Чтение онлайн

Драко считал, что Песик и Сова выглядят в защитных приспособлениях очень нелепо, хотя свое мнение держал при себе. Сам он, не зная почему, не носил ни шлем, ни очки. Напарникам он объяснял свои действия тем, что не хочет ни в чем походить на Гарри Поттера. Однако в глубине души юноша понимал, что причина его поступков заключается в чем-то ином, но думать о ней не оставалось ни времени, ни желания. Впрочем, домовики, спускаясь в подземелья, тоже не надевали ни очков, ни шлемов…

Популярность магловской одежды росла с каждым днем, и для тех, у кого после очередного рабочего (точнее, боевого) дня не оставалось сил на поход в магазины простецов, у входа в подземелья открылся пункт бесплатной выдачи магловской одежды, обуви, очков и шлемов, спонсируемый, как ни странно, гоблинами. Впрочем, если вспомнить, что и банки, и мастерские самых больших жадин волшебного мира уходили очень глубоко под землю, причины столь неожиданной щедрости становились вполне понятны: ни инфери, ни огненные черви, в отличие от драконов, явно не казались гоблинам перспективными клиентами.

Вскоре после визита депутации домовиков в Министерство в Отделе Тайн открылась лаборатория по трансформированию в словесную и управляемую палочкой форму непроизносимого беспалочкового заклятья эльфов, направленного против огненных червей. Подобная работа никогда раньше не проводилась – магию домовиков официальная наука считала недоразвитой – и, теоретически говоря, ученые могли трансформировать данное заклятие несколько месяцев, а то и лет. Однако в этот раз сотрудники Отдела Тайн справились за три недели. В любой другой ситуации подобная быстрота произвела бы фурор в научном мире, да и тот факт, что данная процедура была осуществлена впервые, стал бы сенсацией не только национального, но и мирового масштаба. Однако на войне с учеными не церемонятся: сделали – хорошо, жаль, что ждать пришлось так долго, скольких жертв можно было бы избежать, если бы мудрые головы сообразили раньше…

В Министерстве и у входа в Туннели немедленно открылись дневные, вечерние и ночные курсы по обучению заклинанию, уничтожающему огненных червей. Эти занятия были обязательны для всех, кто уже спускался в Туннели, и для тех, кто только собирался стать участником военных действий.

— Послушай, как тебя… прости, забыл имя…

— Орти, мистер Драко Малфой, сэр.

— А какой сегодня день недели?

— Суббота, сэр.

— А ты разве по субботам работаешь у меня?

Домовуха смутилась:

— Вы ведь ходите в Туннели без выходных и праздников, сэр, вот я и решила, что мне они пока тоже не полагаются… Не думайте, никакой дополнительной платы я с вас не возьму!

— Ааааа… — после Туннелей и изучения эльфийского заклятия на толковый ответ не хватало ни сил, ни мыслей.

Впрочем, заклинание против огненных червей оказалось не таким сложным, как можно было предположить, поэтому Драко и Шон освоили его через несколько вечеров занятий. Опробовав новое заклятие в Туннелях под присмотром Маки, напарники поняли, что и в самом деле могут уничтожать монстров. После этого замечательного открытия Маки покинул их отряд, перебравшись к кому-то менее умелому или более дружелюбному: ни у Драко, ни у Шона не сложились отношения с этим домовиком.

Хотя за прошедшие дни немало людей сумели найти подходящих напарников и ходили по Туннелям сложившимися компаниями, у сотрудников Сектора выявления и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов это пока не получалось. Драко, Шон и Барбара были благодарны и боевикам, и группам поддержки, рядом с которыми приходилось жечь инфери, спасаться от огненных червей и вытаскивать друг друга из пропастей, но желания договариваться о новой встрече со случайными напарниками ни у кого не возникало. Возможно, это было связано с тем, что Драко держался с незнакомцами излишне высокомерно, а Песик – резко. Кроме того, они нередко так орали друг на друга (точнее, Шон орал, а его оппонент шипел), что это выводило из себя остальных, и все усилия Совы сгладить ситуацию оказывались безрезультатными. Иногда Драко удивлялся, почему каждое утро дисциплинированно ждет Песика у ворот фальшивой стройплощадки, если с этим грязнокровкой они не могут и часа прожить, не устроив очередную ссору. Но, поразмыслив, юноша понял, что поступает так, поскольку Шон – толковый боевик, в трудных ситуациях способный обеспечить очень надежную защиту. Кроме того, хотя никто не знает свой час, но умереть Драко предпочитал в присутствии давних пусть не друзей, так хоть знакомых, а не чужих, посторонних людей…

Впрочем, столкновения между сослуживцами не мешали им каждое утро набирать новый отряд: два удачливых боевика всегда могли дождаться хотя бы одного коллегу, а Барбара великолепно организовывала любую группу поддержки. Да и целительские способности всех троих привлекали к ним многих…

— Вот ведь прикол! – Песик, спускаясь по лестнице из вестибюля на перрон, смеялся немного натужно, но в целом весело. Драко не переставал удивляться неведомо откуда берущимся силам и оптимизму коллеги. – Решил я вчера вечером заскочить в магловский магазин – купить пивка и кое–чего покрепче. А уже поздно, покупателей нет… Походил я, стало быть, по торговому залу, взял то, что мне нужно, и направился к кассе. Смотрю – а там инфери сидит! Тощая, мрачная, и никаких наклеек у нее на лице нет! Испугался я до ужаса, бутылки бросил, палочку выхватил, рот раскрыл, чтобы заклинание Направленного огня выкрикнуть, и только в последнюю секунду опомнился! Пришлось притворяться пьяным, платить за разбитые бутылки, покупать новые… Смешно, правда?! Я ведь эту тетку чуть не убил…

— Да, это смешно, — очень серьезно ответила Сова. – Я слышала, некоторые из наших порой нападают на родных: все-таки привыкаешь к тому, что люди без наклеек на лицах – это уже не люди. К счастью, пока обходится без смертельных случаев… Кстати, у входа в Туннели недавно поставили шатры–гостиницы для тех, кому лень или неохота идти домой. Да и с точки зрения безопасности это неплохо: решат инфери или огнечерви начать массированную атаку – а все наши тут как тут, даже вызывать никого не нужно!

— Все так плохо? – уточнил Драко.

В Туннелях Сова работала на усиление заклятий своих коллег, поэтому уставала хоть ненамного, но меньше, чем они, и после дежурства у нее еще оставались силы интересоваться новостями и сплетнями.

— Нет, что ты! – она грустно улыбнулась. – Все замечательно! Вот только никак не удается добраться до центра паутины – места, откуда инфери расходятся по подземельям…

На перроне они увидели очередной караван носилок. Многие раненые негромко стонали. Вдруг один из пострадавших пронзительно закричал:

— Кому говорю, бросьте меня здесь! Не хочу жить головешкой!

Драко, Шон и Сова переглянулись: все понятно, очередные жертвы огнечервей. Что ж, действия в данном случае были отработаны еще давно, в самые страшные первые дни. Юноши подошли к закутанному в прозрачный кокон защитных чар, привязанному к носилкам воющему парню со сгоревшим лицом. Драко поднял руки, помахал ими перед носом раненого и жестко сказал:

— Смотри на меня, рева–корова!

Кричащий – его глаза, не пострадавшие от огня, странно выглядели на почерневшем лице, — умолк на полуслове, раскрыл рот, намереваясь осадить наглеца, и замер.

— Вот молодец, теперь слушай! – Драко уже понял, что в подобной ситуации главное – давить на собеседника и не позволять ему опомниться. – Двадцать третьего июня этого года меня в упор пожег дракон! После встречи с ним мое лицо выглядело хуже, чем руки теперь, — это была неправда, но юноша понимал, что отчаявшимся людям нужна надежда. – Целители говорили, что ожоги никогда не исчезнут, и я не смогу творить волшебство обожженными руками! Сейчас у меня и лицо более–менее похоже на человеческое, и воюю я здесь с первого дня! Уразумел?! И не хнычь больше, постыдился бы девушек, им, может быть, больнее, чем тебе!