Чтение онлайн

Соня запустила руку в карман плаща в поиске ключей от квартиры и нашла карту-ключ от машины Руслана. В голове тут же проснулись недовольные голоса.

«Как я могла? Как я могла не выбросить карточку?»

«Успокойся. Без паники. Ты все правильно сделала. С карточки очень сложно стереть отпечатки пальцев».

В тишине квартиры казалось, что голоса звучат не в голове, что это кто-то ругается в соседней комнате.

«Какого черта ты сунула туфли в парик?»

«Так надо. Я все правильно делаю. Ты сама мне говоришь, что я все правильно делаю».

«Их надо сжечь. Парик, туфли и карточку надо срочно сжечь».

«Где?»

Соня подошла к балкону, открыла стеклянную дверь.

«На балконе».

Соня бросила туфли с париком на пол балкона, закрыла уши руками и пошла в ванну. Она шагнула под душ, не раздеваясь, в плаще и брюках.

Ей было холодно. Как обезумевшая Соня стала кутаться в полы плаща, прятать руки в рукава.

Очнулась она от громкого звонка мобильного телефона. Соня никак не могла понять, откуда идет звук. Она выключила воду и с недоумением посмотрела на свой мокрый плащ. Телефон звонил у нее в кармане.

— Але?

— Софа, здорово!

Соня услышала свое имя и очнулась. Она не понимала того, что происходило вокруг. Как она оказалась в душе одетая да еще и в плаще? Почему намокший телефон работал? Кто ей звонил?

— Кто это?

— Это Тульцев. Я че, тебя разбудил?

Соня прокашлялась и постаралась говорить спокойно.

— Нет, Ром, нормально. Говори.

— Лови новость года! Руслан Брызоев убит у себя в доме. Записывай адрес.

Соня закрыла глаза и перед ее мысленным взором встала картинка брызоевской спальни с задушенным Русланом. Она схватилась за край раковины, чтобы удержать равновесие. Во рту пересохло. Соня подставила ладошку под струю воды и жадно прильнула к ней губами.

— Да, пишу.

Соня села в ванну и уставилась на белую плитку кафеля перед собой. В трубке голос Тульцева диктовал знакомый ей адрес.

— Спасибо, Ром. Еду.

Не появиться там она не могла. Если бы она не поехала, то автоматически навела бы на себя подозрение. И ехать Соня не могла. Она с таким трудом проделала эту дорогу, что теперь не представляла, как она окажется там вновь.

Тяжело соображая, Соня стащила с себя мокрую одежду и оставила ее валяться на полу в ванной. Завернувшись в большой махровый халат, она прошла на балкон, где лежали истерзанный парик и грязные туфли. Соня убрала туфли, чтобы позже кинуть их в раковину. Нашла зажигалку и щелкнула кремнем.

Безжизненные волосы парика корчились в языках пламени. Неприятно запахло паленым.

Андрей проснулся от едкого запаха гари. Он раскрыл глаза и вскочил с постели почти одновременно, по-армейски. Первая мысль была о том, что он заснул, не затушив сигарету. Он обустраивался до поздней ночи, потом заполнял отчеты до раннего утра и в итоге заснул за столом. Он не помнил, как перебрался в кровать.

Андрей прибежал на кухню — там был полный порядок, если не считать гору грязной посуды на столе и в раковине. Ничего не горело.

Соболев вернулся в спальню и спокойно все осмотрел. Дым шел с улицы. Андрей распахнул окно и попытался вглядеться в матовое стекло балкона Сони. Увидеть, что происходило у соседки, Соболев не смог, но он был убежден в том, что пожар случился у Воробьевой.

Андрей начал быстро одеваться. Через пять минут он нажал кнопку звонка у двери в квартиру Сони.

Соня открыла не сразу. Андрею показалось, что она тихо подошла к глазку и долго рассматривала его. Спустя минуту, дверь распахнулась. Соня была одета в рубашку и джинсы. Мокрые волосы были забраны наверх заколкой. На ее плече висела сумка, в руке она держала солнечные очки и плащ. Уставшее выражение лица делало ее старше. Перед ним стояла чем-то очень сильно расстроенная женщина. От прежней беспечной соседки не осталось и следа.

Соня смотрела на соседа с недоумением. Но ничего не спрашивала. Она ждала, что он объяснит причину своего прихода. Андрей почувствовал себя неловко. Надо было что-то говорить.

— Здравствуйте. Простите, я услышал запах гари и хотел убедиться, что вы в порядке.

Соня вышла из квартиры и закрывала ключом дверь.

— Да. Все в порядке. Не стоило беспокоиться. Пожара нет.

Соня двинулась к лифту, не удостоив Андрея словами прощания. К его лицу прилила кровь. Он не мог понять, что именно он чувствовал в этот момент. То ли ему стало неприятно от холодного обращения соседки, то ли он чувствовал неловкость от непрошеного вторжения и беспокойства человека, у которого явно что-то стряслось. В любом случае Соню было жалко.

Андрей отправился на работу сразу же, не приняв душ и не позавтракав. Он надеялся поскорей узнать, что произошло с объектом его наблюдения.

В комнате оперативных работников номер 56 стоял бодрящий запах кофе. Наталья сидела на своем месте, вокруг нее на столе была разложена косметика — как раз сейчас она красила глаза. Соболев застал ее врасплох, но она не растерялась, отхлебнула кофе и мило ему улыбнулась.

— Привет, красавчик! — пропела Власова, выглядывая из-за открытой пудреницы.

— Привет! — Андрей прошел к столу, взял свою чашку с изображением советской символики — золотые серп и молот на алом фоне — и отправился в коридор.

По пути к кофейной машине он решил заглянуть в пункт приема информации. Среди нескольких однообразных деревянных дверей в конце коридора была стальная. Андрей подошел к ней и постучал своей кружкой о металл. Через несколько секунд дверь приоткрылась, и из-за нее высунулся вечно бледный, прыщавый оперативный работник, Сева.

— Сев, здорово. Можно к тебе? — Андрей подался вперед, собираясь войти.

— А че, там кофе закончился, что ли? — Сева продолжал держать дверь приоткрытой.

— Да, нет. Я хотел посмотреть ваши отчеты по моему делу.

— Не, Андрюш, наши отчеты — это наши отчеты. Твое дело — это твое дело. Не надо путать.

Соболев хмуро посмотрел на коллегу.

— Сейчас вот это что ты такое мудреное произнес? Я чего-то тебя не понимаю, старина. — Андрей демонстративно подпер рукой бок.

— Тебя не велено пускать, — Сева выпрямился в дверном проеме, давая понять, что никого не пустит.