Чтение онлайн

Рывок вперёд, удар в шею. Тут же в голову, от чего говорилка Яхико одва не отрываясь неестественно откидывается назад. Хватаю тело, валю на землю, накрываю свитком и запечатываю.

— Ну что, придурки? — отряхивая руки спрашиваю. — Теперь что делать будете?

— А теперь им конец, — вставая мотает головой Бунта. — Зря вы так, со мной. Я ведь не Джирайя, я прощать не стану.

Тела пытаются что-то сделать, вот только… Вот только потоки масла и воды, которые выплёвывают все три жабы, ничего сделать не позволяют. А когда они сбитые струями падают, три бугая просто прыгают на них.

— Жалкое зрелище, — подняв одно раздавленное, но ещё шевелящееся тело двумя пальцами брезгливо морщится Бунта. — И это чучело себя богом называло? Тьфу…

— Самоуверенность, друг мой, — глядя как Бунта пальцами растирает тело улыбаюсь. — Плохое качество.

— Хм, разве? А ты…

— А я, дружище, даже половины своих способностей не показал. И надеюсь что не покажу, утруждаться лень. Старенький я. Пойдём, надо разнести ещё одну деревню. И Нагато на пупырь натянуть. Впервые буду вырывать кишки целому богу. Это знаешь ли так волнительно. Или не буду? Посмотрю что скажет. Но деревню эту поганую, по-любому с землёй сравняю. Бесит она меня.

— Вот таким, — качает головой Бунта. — Таким ты мне больше нравишься. Идём. Хм, а тебе не кажется что дождь прекращается?

— Ага, стихает. Слабак… Сопляк… Про кишки не знаю, но пороть сучёнка буду сильно. По отечески. Техника призыва!

— Джирайя-чан, — ворчит появившийся Фукасаку…

Ворчит, однако увидев меня замолкает и запрыгивает на плечо. Шима кивнув садится на другое.

— Шима-сан, — обращаюсь к жабе. — Помогите мне найти кое-кого.

— С радостью. Кого именно?

— Нагато, — заставляя Фукасаку вздрогнуть безумно улыбаюсь.

— Я помню его запах. Зессебаку, — выдыхает Шима.

Открывает рот, язык её удлиняется. Конец принимает очертания лица, открывает зубастую пасть и поворачивается.

— Мне нужна соль, — поводя плечами от такого жуткого зрелища киваю. — Хотя… Пошли…

Деревня встречает нас жиденьким сопротивлением разрозненных отрядов. Продвигаемся не спеша. Стягиваем на себя шиноби, позволяем гражданскому населению свалить. Что население похватав пожитки и делает. Те же кто решает сразиться…

Мне самому от этого противно, но что тут поделаешь? Жабы то и дело громогласно объявляют о том, что тому кто уйдёт ничего не будет. Раз не уходят… Их проблемы. Я не стану уговаривать, наставлять, читать лекции. Что выбрали, то выбрали.

А город впечатляет. Высокие шпили, прямо как в конфедерации. Или как у технократов, но наоборот. Техники, строят высотки вниз. Тут же…

— Туда, — указывая лапкой на самое высокое строение кивает Шима.

— Ну туда, значит туда. Идём в гости. Бога лупить будем.

— Ты так и до богини доберёшься, — ворчит Фукасаку.

— Надо будет и её достану. А там или голову ей оторву, или будет домработницей у нас.

— Это же богиня. Мать самого Рикудо…

— И что? Ну мать и мать, я тут причём? Мне что, надо уважение проявлять? Ну нет.

— Молод ты, Джирайя, — вздыхает Фукасаку. — Недооцениваешь своего главного противника.

— Так ты что-то знаешь. Фукасаку? Поделиться не хочешь?

— Стар я… Да…

— Давай без вот этого. Я тоже не юнец. Начал — говори. Продолжай…

— Новое видение Гамамару. Не знаю как это интерпретировать. Но если дословно, то…

— То?

— Всё не то чем кажется, Джирайя-чан. Дороги, их много. Пути переплетены, многие ведут в бездну. Другие обрываются. Дорога по которой идёшь ты, больше похожа лабиринт, который ты сам создаёшь. Один шаг и дорога разделяется на две. Ещё шаг, и вместо двух четыре. Все они извилисты, некоторые… Сейчас вспомню что он мне наплёл…

— Путь прямо, — продолжает за него Шима. — Иногда делает крутой поворот и выводит поиски к самому себе. Джирайя, если продолжит, будет бегать кругами, каждый раз замечая свою же спину у поворота. Но догнать не сможет. Все ответы в свете Луны. Вот так он и сказал. Мы не понимаем к чему всё это. Может ты догадаешься. Сейчас ты умнее.

— Напоминает размышления о смысле и тщетности бытия. Хм… Любопытно. Ладно, потом об этом подумаю. Идём…

Следуя подсказкам направляющей меня Шимы, добираемся до нужного здания. Где сопротивление… Его практически нет. Нас встречают не отряды, а команды из генинов и наставников уровня чунина. Попадаются люди в чёрных плащах с красными облаками. Но тут или я слишком хорошо в собственную модернизацию вложился, или у Нагато с кадрами беда, а может быть и из-за паники… Короче хоть что-то противопоставить взбесившемуся Санину, то есть мне, никто не может.

При встрече со мной робеют, теряются. Некоторые проявляют чудеса благоразумия и едва увидев меня сваливают. Другие же, хоть и дрожащими срывающимися голосами, но пробуют угрожать. Таких не жалею. Фанатики слепо идущие на убой за Пейна как называют здесь Нагато. Таких не жалко. Потому что идут они за смутной целью. Причём сами не понимают за какой. И это не патриоты, видел я и таких. Видел когда защищая родину, близких, убеждения, люди и прочие разумные творят настоящие чудеса. Но так же я видел и фанатиков. Им цели не нужны, они сами всё выбирают. В данном случае их выбор это смерть.

— Призыв жабьего желудка, — хлопаю рукой по стене.

Боковой коридор в котором нас ожидают местные шиноби мгновенно обрастает плотью. Плоть обволакивает людей, сжимает и выделяя кислоту растворяет.

Вышибая двери, по большей части металлические, уверенно иду вперёд. Редеющую с каждым шагом охрану сношу техниками и кунаями. В деревне жабы продолжают творить бесчинства. Больше показательно, для устрашения.

— Он там, — указывая вперёд на массивную дверь говорит Шима.

— Спасибо за помощь. Дальше я сам, — улыбаясь киваю жабам и как только они исчезают. — Расенган!