиться, – прошуршал в ком-линке голос тактика.
Марта воспользовалась паузой, чтобы оглянуться и посмотреть, как там дела у троих выживших бойцов ее звена. У них все оказалось в порядке, и она прислонилась лбом к приятно прохладной перекладине.
Сверху донесся негромкий рев, шевельнула волосы волна тепла – джамперы, у которых еще сохранился ресурс в двигателях, отправились на разведку. Если они найдут что-нибудь вроде боковой шахты, то у тех, кто отправится туда, будет чуть больше шансов уйти.
Те, кто пойдут главным стволом, наверняка смертники. Но они смогут отвлечь на себя внимание, чтобы оставшиеся добрались до корабля.
Марта отстраненно, будто решая арифметическую задачку, прикинула свои шаги на месте командиров: послала бы главной шахтой одно из двух звеньев джамперов, пожалуй, то, где их осталось пятеро… И пару десятков форсеров, которые примут первый огонь на себя.
Вот только кого отправить на верную смерть?
– Марта, – позвал тактик, отрывая от размышлений.
– Да? – помедлив, она подняла голову.
Лицо командира в проникающем в шахту сером утреннем свете казалось черным.
– Наверху засада. Но джамперы нашли ответвление, ведущее в технический ход. Вы пойдете через него, только под командованием тактика четвертой боевой. Выходы оттуда тоже наверняка стерегут, но шанс прорваться чуть больше.
– Я поняла, – кивнула она. – Удачи вам, командир.
Застывшая на некоторое время цепочка форсеров снова двинулась вверх. Марта подняла тяжелую, точно из металла отлитую руку, затем ногу…
Через пару десятков метров показался технический ход, квадратный в сечении и достаточно широкий, чтобы в него легко протиснулся даже джампер с ранцем. Марта перевалилась через его край, ощутила, как сильные руки помогли подняться.
Встав, обнаружила, что держит ее низкорослый и темнокожий форсер.
– Стефан! – не удержавшись, почти крикнула Марта.
– Это я, – уроженец Демона в критические минуты был спокоен и лаконичен. – Рад, что мы дальше пойдем вместе.
О том, что старый соратник уцелел и сегодня, Марта узнала еще внизу, перед тем как они полезли в шахту. И сейчас почувствовала, что ей важно, чтобы он, последний из тех, кто спасся на Земле, пережил и эту операцию.
Бойцы один за другим выбирались в технический ход, строились цепочкой.
– Готовы? – Последним покинул шахту командир четвертой боевой бригады. – Тогда двинулись. Стефан, твои на разведку.
Идти узким техническим коридором оказалось много проще, чем взбираться по лестнице. Марта ощутила, как напряжение потихоньку уходит из ножных мышц, как расправляются мускулы спины.
Форсеры миновали две развилки и вышли к круглой комнате, откуда начиналось около дюжины коридоров.
– Десять минут отдыха, – объявил тактик.
Форсеры усаживались вдоль стен, вытягивали ноги, другие лезли в рюкзаки за сухими пайками.
– Эх, а у меня там в первом звене земляк остался, – сказал Густав.