Чтение онлайн

И, проходя мимо одной из самых темных подворотен, я услышал, что там девушка закричала – пронзительно так — и сразу умолкла, словно ее ударили или рот заткнули. Ну, не люблю я, когда всякие подонки девчонок обижают. По мне, обговори все заранее, заплати — и делай что хочешь, а если ты жадина и любишь людей мучить, то и развлекай себя сам!

Я в подворотню свернул – и обалдел! Десяток непонятных чуваков в длинных балахонах и масках наставили бластеры на девчонку, тоже одетую в балахон, и палят в нее. Она на землю упала, корчится от боли и рот разевает в крике, но не слышно ничего. А мучители девчонки так увлеклись, что даже меня не заметили.

Я в первую секунду, конечно, растерялся. Понять не мог, кто это такие. Балахоны вроде на ку–клукс–клановские похожи, но у нас не Америка, да и девчонка белая… А уж бластеры я раньше только в кино видел. То есть теперь-то я знаю, что это не бластеры, но тогда именно такими они мне показались…

Ну, бластеры не бластеры, а порядок уважать надо. Я набрал в грудь воздуха побольше и как гаркну: «Кто вы такие? На этой территории Джо хозяин! Он вам не разрешал на его улице хипеж устраивать! Эй, ребята, хватайте этих молодчиков!»

Я-то думал, они от страха разбегутся: маньяки – народ трусливый. Но чуваки в балахонах и масках повернулись ко мне и застыли как изваяния. Я тоже замер: ведь ребят-то со мной никаких не было…

Я только намного позже понял, чем рисковал и почему эти уроды меня не убили. Испугались они очень: на подворотню-то маглоотталкивающие заклинания были наложены, а я туда прошел без проблем, как к себе домой. Вот чуваки в балахонах меня за мракоборца и приняли…

Уж не знаю, чем бы закончилось наше великое стояние, — думаю, опомнились бы они и заавадили меня за милую душу. Но девчонка первой оклемалась, вскочила на ноги, подбежала ко мне и обняла. Я офигел, честное слово! Только что от боли выла, а тут обниматься лезет! Но офигевал я недолго, потому что земля ушла у меня из-под ног и стало нечем дышать, а через несколько секунд мы совсем в другом месте приземлились, – как я потом узнал, в Хогсмиде. Повезло нам обоим, что чуваки, которые девчонку мучили, так в себе были уверены, что волшебную палочку у своей жертвы отнимать не стали. Но это я тоже намного позже понял…

Я, конечно, в ступоре был, но девчонка не растерялась – как-то дотащила меня до «Кабаньей головы», сдала с рук на руки Аберфорту и отправилась в Хогвартс, чтобы поговорить с Альбусом Дамблдором.

Честно говоря, не помню, как в «Кабаньей голове» до кровати добрался и как заснул. Проснулся я уже на следующее утро, хотел домой вернуться – мать наверняка ведь извелась вся, что я без предупреждения не пришел ночевать, — но Аберфорт меня успокоил. Он сказал, что ей позвонили и сообщили, будто я нашел работу в ночном клубе и сейчас на дежурстве, поэтому к телефону подойти не могу.

Я немного оклемался, и тут в комнату, где я спал, вошел старик с длинной бородой – тот самый, что к матери моей приезжал, когда мне одиннадцать исполнилось. Он объяснил, что вчера вечером случилось, и рассказал о войне, которую ведут английские волшебники против Волдеморта и его приспешников. Я, конечно, заинтересовался, но Дамблдор честно сказал, что война эта не моя и рисковать жизнью ради чужого для себя мира очень неразумно.

Я подумал–подумал… Ну что мне светит в магловском мире? Работать за гроши или шестерить на Джо? А тут совсем как в «Звездных войнах» — джедаи сражаются со злом! И мне – мне! — предлагают стать джедаем не в кино, а в жизни! Дамблдор, конечно, говорил, что и их мир не идеален, но я особо на этом не заморачиваюсь. У маглов тоже ведь не рай! А змеюка этот, Волдеморт, — пусть его в аду черти поджаривают! — все равно хуже всех прочих! Если ты себя лордом обзываешь – нечего приказывать своим людям девчонок мучить!

Слушая рассказ нищеброда, Драко понимал не все, но сам не заметил, как поднялся на лифте на первый этаж, вошел в ресторан и начал есть, не обращая внимания на то, что лежит в тарелке. Но сейчас юношу словно окатили холодной водой. Что это ничтожество знает о мире волшебников, об идеалах, за которые Темный Лорд начинал свою войну и которые позднее извратил?! Вполне в духе Дамблдора пользоваться, словно марионетками, наивными людьми, не подозревающими об истинном положении вещей! Разумеется, безмозглый нищеброд считает, что добрый директор Хогвартса отговаривал его от участия в войне, но на самом-то деле Дамблдор наверняка сделал все, чтобы заполучить такую удобную куклу…

Парень с глазами навыкате, однако, не обратил внимания на перемену настроения своего собеседника и продолжал говорить:

— Вот так и заделался я волшебником! Сначала жил у Аберфорта, тот учил меня основам магии, иногда ему старший брат помогал, светлая ему память… Когда я устроился на работу и зарабатывать начал – снял коттедж в Хогсмиде и маму сюда перевез. Долго думал, как ей объяснить, что это за место такое, но, спасибо, коллеги помогли создать толковую версию. Сказал я маме, что Хогсмид – это расположенная в экологически чистом заповеднике деревня, жители которой производят изделия народных промыслов для туристов, историков и кинематографистов. А приезжих сюда не пускают, чтобы экологию не нарушать. Язык чуть не сломал, пока это учил, честное слово! Маме, конечно, поначалу здесь странно было, но потом она привыкла, а с Аберфортом они даже подружились…

Юноша не мог больше слушать этот словесный понос и резко сказал, стараясь не сорваться на крик:

— И много Пожирателей вы убили за время вашей джедайской службы, мистер…

Нищеброд сразу посерьезнел и ответил без всякого плебейского акцента:

— Кречтон, мистер Малфой. Убивать мне не доводилось вообще. В боевых операциях я не участвовал, поскольку магии начал учиться очень поздно. Я, как уже говорил, работаю в Отделе по координации совместной деятельности с маглами. Человек, который хоть немного умеет колдовать и при этом неплохо ориентируется в официальных и неформальных структурах маглов, в волшебном мире не пропадет. Ведь многие преступники–чародеи пытаются действовать и в мире маглов – зелья наркотические продают, секс–рабов ловят… Тут в последнее время новая напасть появилась – третье тысячелетие скоро начнется, вот отдельные безответственные волшебники и поспешили объявить себя пророками будущей эры. На магловских стадионах выступают, чудеса творят, приобретают уйму почитателей… А куда чародей–прохиндей способен направить армию преданных ему людей, представить можно, но очень противно. Так что работы масса! Вот только ради нее произношение пришлось поправить: ну не воспринимают чиновники высокого ранга акцент кокни! (Словом «кокни» англичане называют представителей простонародья – прим. авт.) Скука смертная! Редко приходится поболтать на родном языке…

Драко раздумывал, как поехиднее ответить этому ублюдку, но в разговор вмешался похожий на полувеликана парень, недавно объяснявший юноше правила пользования магловской аптечкой. Сейчас громила жадно ел, собирая хлебом остатки соуса с талелки. Юноша в очередной раз поразился тому, насколько дурно воспитаны нищеброды: сам он не унижался до подобного, даже когда голодал.

— А чему ты удивляешься, Кречтон? – фыркнул громила. — Когда тебе предоставляется возможность поболтать – неважно, на родном языке или на чужом, — ты трещишь как сорока! Чтобы это выдержать, нужно быть глухим!

— Ой–ей–ей, Марти! – ехидно ответил Сид Кречтон. – Зато ты слова произносишь так редко, словно находишься под заклятием Силенцио! Если бы все были такими, как ты, люди перестали бы разговаривать, и у них атрофировался бы язык!

— Ни в коем случае, Кречтон! – хмыкнул Мартин Колдуэлл. – Да, я не люблю зря трепать языком, но интересный рассказ выслушаю с удовольствием. И очередному повествованию о твоей непростой судьбе я предпочел бы историю о встрече с диким драконом. Мистер Малфой, об этом происшествии ходят самые разные слухи, и от имени всех студентов боевки — «Д» прошу вас рассказать нам все, что вы помните о случившемся. Мы были бы очень признательны вам, мистер Малфой!