Выбор
Шрифт:
* ultima ratio - последний довод (лат.)
– Берт, давай!
Байдарка веселого жёлтого цвета покачивается у причала, я спрыгнул в нее и протянул ей руку.
– Клайд...
Лицо напряглось, стало очень серьезным, нахмурилась. Прошептала, нерешительно переступив и оглянувшись.
– Боюсь...
Осторожно взял ее за руку, негромко сказал, не пытаясь тянуть.
– Не бойся, солнышко. Я с тобой и ничего не случится, обещаю. Я все знаю и все умею, что нужно, поверь. И отдам за тебя жизнь, если понадобится. Ну же, иди ко мне.
Роберта посмотрела мне в глаза, спрашивая что-то, обращаясь напрямую к душе, я знаю этот ее взгляд. Читай меня, любимая, я весь перед тобой. Ну же, давай... Ее губы сжались в линию, пальцы с силой обхватили мою ладонь. И она спрыгнула вниз, байдарку ощутимо качнуло, Роберта тихо вскрикнула.
– Шш, осторожно, в воду захотела?
Прикусил язык, хоссподи... Но эти слова неожиданно разрядили ситуацию, Берта замотала головой и шепнула.
– Все в порядке, милый. Помоги мне сесть.
Привычным балансом ног восстановил равновесие и осторожно посадил ее на кормовую банку, точно посередине. Неслышно перевел дух, взял весла и вопросительно посмотрел на Берту.
– Плывем, милая?
Постарался спросить как можно беззаботнее, улыбнулся. Усевшись и оперевшись руками на борта, она пришла в себя. Поправила съехавшую набок шляпку, прищурилась, оглянулась по сторонам. Глубоко вздохнула.
– Плывем, Клайд.
Рукой показала, куда. На середину озера.
Когда я спрыгнула к Клайду в байдарку, она резко качнулась, на мгновение меня накрыл страх, вскрикнула, вцепившись в него. Боже... Зачем я это делаю...
– Шш, осторожно, в воду захотела?
Вижу, как он осекся, сказать мне такое после всего... А меня эти слова неожиданно успокоили. Хочу я в воду? Более дурацкого вопроса придумать просто невозможно, и я бы даже рассмеялась, но больше всего мне сейчас хотелось сесть и уцепиться за что-нибудь руками. Только мотнула головой, все ещё обнимая его и не думая, как это выглядит со стороны. Лодка уже не качается, Клайд что-то сделал ногами, и вообще, он стоит, как влитой, уверенно и твердо, надежно. Шепнула.
– Помоги мне сесть.
Стало намного лучше и уверенней, когда я села на мягкую скамеечку, вытянула ноги и оперлась руками о борта.
– Плывём, милая?
Такие заботливые глаза, улыбка. Любимый... И стало так спокойно... Все - хорошо. Мы - счастливы!
– Плывём, Клайд!
Он не спеша кладет шляпу на скамеечку, расстёгивает рубашку почти до середины, обнажив грудь, мне вдруг захотелось, чтобы он снял ее полностью. Засучивает рукава до локтей, его пальцы смыкаются на веслах как-то по особому, даже не очень сильно.
И я показываю на середину озера.
Вода вспенилась под веслами и лодка полетела вперёд, захватило дух. Вот это да! Послышались удивлённые возгласы с пристани, вижу, как на нас показывают люди. А Клайд все увеличивает темп, мимо нас проносятся лодки с отдыхающими, многие останавливаются, чтобы лучше рассмотреть это зрелище. Мне показалось, или среди зевак на берегу я увидела Грейс? Помахала ей рукой, да, это она, вот машет в ответ.
– Быстрее, Клайд! Быстрее, любимый! Как хорошо!
Вижу, как его лицо, шея, грудь покрылись капельками пота, это приковало к себе мой взгляд, это так... И сильные размеренные движения тела, вперед-назад... И ещё... Сильно. Быстро. Оох... Что со мной? Так хорошо... Судорожно сжались ноги, Боже... Я готова броситься к нему прямо сейчас, как тогда, на крыше. Надо как-то успокоиться, вода... Холодная...
И я громко запела одну из своих любимых песенок, опустив руку в прохладную воду, ''Если хочешь, я приду в воскресенье! '' Услышав ее, Клайд сбился и внимательно на меня посмотрел, оглянулся вокруг.
– Милый, что случилось, тебе не нравится песенка?
Клайд на мгновение прикрыл глаза, его пальцы сильнее сжались на веслах, через мгновение мы летим по воде с прежней скоростью, вокруг уже никого, скоро мы будем в середине озера.
– Нет, Берт, просто неожиданно запела. Спой что-нибудь ещё...
Я задумалась, захотелось спеть ему что-нибудь ласковое, тихое. Он в ожидании поднял весла над водой, дав лодке скользить самой, постепенно замедляясь.
– Правда хочешь, чтобы я тебе спела?
Он медленно кивнул, глядя на меня нежным взглядом.
– Я очень любила вот эту... У Ньютонов была пластинка, я часто ее ставила. И мечтала...
Лодка замерла посреди озера, я оставил весла. Лицо Роберты безмятежно, на губах легкая улыбка, глаза закрыты. Тихий голос разносится над неподвижной водой. Простые слова. Такие простые...
I'll be loving you always
With a love that's true always
When the things you've planned
Need a helping hand
I will understand always...
Я не отрываю взгляд от ее лица. А слова на незамысловатую мелодию звучат и звучат... Безыскусные слова о любви навсегда. О маленькой ладони в руке. Навсегда. Ты мечтала об этом, любимая, сидя долгими одинокими вечерами у граммофона... Совсем тихо Роберта произнесла последние слова...
I will understand always...
Тишина над неподвижной гладью озера Крам, шепотом улетели вдаль последние слова песни-мечты. Моей песни. Мы посмотрели друг на друга, Клайд протянул ко мне руки, я встала посреди утлой лодочки во весь рост, без страха, без сомнений. И шагнула к нему, мы обнялись и опустились на дно, рука Клайда под моей головой. Не целуемся, не ласкаемся. Просто лежим рядом щека к щеке, смотрим в голубое чистое небо над нами. Хочется, чтобы так было всегда. Мы, тишина, небо.